Страсть ей к лицу

— Возможно, вы правы, — вздохнула миссис Мэнли. — Последнее время он и меня беспокоит.
— И вас тоже? — воскликнула Джулиана, ощутив, что узел тревоги, туго завязавшийся в груди, немного ослабевает. Больше она не одна. И вовсе не сходит с ума, воображая то, чего нет на самом деле. — Не знаю, что и предпринять, — пробормотала она. — С тех пор как его отчим умер, он сам не свой, но когда я пытаюсь поговорить с ним об этом, просто улыбается, меняет тему разговора и всячески старается от меня отделаться.
— А чего вы хотите от меня? — беспомощно развела руками миссис Мэнли. — Теперь вы — центр его мира. Если не можете разговорить его вы, что я, по-вашему, могу сделать?
Помрачневшая Джулиана покачала головой:
— Не знаю... Я надеялась, что вы дадите совет, как уничтожить этот кошмарный колодец тьмы, который, как я чувствую, таится в его душе...
Стук в дверь раздался так неожиданно, что дамы вздрогнули. Джулиана, вскочив, поспешила к двери.
— Вот вы где! — воскликнул Ашер. — Ханнем сказал о вашем приезде, бабушка, и я уже стал гадать, куда вы исчезли.
Он поцеловал жену в щеку, подошел к бабушке и галантно склонился над ее рукой, озорно блестя синими глазами. Он перевел взгляд с одной женщины на другую.
— Я действительно счастливчик. Сразу две прелестные дамы будут со мной обедать.
Ни словом, ни взглядом он не выразил ничего, кроме искреннего удовольствия при виде жены и бабушки. Беспечно рассказывал о скоте и своих планах улучшить породу, велел поблагодарить кухарку за вкусную еду, посмеялся над проделками Аполлона, обожавшего грызть шелковые домашние туфельки бабушки, и заботливо осведомился у жены о том, как прошел день. Всякий, наблюдая за ним, решил бы, что опасения жены и бабушки были чистейшей глупостью. На деле же Ашер прекрасно понимал, что его поведение причиняет боль самым главным в его жизни людям.
«Этому пора положить конец», — мрачно думал он, отвечая на заданный бабушкой вопрос. К сожалению, он слишком хорошо сознавал, что единственный способ прекратить все это — избавиться от Ормсби.
Он действительно балансирует на тонком канате! И необходимо держать свои эмоции в узде. Для любимых и любящих он всего лишь почтительный внук и обожающий муж. Пусть темная и злобная сторона его характера останется скрытой в душе. Но несмотря на все его усилия, было очевидно, что жена и бабушка крайне обеспокоены.
Ашер вздохнул.
Имеется только одна возможность покончить с этой пыткой. Похоже, маркиз уже прожил даже больше того, что ему отпущено!
Джон прибыл как раз к концу полдника. В руке он держал книгу. После обмена приветствиями Джон, отказавшись от прохладительного, отдал книгу Ашеру и уселся рядом с миссис Мэнли.
— Завтра я собираюсь в Брайтон, — начал он, — и, перебирая вещи отца, наткнулся на эту книгу. Она была в саквояже кабриолета в тот день, когда его убили. — Он вымучил улыбку. — Поскольку отец завещал библиотеку тебе, я решил ее отдать.
Взяв толстый том, Ашер механически взглянул на заглавие и оцепенел. Чосер. Стихотворения...
Сосер...
Он отложил книгу и уставился на нее, как на ядовитую змею. Отчим перед смертью мог говорить только об этой книге. Что в ней спрятано? Что-то в одном из стихотворений?
Ашера пронзил мгновенный смертельный страх. Что, если Деннинг обнаружил источник его денег? Узнал, что он сделал ради того, чтобы уберечь семью? Что, если в книге лежат доказательства его прежней жизни? Доказательства, которые уничтожат все, ради чего он трудился?
Ашер оглядел собравшихся. Все уставились на него. Он заставил себя улыбнуться:
— Спасибо, Джон. Я отнесу ее в библиотеку, а возможно, даже прочитаю, хотя я небольшой любитель поэзии.
— Что это за книга, дорогой? — спросила миссис Мэнли, не сводившая с внука глаз.
Желая в эту минуту, чтобы бабушка не была так умна, он неохотно пробормотал:
— Полное собрание сочинений Чосера.
Бабушка недоуменно нахмурилась, но тут же ахнула.
Значит, тоже догадалась.
— Вот что он пытался сказать перед смертью! — взволнованно воскликнула она. — Сосер! Он хотел сказать «стихотворения Чосера»!
 
