Страсть ей к лицу

— На очередную партию в карты с Ормсби? — мрачно спросил Ашер.
Деннинг с улыбкой погрозил ему пальцем:
— Я уже большой мальчик. И пусть тебе нравится играть роль няньки своих сестер и братьев, совершенно не обязательно заботиться обо мне. Кроме того, мы с Ормсби понимаем друг друга.
Бросив на отчима жесткий взгляд, Ашер процедил:
— Не знаю, какую игру вы затеяли, сэр, но предупреждаю: будьте осторожны. Ормсби редко ведет себя как джентльмен.
— Ты зря тревожишься. Я вполне могу о себе позаботиться, — подмигнул отчим. — И кто знает, может, я сумею помочь и тебе.
Брови Ашера сошлись на переносице.
— Что вы имеете в виду?
— О нет, я не настолько болтлив, — ухмыльнулся Деннинг и, оставив Ашера, ушел, громко стуча протезом по натертому дубовому паркету.
Джулиана и Ашер добросовестно посещали всевозможные домашние праздники, но после сегодняшнего вечера, когда помолвка была объявлена и все шло как по маслу, намеревались уйти со сцены на несколько месяцев. Если не считать предстоящей встречи с Маркусом Шербруком, оба преисполнились решимости «не быть дома» ни для кого, кто вздумает их посетить.
Ашер поискал взглядом жену. Джулиана разговаривала с бабушкой и миссис Шербрук, сидевшими в глубине комнаты на обтянутом гобеленом диванчике. Он поспешно подошел к ним, и Джулиана улыбнулась. Супруги обменялись взглядами.
— Думаю, — сказала Джулиана, — муж хочет с вами проститься.
Миссис Мэнли кивнула:
— Да, тем более что он очень терпеливо отнесся ко всей этой предсвадебной суматохе.
— Куда терпеливее, чем вы думаете, — усмехнулся Ашер. — Куда терпеливее! — Взяв Джулиану за руку, он спросил: — Полагаю, бабушка, ваш кучер благополучно доставит вас домой?
Миссис Мэнли фыркнула:
— Знаешь, дорогой, до того как ты окончательно сюда вернулся, я каким-то образом справлялась со всем самостоятельно. Но если хочешь знать, да, Уиггинс будет здесь с экипажем, когда понадобится. С ним будет и молодой Пелтон, так что мы, две немощных старушки, благополучно доберемся домой. А теперь бегите, — лукаво улыбнулась она, — я же вижу, вам не терпится.
Ашер, смеясь, поцеловал ее в щеку.
— Спасибо, я так и сделаю!
Простившись с бабушкой и миссис Шербрук, они отправились на поиски мистера Керквуда, чтобы пожелать и ему спокойной ночи. Вскоре они вышли на крыльцо, сошли по ступенькам и направились к тому месту, где ждала их коляска.
Ашер подсадил Джулиану на сиденье, сел рядом и пустил лошадей в галоп. И когда Керквуд исчез позади, Ашер довольно вздохнул.
— Ну, разве ты не рада, что я едва не силой повел тебя к алтарю? — спросил он у Джулианы. — Иначе бы мы стояли в кулисах и с завистью наблюдали за влюбленными, ожидая, когда придет наше время. Я не говорю уж о том, что нам пришлось бы спать в своих холодных и одиноких постелях... А вместо этого мы сейчас спешим домой, где я намереваюсь сделать с тобой все, что пожелаю. — Он взглянул на ее грудь, вздымавшуюся в вырезе муслинового платья, отделанного кружевом. — А может, я просто остановлюсь в укромном местечке поддеревьями и при первой возможности удовлетворю свою похоть.
Джулиана положила голову ему на плечо и засмеялась.
— Перестань изображать героя готических романов! И да, я очень рада, что мы уже женаты. Я была бы ужасно несчастной, если бы сегодня мне пришлось остаться в Керквуде, а ты бы уехал к себе домой.
— Я бы не уехал далеко, — признался Ашер, целуя ее. — Я бы спрятал лошадей в чаще, а потом залез бы в твое окно. От тебя, моя дорогая, невозможно оторваться.
Джулиана глубоко вздохнула. Ее тревожила мысль: а вдруг Ашер любит ее только на словах?
Услышав ее вздох, он озабоченно нахмурился:
— Что с тобой?
— Ничего, — отмахнулась Джулиана, но тут же нерешительно добавила: — Это из-за того, что Талия и Пирс кажутся такими влюбленными!..
— А это плохо?
