Мама для Его дочери (СИ)

— Мне-мне-мне! — Полина скочет на месте и тянет руку вверх, в которой держит бокал.
Ее отец наливает ей вкусненького, а потом берет другую бутылку и пустой бокал. Наполняет бокал другим напитком.
— Держи, — протягивает мне напиток.
— Ладно… — все же принимаю бокал. Один — не страшно.
Мы слушали поздравления и сидя переглядывались. Полина с таким интересом наблюдала за экраном, что можно было подумать, что она что-то понимает.
Когда начался бой курантов, девочка подскочила с дивана, готовая стукаться бокалами.
— Еще рано… — говорил ее отец и молчал еще несколько секунд. — Вот сейчас можно!
— Ура-ура-ура!
— Полина, осторожнее! — рассмеялась я невольно, она чуть бокалы нам всем не разбила. Такой замах сделала.
— Простите! — и спешит пить шипучее сладкое.
— С новым годом, — тихо поздравляет меня Мирослав.
— С новым годом, — кажется, я сказала это еще тише, и пригубила бокал.
На душе скребло… Я должна быть сейчас в своей квартире. Не здесь. Точно не с ним.
Мне кажется, что я сплю. Но нет, все реально. Не сказка. Не кошмар.
— Хочу кусочек торта!
Я спешу поставить наполовину пустой бокал на столик, чтобы положить девочке кусочек торта.
— Я тебе положу.
— Вот этот кусок! Со снеговиком! — указывает маленьким пальчиком Поля.
— Хорошо, — отрезаю в нужном месте и кладу красиво. — Ложка, — кладу ее на край тарелки. — Держи!
— Спасибо, Устина! Пап, — смотрит на отца уже жалобными глазами. — Можно мне мультики включить? На полчасика! На большом телевизоре!
— Можно. На час.
— Ура! Спасибо, папа!
— С новым годом, Поль, — подмигивает ей отец и девочка убегает.
Он хороший… отец. Безусловно. Немного суховатый, но очень любящий.
Я присела на край дивана, закинула ногу на ногу и взяла бокал в руки, стала пить маленькими глоточками. Поглядывала на Мирослава. Он вообще не переставал смотреть на меня. Будто заклинило.
— Что? — отношу бокал от губ и вытираю их пальцами, за чем Мирослав весьма красноречиво проследил.
— Ты в городе живешь?
— Ну да. А что?
— Раньше ты говорила, что хочешь жить в большом доме.
Я много чего мечтала и не стеснялась ему рассказывать. Он смотрел на меня как на беззаботную дурочку и, наверное, смеялся про себя.
— Было такое… Но…
— «Но»?…
— Дело в муже. Ему так было удобнее… Я согласилась. Мне и самой так удобнее.
— Ты все-таки стала учителем химии?
— Первый год работаю в приличном лицее.
— И как там… химия?
— Как и сто лет назад. Ничего нового.
— Хм… — хмыкнул с некой грустью Мирослав. Кажется, он хотел что-то сказать, да передумал. Мне было любопытно, что именно было у него на уме. Ведь обычно Мирослав бьет словом, точно контрольным выстрелом, а тут умолчал. Значит, и правда из ряда вон выходящая мысль пришла ему в голову.
— Надеюсь, дорогу не сильно замело. У Дашки джип, но…
— Доедет. А не доедет — позвонит. Поедем откапывать.
Я невольно улыбнулась.
И тут стук в дверь!
Дашка! Ну наконец-то!
— Сиди! — черт возьми, он приказывал мне это. Как раньше… Я слушалась. Да и сейчас мягкое место прижала.
— Но это…
— Устал человек с дороги, пойду приглашу ее к нам посидеть. Что ты в самом деле?..
Вообще-то он прав. Дашка столько часов в дороге. Ей стоит посидеть хотя бы минут десять.
Мирослав ушел открывать дверь, а я так и осталась сидеть приклеенной к дивану. И почему, спрашивается, я снова делаю, что он говорит…
  
Глава 8. Потепление.
 
Мирослава долго не было. Он должен был уже открыть дверь и привести Дашу сюда, если это вообще она пожаловала.
Оглянувшись назад, я увидела, как Поля без отрыва смотрит мультфильм, после чего встала с дивана и направилась посмотреть, что там происходит в прихожей.
Замерла, когда подошла ближе и услышала разговор. Встала немного в стороне.
— В смысле на получится?! Ты обещал мне! А потом ты просто берешь пишешь сообщение, что ничего не будет?..
— Я ничего не обещал, Агния. Это ты уже придумываешь. Марина сегодня отпросилась. Я не могу оставить дочь одну.
 