Джулиана широко открыла глаза:
— Ну конечно! Он вез ее с собой в Лондон! Возможно, он подчеркнул в ней какие-то слова? Посмотри, Ашер!
—Клянусь Юпитером, она права! — воскликнул Джон, взволнованно подавшись вперед.
Ашер понял, что от судьбы не убежишь. С тяжело заколотившимся сердцем он неохотно положил книгу на стол и открыл, не зная, чего ожидать. Ему стало совсем плохо при виде маленького пакета, лежавшего в вырезанной в страницах выемке.
— О Господи! — выдохнула бабушка. — Там что-то лежит!
Ашер сидел неподвижно, глядя на пакет. Он словно узрел свой смертный приговор. Но как?! Откуда Деннинг раздобыл доказательства? Он был так осторожен. Так чертовски осторожен. И все напрасно!
— Разверни, — попросила Джулиана, садясь рядом. — Посмотрим, что он считал важным.
Ашер дрожащими руками вынул пакет из тайника. Прежде всего ему попалось письмо, которым Деннинг обернул пакет. Наскоро Ашер пробежал письмо глазами, и сердце его едва не остановилось, когда он понял, что содержание не имело ничего общего с его нечестивыми деяниями. Пришлось прочитать письмо дважды, прежде чем он сумел понять смысл. Потом еще раз. Чтобы убедиться, что все правильно понял.
— Прочти вслух, — сказал он Джулиане, отдавая ей письмо.
Почти не слыша, голоса жены, читавшей последнее письмо Деннинга, Ашер ошеломленно смотрел на небольшой пакет. Он узнал почерк матери.
Благоговейно развернув старые бумаги, он с удивлением увидел тяжелое золотое кольцо с гербом Ормсби. Схватил кольцо и быстро прочитал остальные письма. Грудь словно стянуло стальным обручем, когда он осознал значение бумаг и кольца, переданных ему отчимом.
Голова закружилась так, что Ашер прикрыл глаза. Только немного придя в себя, он осторожно положил кольцо на стол. Миссис Мэнли немедленно узнала его и вскрикнула:
— Кольцо Винсента Ормсби! Украденное в ту ночь, когда он умер! Но как? Как оно оказалось у Деннинга? Только не говори, что это он убил Винсента!
Ашер покачал головой:
— Нет. Его убил Ормсби. Матушка все видела. И взяла кольцо, чтобы это доказать.
— Так кольцо все это время было у Джейн? — поразилась миссис Мэнли.
— Да. Она спрятала его и эти бумаги в свой маленький письменный стол. Деннинг велел принести его с чердака и случайно наткнулся на тайник. И воспользовался всем этим, чтобы шантажировать Ормсби, — устало добавил Ашер. — Матушка пишет о том, чему стала свидетельницей в ту ночь... когда Ормсби убил брата.
— Господи милостивый! — тихо пробормотал Джон. — Неудивительно, что отец был так уверен в своем постоянном выигрыше. Таким способом он вымогал деньги у маркиза. — Он на секунду сжал губы. — И это дает Ормсби веский мотив желать его смерти.
— Так оно и есть, — согласился Ашер. Но это не доказывает, что маркиз убил отчима.
— Немедленно нужно отнести это констеблю! — свирепо прошипел Джон. — Ормсби должен предстать перед судом. Пусть заплатит за все, что сделал.
Ашер почесал подбородок.
— Так-то оно так, но похоже, это убийство не единственное, в котором обвиняется Ормсби.
— О чем ты? — нахмурился Джон.
— Письмо матушки все объясняет. Но вот это, — ответил Ашер, протягивая брату листок бумаги, — доказывает, что самозванец слишком долго носил титул, который ему не принадлежал.
Все уставились на него, как на безумца. Ашер мрачно улыбнулся.
— Беверли раздобыл в Лондоне специальное разрешение, и вот это, дорогие мои, — брачное свидетельство Джейн Мэнли и Винсента Беверли, датированное двенадцатым июля тысяча семьсот семьдесят пятого года. Венчание состоялось в маленькой церкви в Суррее. Они поженились почти за девять месяцев до дня моего рождения. А это означает, что Ормсби — не Ормсби. И что маркиз — это я.
  
Глава 20
 
Собравшиеся встретили его слова гробовым молчанием. Джулиана, миссис Мэнли и Джон уставились на Ащера с открытыми ртами. Первой пришла в себя бабушка: