Пара дракона (ЛП)

— А что насчет братьев Живчика?
— Когда ты разрушила проклятие, позади нас открылся портал. Они прошли. Я предполагаю, что они сейчас в Волшебной стране, возможно, у них вырывают из душ тех украденных драконов. Они были крутыми ублюдками, но пустыми, просто марионетками.
В мире сверхъестественного царил полный хаос, супы были разбросаны повсюду, города-тюрьмы практически заброшены. Во всех городах, на которые напал Живчик, нужно было срочно назначать новых руководителей, и я знала, что это значит. Компассам придется усилить свою работу. Ответственность легла на них на два года раньше, чем предполагалось.
  
Мы подошли к мальчикам, и я высвободила руки, чтобы обнять Джейкоба.
— Я так рада, что с тобой все в порядке, Джейк. Я так сильно тебя люблю.
Он обнял меня в ответ, поморщившись, когда я задела его ожоги.
— Я тоже люблю тебя, Джесс. Спасибо, что надрала ему задницу, пока не прилетел золотой дракон.
Я фыркнула, наслаждаясь моментом, когда меня окутала стихийная магия моего Компасса-фейри.
— На самом деле, он здорово надрал мне задницу. Но каким-то образом мы справились.
Его губы коснулись моей щеки в нежном поцелуе, прежде чем меня передали Тайсону. Маг выглядел намного лучше. Его магия загудела, когда я прижалась к нему.
— Чувствую тебя настоящим колдуном, дружок.
Я поддразнивала его, но в его энергии чувствовался особый колдовской напор.
— Ты всегда знаешь, что сказать, Джесса, детка, чтобы мужчина был доволен.
Я потрепала его по щеке, той, что не пострадала, и поднялась. Следующим в моем списке был Максимус. Он был без сознания, но я не смогла удержаться от того, чтобы не протянуть руку и не распластаться на его широкой груди. Я замедлила биение своего сердца, чтобы подстроиться под его ритм, и лежала так, стараясь успокоить его, сколько могла.
— Мы любим тебя, Макс. Пожалуйста, вернись к нам. Кардия хотела бы, чтобы ты выжил, вернулся в свою стаю. Ты знаешь, что мы не можем существовать без тебя. Ты дополняешь нас.
Миша опустилась на колени рядом со мной, и хотя она была не так дружелюбна, как я, она все же нежно положила руку ему на плечо.
— У тебя больше причин вернуться, чем ты думаешь, и когда ты будешь готов, мы будем ждать тебя.
Я широко раскрыла глаза, глядя на нее. Возможно, его ребенок — единственное, что могло бы вывести его из этой глубокой тьмы, но Миша покачала головой. Она не была готова сказать ему об этом вот так; я чувствовала, что для нее сейчас неподходящий момент. Она надеялась, что он вернется к жизни самостоятельно и станет таким отцом, каким она его себе представляла. У меня не хватило духу сказать ей, что Максимус уже никогда не будет прежним. Ей придется изменить свое мышление, чтобы приспособиться к новой реальности, в которой она станет членом нашей стаи.
Джонатан и Лиенда стояли в сторонке, обнявшись. По их лицам я поняла, что они оба знали о нас с Мишей — практически за одну ночь у них стало двое внуков.
Подождите-ка, черт возьми, минутку… золотая дракон сказала «души-близнецы». Что она имела в виду?
— Закрой эту чертову дверь. — Я развернулась и ткнула пальцем в Брекстона. — Чувак, почему ты всегда стараешься изо всех сил?
Судя по нашей связи, он точно знал, о чем я говорю.
Его ухмылка была достаточным ответом, чтобы вскочить на ноги и повалить его на землю. Я несколько минут колотила его, а он делал вид, что не дает мне победить. Мой волк был доволен нашим выступлением, а мне было приятно узнать, что даже без моего дракона я все еще доминирую, все еще альфа.
Я все еще была собой.
  
