Навий мир (СИ)

Кстати, как только мы влезли в узкий проём между раскуроченных железобетонных плит, Тая тоже сказала, что тут кто-то есть. Тогда Дарья прошептала, что двигаемся быстро, тихо и молча, и если что, то поливаем всех, кто сунется, плотным магическим огнём.
– Скоро, – проворчала наша командирша, приложив палец к губам.
– Пахнет тухлятиной, – пожаловалась Таисия. – В прошлый раз здесь такого не было.
  
– Это же бесы, однако, – пробубнил Гриша Барядович. – Где живут, там и гадят, вдобавок.
– А они большие или маленькие? – спросил я, пока мы всё ещё шли по коридору, подсвечивая его одним обережным огоньком.
– Есть маленькие, но есть и большие, – захихикала Тая. – На любой выбор и вкус.
– Пришли, – облегчённо вздохнула Дарья, так как где-то там вдалеке, что-то большое упало на пол.
Затем мы протиснулись в ещё одну расщелину между плит и оказались в зале с высоким потолком площадью в 400 квадратов, примерно как половина игровой площадки в эпискирос. И тут же несколько обережных огоньков мои друзья послали вверх, под потолок, чтобы ни бесы, ни зубастики сюда не лезли, пока мы всё нормально не осмотрим.
– Ума не приложу, где вы тут нашли те миниатюрные компьютеры? – буркнул я, гуляя между ржавых остатков бытовой техники прошлого.
– Вот здесь, однако, – Гриша откинул ржавый металлический лист и представил на обозрение ящик из толстого пластика, с которым за двести с лишним лет ничего не произошло, кроме того, что он покрылся толстым слоем пыли.
Затем молчаливый Кантемир приоткрыл крышку, а я от удивления приоткрыл рот. В ящике набитом проводами и кабелями от телевизоров и магнитофонов я увидел советский фотоаппарат «Смена», старый покорёженный кинескоп, радиоприёмник «Рига», несколько электрокипятильников и видеокассету, на боку которой было написано шариковой ручкой: «Рэмбо: Первая кровь».
– Компьютеры лежали тут, сверху, – прошептала Дарья. – Только нам это всё не унести. Бери нужные провода, и уходим.
– Интересно, а кто такой Рэмбо? – спросила Таисия.
– Боевой и здоровый парень, навроде нашего Гриши Барядовича, – я похлопал друга по мощному бицепсу. – Вот что я вам скажу ребята. Это хлам из нашего Навьего, то есть Земного мира. А вот те три миникомпьютера, что вы мне показали - это вещи совсем другой цивилизации. У нас такого пока нет. Хотя исключать какую-нибудь секретную разработку я бы не стал.
– Никак не могу разуметь, что хочешь сказать нам ты? – разволновался Кантемир.
– Я думаю, что кто-то водит нас за нос, – прошептал я. – Признайтесь честно, вас ведь кто-то вывел на этот, так называемый, клад? Древний 60-го года фотоаппарат, старый неработающий кинескоп, радиоприёмник, который уже никому не нужен. Это же обычный хлам.
– А ещё мы в этом ящике в прошлый раз нашли вот это, – Дарья вытащила из-за пазухи обложку журнала, где красотка в соблазнительном платье демонстрировала подобранный ранее миникомпьютер. И большая надпись латинскими буквами гласила: «Smоtrifon».
– Смотрифон? Это точно не из нашего мира, – пробурчал я.
И тут за стеной послышался тревожный бой барабана, множество топающих босых ног и нечеловеческий душераздирающий визг.
– Вляпались, однако, – пробасил Гриша Баярдович.
  
