21,55,01 (СИ)

Лучше продолжу завтра.
☉☉☉
Ночь выдалась спокойная, насколько это возможно в моем положении. Трюк с хлебом и молоком сработал. Чертов гном вел себя смирно. Но жердяй, как часовой механизм, стучал по окну с улицы. Пришлось заткнуть уши, но зато я выспался в удобной кровати.
За завтраком перечитал конспект. Магия была простой, но от того опасной. После ритуала каждое мое действие обретет смысл. Ходьба станет «вложением времени и сил в развитие тела», а согласие на услугу от другого мистика — «долговым обязательством».
По пути к поместью я снял с карточки 2 000 рублей. Треск и грохот банкомата звучали как мелодия далекого мира. Пересчитав деньги, спрятал их в рюкзак и направился по проселочной дороге.
Я ступал широкими шагами, вкладывал меньше шагов для преодоления большего расстояния. По идее, даже такие усилия считались вложением в «мою походку». Чем больше я вкладываю, тем выше ценность и тем дороже я позже продам. Не знаю, кого заинтересую, но ради практики сойдет. Я учился думать как мистик. Мысленно подмечал символизм в действиях и словах. Из окон частных домов на меня смотрели люди. Должно быть, со стороны я выглядел как идиот.
До поместья дошел без проблем. Проскользнул в кабинет, подошел к столу, чтобы взять «Основы», но книги не было. Она нашлась в библиотеке, на том же самом месте, где я брал ее вчера. Возможно, Скрытый, что не дал мне покинуть кабинет с книгой, вернул ее на место.
Я взял «Основы» и сел за рабочий стол.
Третью главу автор посвятил долгу, его видам и советам по долговым обязательствам. Буквально на первой строчке встретилось знакомое предупреждение:
«ВСЕГДА УТОЧНЯЙТЕ, ЧЕМ БУДЕТЕ ВОЗМЕЩАТЬ ДОЛГ».
Я выписал основную информацию и откинулся на спинке кресла.
— Сто девять лет, — пробубнил я.
Эта женщина взяла взаймы или у Скрытого, или у другого мистика — у Вселенной можно было взять взаймы только карму. Я склонялся к первому. Значит, чудовище свело с ума Мишу и Катю, выманило Дениса из квартиры, а теперь вышло на охоту за мной и Надей.
Я скрестил руки на груди. Советы этой женщины не помогли Денису. Она точно знала, у кого занимала, но почему-то в сообщениях описывала слабости чуть ли не всей нечисти, вместо одного. Это… бессмысленно.
Сколько раз я повторил это слово? Эта женщина противоречила сама себе. Не знай ее, подумал бы на панику, но нет. Она никогда не теряла голову. Кроме того, паникующие не совершают ошибку за ошибкой — их скорее мотает из стороны в сторону. А эта женщина намеренно довела все до точки кипения.
Я вернулся к вчерашним вопросам. Дело не в долге. Она втянула меня во что-то еще. Будто я стоял посередине гигантской петли из колючей проволоки. И она медленно затягивалась. Настоящих размеров я не видел, но чувствовал, что рано или поздно шипы возятся мне в горло.
— Чудесно, — выдохнул я. — К долгу прибавилась разгадка замысла этой женщины…
К счастью, проблема с долгом оказалась меньше, чем я думал. Сто девять лет никуда не делись, но, если договорюсь с кредитором о выплате частями, жить станет легче. Заработаю два года, они учтутся, и срок сдвинется на один год для меня и для Нади. Осталось найти кредитора.
Список пополнялся новыми задачами, а во мне росло желание бросить все и прожить последний год как хочу. Я настойчиво отгонял эти мысли. От меня зависела не только моя жизнь.
Следующие главы «Основ» я пролистал, записывая крохи полезной информации. В четвертой главе приводился ритуал Заявления права на обмен. В пятой затрагивались особенности разных традиций. Мистики восточной общались и договаривались со Скрытыми. Сделки, взаимные услуги, долговые обязательства. Западные, напротив, вкладывались в самих себя. Продление молодости, смена внешнего вида и тому подобное. Разделение не было жестким, а после глобализации и вовсе стерлось. Но некоторые семьи лелеяли традиции.