Агния… Имя-то какое. Ему, видимо, нравятся девчонки с необычными именами. Помню, когда он узнал мое имя, то решил, что оно придуманное. Возможно даже решил, что я подрабатываю на той дороге, называясь кем попало. Но я быстро убедила его в другом.
— Но сегодня же новый год… Я думала… думала, что тебе не наплевать на меня.
— Извини. Так вышло.
— Извини?! Ты говоришь мне «извини»? Почему ты меня к себе пригласить не хочешь?! Я давно хочу познакомиться с твоей дочерью.
— На твоем месте я лучше бы попыталась наладить отношения с мужем.
Вот это раз! У этой Агнии есть муж?! Мирослав знает об этом и, судя по всеми, встречается с этой женщиной.
Я поспешила вернуться на диван. С меня хватит. Не хочу больше ничего слышать. Это более чем неприятно, хотя должно быть наплевать.
Мирослав вернулся в гостиную через минуту. Один.
— Это не Дашка? — спрашиваю я.
— Нет… Это был кое-кто другой.
— Твой друг? Ты кого-то ждал? Только не говори, что не впустил его из-за меня…
— Все в порядке. Ты здесь ни при чем.
Мирослав очень изменился в настроении после разговора с женщиной, а я еще более почувствовала себя лишней здесь. Если бы у меня только был повод уйти, то я бы им воспользовалась. Но я не могу. Мне пока некуда.
— Ты… ты был холоден с ней, как зима на Аляске, — призналась, что слышала их разговор.
— Ты подслушивала?..
— Ты спал с замужней женщиной?
С него пример беру. Говорю то, что думаю.
— А если и так, то что?..
— Ничего… Просто… Да, ты действительно изменился… — забегала глазами. И если еще пару минут назад я хотела попробовать вон тот салатик, то сейчас меня тошнит. В горле ком встал.
— Агния — моя одноклассница. Мы… встретились несколько месяцев назад. Она с мужем поругалась. Переехала в этот город, чтобы от него подальше быть. Я помог ей с работой. Мы стали общаться. Просто так… Мы никогда не спали. Но она, наверное, хотела бы этого. Впрочем, если бы ты слушала все до конца, то все бы поняла. Я просто дал ей понять, что ничего не выйдет. Не хотел, чтобы так случилось в праздник, но… так вот вышло, — пожал плечами Мирослав. — Давай ты вот этот салат попробуешь, — перевел он тему.
Хм… Да уж. Его объяснения кажутся мне очень даже… нормальными. Он ей помог, а она, видимо, прилипла как банный лист.
— Да, я попробую, — спускаюсь с дивана на колени. — Тебе положить?
— Да, давай.
— Извини, что заставила тебя… эм… объясняться.
— Ты не заставила. Не мог допустить того, чтобы ты думала обо мне… не то.
Я коротко взглянула на Мирослава из-под густых ресниц и продолжила наполнять его тарелку.
Молчала передала ему тарелку и, наполнив теперь свою, вернулась на диван.
— М-м-м… — не сдержалась, промычала от удовольствия. — Обожаю салат с ананасами…
— Помнишь, как ты визжала о том, как сильно хочешь попробовать устрицы?
Я улыбнулась. Он помнит. Я, впрочем, тоже. Я помню все.
— Ага… А потом не стала их есть.
— … и сказала: поехали лучше за шаурмой!
Перешла на откровенный смех.
— Да… Было такое… — продолжаю есть салат и стараюсь снова стать серьезной.
Слишком много вольностей рядом с человеком, который давно мне никто. Не стоит быть слишком веселой, а то еще решит, что можно снова задалбывать меня неудобными вопросами. Уверена, что он все еще одержим идеей узнать, что и как.
Раздался очередной звонок в дверь. Но теперь-то это должна быть Дашка!
— Теперь я точно иду с тобой, — ставлю тарелку и встаю с дивана.
Это и впрямь Дашка пожаловала. Вся в снегу и с улыбкой до ушей. Та еще была встреча… Было такое ощущение, что она не за мной приехала, а все это время к Амурскому мчала.
Упрашивать ее посидеть на дорожку не надо было. Она только с радостью.