Глава 12
 
– Есть другой выход? – спросил я, когда в проёме между плит появилась первая озверелая морда, похожая на существо совмещающая в себе человеческие и козлиные черты. Словно на череп человека натянули резиновую козлиную маску. Роста этот гибрид был невысокого - метр пятьдесят, но судя по развитым мышцам плечевого пояса, силы этому бесу было не занимать. Кроме того козлоногое существо покрывала тёмно-серая шерсть.
– Игнис! – прокричала Дарья и, выпустив из правой ладони огненную сферу размером с футбольный мяч, шарахнула им по появившемуся уродцу.
– Эээ! – заревело существо и, пригнувшись, словно боец под взрывами вражеского артобстрела, побежало в дальний угол этого подвального зала.
– Попробуем пробиться через противоположную стену, – прошипела наша командирша. – Выставить обережные огни! – потребовала она, прежде чем мы стали отступать от расщелины, куда полезли новые бесы и бесята.
– Люмэн мэум, – шепнул я, выпустив один маленький голубоватый огонёк.
То же самое проделали Кантемир, Таисия и Гриша Баярдович. После чего мы заняли круговую оборону около противоположной стены, прикрыв спинами Дарью, и принялись ждать её дальнейших действий. Тем временем зал в 400 квадратов стремительно наполнялся рогатыми существами, которые просто жаждали разорвать нас в клочья.
– Ээ! Ыы! Ээ! Ыы! – горланили из они, натыкаясь на болезненный свет обережных огоньков и, корча свои уродливые хари, отскакивали обратно.
– Сейчас первых бесов бросят на наши огни как живой таран и пролезут внутрь! – прокричала моя подруга Тая. – Бей огнём, мальчики! Игнис! – взвизгнула она и бросила огненную сферу в самую гущу кишащей козлоногой нечисти.
– Игнис! – выстрелил Гриша по бесам, некоторые из которых уже заполыхали и, истошно завопив, принялись кататься по пыльному бетонному полу, поджигая своих сородичей.
– Игнис! – бабахнул своим огнём Кантемир, поджарив ещё несколько особей.
Однако многочисленную бесовскую стаю несколько обугленных трупов только раззадорили. Никуда отступать эти твари не собирались. Наоборот ещё громче зазвучал монотонный бой барабана и все козлоногие и рогатые существа, до которых доставал мой взгляд, разом завизжали:
– Эээээ!
И в этот момент Дарья, прокричав «эр рам», шибанула по стене так называемым воздушным тараном. Мелкая каменная крошка посыпалась на голову, но железобетонная стена былой погибшей цивилизации устояла, не пустив даже маленькой трещины по поверхности. И вдруг в расщелину влезло рогатое существо, которое превышало размеры среднестатистического беса почти вдвое.
– Вельзевул, – прошептала Таисия. – Во сейчас начнётся самое веселье. Сейчас начнутся самые весёлые танцы.
– Вот тебе и сад с райскими яблочками, однако, – пробасил Гриша Баярдович.
– Игнис! – рявкнул я, выпустив свою огненную сферу, по тому верзиле с рогами.
Но Вельзевул успел поднять за шиворот своего мелкого сородича, который попался под руку и мой огонь, превратив мелкого бедолагу в горстку пепла, не нанёс никаких повреждений вожаку стаи.
– Может, стоит шарахнуть молнией? – предложил я, понимая, что говорю откровенную глупость, так как на подготовку молнии требовалось полминуты минимум. И этих минут мы, скорее всего, не имели.
– Эр рам! – крикнула командирша Дарья и второй раз долбанула по железобетонной стене, наконец пробив в ней дыру размером с баскетбольный мяч.
Но наша радость была недолгой, потому что из пробитого отверстия посыпался самый обычный песок. И то, что там нет никакого коридора и что отступать теперь некуда, моментально дошло до каждого из нас. Тем временем бесы из первых рядов с громким визгом стали самоотверженно прыгать на обережные огни, пытаясь ценой своей жизни их затушить или обезвредить. И этот самоубийственный приказ мысленно отдал вожак стаи, трёхметровый монстр Вельзевул, который сам не спешил пробираться на передовую, где непрерывно кто-то гиб.
– Люмэн мэум, – шепнул я, как и мои друзья, чтобы увеличить число новых обережных огоньков.
– Слушай меня! – закричала Дарья. – На счёт три бьём по стае воздушным тараном и идём на прорыв.
– Не все прорвутся, Дарьюша, – пробормотала моя подруга Тая. – Кто-то из нас должен остаться здесь и сотворить заклинание «смерть за жизнь», чтобы одним большим взрывом похоронить всю стаю.
  
– Тогда давайте тянуть жребий, – осипшим голосом буркнула наша командирша. – Тянут все, кроме Арсения. Арс не просто так пришёл в наш мир.
– Какой жребий? Какая «смерть за жизнь»? – прорычал я. – Впятером вошли в подвал, впятером наружу и выйдем. Сейчас я с этими чертями козлоногими по-своему поговорю, по-земному. Сейчас я с ними так покалякаю, что мало не покажется.