— Нет, просто... — Она снова вздохнула, жалея, что недостаточно храбра, чтобы прямо спросить: любит он ее или нет? И вместо этого сказала: — Талия чудесно выглядела сегодня, не находишь?
 
— Да, — пожал плечами Ашер. — Но я всегда считал, что настоящая красавица в этой семье — ты.
— Правда? — восторженно выдохнула Джулиана.
— Конечно.
Ашер считает, что она красивее Талии! Неужели это правда? Но Джулиана напомнила себе, что это еще не означает, что он ее любит! Придется попытаться еще раз.
— Какое счастье, что Талия выходит замуж за человека, который ее любит. Это так романтично! — воскликнула она.
Ашера немного удивило настойчивое желание жены обсуждать отношения Пирса и Талии, но он, как человек неглупый, почти сразу понял, что кроется за вздохами Джулианы и ее необычайным интересом к чужим делам. Он улыбнулся. Разумеется! Сам-то он знал, что любит Джулиану, но ни разу не сказал ей об этом. Необходимо срочно исправить положение!
Остановив лошадей прямо посреди дороги, он залюбовался игрой лунного света на лице Джулианы.
— Ты такая красавица. Я люблю тебя.
Джулиана тихо ахнула и уставилась на него широко открытыми глазами. Сердце бешено заколотилось.
— П-правда? Ты н-никогда не говорил... — пролепетала она.
— Ты так давно жила в моем сердце, что даже не могу точно определить, когда я в тебя влюбился. Но теперь я твой навсегда. Никогда в этом не сомневайся!
Джулиана чувствовала себя так, словно получила в дар звезды и небо. Губы ее приоткрылись, лицо излучало сияние...
— Я все окончательно понял в Лондоне, — пробормотал Ашер, не сводя с нее глаз. — В разлуке я осознал, что не могу представить жизни без тебя.
Он поцеловал ее долгим поцелуем, не обращая внимания на лошадей, нетерпеливо фыркавших и перебиравших копытами.
— О, Ашер, я тоже тебя люблю, — призналась Джулиана.
— Знаю, — спокойно ответил он. — И ты — маленькая гусыня, если давным-давно не сообразила, как безнадежно я в тебя влюблен. Подумать только, а еще говорят, женщины живут инстинктами! Ты действительно воображала, будто я исключительно по доброте душевной рискну жизнью и честью и украду для вас письма Талии? Я люблю тебя, Джулиана! Всегда и навеки!
Она обняла Ашера за шею и поцеловала.
— И я люблю тебя. Больше, чем ты того заслуживаешь, несносный спесивец!
Смеясь, Ашер снова стал целовать Джулиану. Одной рукой удерживая лошадей, он умудрился устроить Джулиану между своих бедер, а она осыпала поцелуями его щеки и подбородок.
— Раньше я считала себя счастливой, но теперь... О, Ашер, как прекрасно, что мы любим друг друга!
Теперь уже он целовал ее. А когда поднял голову, долго не мог отдышаться.
— Прекрасно, — выдавил он. — А теперь, если мы немедленно не отправимся домой, то, боюсь, шокируем тех, кто будет проезжать здесь через несколько минут.
Примерно в то время, когда Ашер и Джулиана открывали друг другу сердца, Деннинг и Ормсби сидели в уютной комнате, которую хозяин считал своим кабинетом. Элегантность ей придавали дубовые панели, а стеклянные двери, выходившие в уединенный дворик, позволяли некоторым... э... дамам приходить и уходить незаметно.
Деннинг привез из Эппл-Хилла несколько предметов мебели: игорный столик, с полдюжины потертых, но чрезвычайно удобных стульев, старый дубовый буфет и письменный стол матери Ашера. Джулиана оставила большой книжный шкаф красного дерева, и Деннинг уже заполнил его любимыми книгами. На буфете стоял оловянный поднос с четырьмя хрустальными графинами и бокалами, на обоих концах буфета возвышались разнокалиберные серебряные канделябры. Тут же красовалось блюдо с фруктами, хлебом и сыром. Рядом лежал маленький разделочный нож. По обеим сторонам дверей стояли мягкие диваны с атласной обивкой.
Деннинг и Ормсби сидели за столом, на котором были разложены карты и стояли полупустые рюмки с бренди. Они уже сыграли партию в пикет, которую Деннинг легко выиграл. Ормсби, развалившийся в кресле напротив, мрачно взирал на партнера. Он приехал в Роузвейл уже полупьяным и весь вечер все еще продолжал много пить.