Глава 20
 
Следующие несколько часов были невеселыми, как… вообще. Мы собрали павших и сложили их в центре города для одного большого посвящения богам. У каждой расы были свои собственные ритуалы смерти, но во время войны массовое сожжение всегда было обычным делом.
Я шла вдоль строя, Брекстон с одной стороны, Миша с другой, остальные члены моей семьи и стаи следовали за мной разными шагами, все мы смешались с другими выжившими. Мы молча благословляли тела погибших, благодаря их за службу нашему народу. Я сдерживала свои эмоции… пока не прошла примерно половину пути вдоль одного из длинных рядов…
Мое внимание привлекло маленькое знакомое личико.
— Нет! — воскликнула я, падая на колени рядом с ней. — Нет… Роза! Я не могу… черт возьми!
Я была опустошена, мне хотелось разрыдаться, но я была слишком ошеломлена, чтобы плакать дальше. Она была такой совершенной, красивой и миниатюрной, первый отмеченный дракон, который страдал больше, чем кто-либо из нас, проводник королевской силы, чья кровь текла через всех отмеченных. Она заслуживала гораздо большего, чем это, — наконец-то получить шанс на свободу…
— Что случилось? — спросила я, не видя никаких повреждений. Ее кожа по-прежнему была такого же идеального оттенка, темная и гладкая, но без того тепла, которое было у нее при жизни.
Грейс ответила мне. С тех пор как Кардия была убита, лицо ведьмы оставалось непроницаемым, но она продолжала использовать свое исцеление, пока у нее оставались силы.
— Я слышала, что когда отмеченные направили свою энергию в Живокость, она обезумела, закричала, кровь хлынула у нее из глаз, носа и рта. Некоторые целители пытались помочь ей, но она просто упала.
Живчик так отчаянно хотела победить… он направил через нее слишком много энергии, уничтожив ее… прежде чем я смогла остановить его. Какого хрена? Жизнь не должна быть такой несправедливой.
Хотя я знала, что она мертва и рядом не осталось никого, кто мог бы меня услышать, я взяла ее за руку и наклонилась ближе.
— Мне так жаль, что я подвела тебя, Роза. Ты заслужила шанс на свободную жизнь, и теперь я могу только надеяться, что ты найдешь свое место среди богов, и что загробная жизнь будет мирной. — Я мысленно добавила молитвы и благословения за ее благополучное возвращение домой.
Я не сомневалась, что выглядела дерьмово, когда, спотыкаясь, поднялась на ноги. Это был самый длинный день в моей жизни, и, хотя мы выиграли битву, мы так много потеряли.
Брекстон крепко обнял меня, будто каким-то образом, одной своей физической силой, он мог оградить меня от боли. Никто не мог этого сделать, но наша семейная связь, безусловно, облегчала это. Мне удавалось держать себя в руках, несмотря на большую часть наших благословений. Многие из нас бродили среди тел погибших, многие потеряли друзей и семью. Не говоря уже обо всех супах по всему миру, которые еще не знали, что их близкие не вернутся домой.
Я снова потеряла самообладание, когда добралась до Джонатана; он был с Торагом, молча стоя на коленях рядом со своим другом. Сначала я подумала, что он просто молится, но когда мы подошли ближе, я увидела, что по его щекам текут слезы, и это окончательно сломило меня.
Джонатан был сильным альфой, лидером. Он чувствовал свои эмоции, владел ими, как и большинство оборотней, но всегда был таким сдержанным. Однако сегодня его горе было настолько велико, что выплескивалось из него и обрушивалось на всех нас. Я не смогла удержаться от того, чтобы подойти к нему и, присев на корточки, обнять его сзади, положить голову ему на спину и предложить все, что было в моих силах, чтобы утешить.
За ним последовали другие члены нашей стаи. Брекстон. Миша. Лиенда. Десятки других. Некоторые из них были отмечены, а некоторые и нет. Мы все собрались и скорбели вместе с нашим альфой. Пронзительные вопли были бы слышны даже в ближайшем городе, если бы не защитные сооружения, установленные вокруг Стратфорда. В конце концов, нам пришлось избавиться от боли. Мы должны были радоваться тому времени, которое мы провели с нашими близкими. Мы должны были двигаться вперед.
  
***
Церемония сожжения была одновременно невероятно трогательной и освобождающей. Супы верили в загробную жизнь — впрочем, как и большинство рас. Было приятно осознавать, что те, кто пожертвовал столь многим, кто умер сегодня, найдут свое место среди богов. Однажды мы встретимся с ними снова. Смерть была неизбежна для всех нас, и мы не могли перестать жить только потому, что кого-то забрали у нас слишком рано.