Судя по библиотеке, наша не была одной из них. С книгами о нечисти соседствовали трактаты о преображении и феях, которые в наших местах не водились.
  
Последняя глава содержала общие советы и запросто сокращалась до пары предложений:
«Не прыгайте выше головы. Двигайтесь медленными и уверенными шагами».
Я закрыл «Основы» и повернулся к окну. Белого диска не видно — кабинет находился с солнечной стороны, и вечером лучи солнца струились через окна. Сейчас вроде полдень. Время еще есть.
В письмах эта женщина упомянула две книги. Я шагнул в библиотеку, открыл «Указатель».
Через минуту на рабочем столе лежала книга «Ничтожные. Способы ловли и подчинения». В ней скрывался ответ на вопрос: что ждет меня после смерти, если не выплачу долг?
Эта женщина написала о каких-то последствиях, но умолчала, что это за «последствия». Как знакомо.
Вспомнился случай в летнем лагере. Она предложила Наде «проехаться за мороженым», а меня оставила сторожить вещи. Я ждал до захода солнца — верил, что эта женщина не оставит меня. Она не вернулась. Я искал дорогу домой ночью, уличные фонари заканчивались на границе СНТ, поэтому часть пути прошел в кромешной темноте. Если бы эта женщина сразу сказала, что за мной они не вернутся, Надя бы закатила истерику. А переубедить уставшего ребенка дома проще простого. Повезло, что лагерь проводился в местной школе, а не в другом городе.
Если эта женщина что-то скрывала, значит, это нечто ужасное. Нечто хуже рабства для меня и всех моих потомков. Я открыл книгу, взял ручку и склонился над блокнотом.
Ничтожными обращались должники, которые не выплатили долг Вселенной. Для перерождения требовались два условия: смерть и долг, взятый у Вселенной и превышающий ценность всего имущества должника.
Я нахмурился. Повертел шариковую ручку в руке. Не сходится. Эта женщина взяла в долг у Скрытого, что следовало из особенности долга — у Вселенной годы жизни купить нельзя.
Я перелистнул страницы блокнота до конспектов о долге. Содержимое одной книги противоречило содержимому другой. У Вселенной нельзя взять в долг сумму больше ценности всего имущества. Нельзя заложить того, чего у тебя нет. Такой обмен не пройдет. Как тогда выполнить второе условие?
— Продать Вселенной чей-то на долг, — сказал я первое, что пришло на ум. — Точно! Можно же продать что угодно!
Версия о злосчастном кредиторе, который охотится за членами семьи, распалась карточным домиком, а на руинах возвысилась другая. Намного прочная и устойчивая. Эта женщина заняла годы жизни у Скрытого, но тот продал долг Вселенной, и теперь мир желает моей и Надиной смерти…
Вывод не проливал свет на всю картину. Только приоткрывал самый краешек. Я не спешил. Возможно, недостающие пазлы находились в книге, поэтому продолжил читать.
Ничтожные обитали в Пустотах и пожинали долги, которые не связаны с кармой. Они придут за мной и Надей на двадцать первый день рождения. От мысли об этом я приобнял себя одной рукой. Они просачивались сквозь любую защиту, не убивали, а утягивали жертву в Пустоты, где та медленно угасала. Ничтожных можно пленить, но за одним приходят другие. Если вы — должник, проще убить себя или позволить убить другим. Любая участь лучше «этого».
Опытные мистики — не должники — пленяли Ничтожных и направляли против врагов. Разумно. Чудовище, для которого любая защита не прочнее листа бумаги, довольно сильное оружие. Но в случае неудачи Ничтожный возвращался за «хозяином» и забирал с собой.
Я выписал основную информацию и способы противодействия. В худшем случае хотя бы задержу их. Дальше описывались методы призыва. Пролистав на всякий случай до конца — вдруг найду что-то полезное — закрыл книгу и отложил в сторону.
Вот и все. Более менее понял, про какие «последствия» написала эта женщина, и более менее изучил основы. Крепче взял ручку, выписал возможные исходы:
1. Я не выплачиваю долг — меня и Надю забирают Ничтожные, она умирает в муках, а я после смерти становлюсь одним из них.
2. Я не выплачиваю долг и прошу Скрытого выкупить его у Вселенной — Надя живет, а я и мои дети становимся рабами Скрытого.