Мама для Его дочери (СИ)

— В… в чем?
— В том, что упала ты из-за него, — заходит в комнату, подступает ко мне почти вплотную.
— Ч-что ты с ним сделал?.. — еле шевелю губами, глядя в жутко злые глаза Мирослава.
— Ничего. Сказал уезжать из города. Думаю, он воспринял меня более чем всерьез.
— И… и все?..
— И все.
— Но ты сказал…
— Что убью его? — начинает кивать. — Соблазн такой был… И клянусь, выходя из больницы и садясь в машину, я всерьез думал об этом.
— Но ты не мог… — отрицательно качаю головой.
— Да, не мог, — берет меня за руку, притягивает к себе. — Из-за вас. Этот идиот того не стоил.
— Черт, Мирослав… — молниеносно прижимаюсь к его груди, смыкая руки у него на спине. — Я так хотела это услышать… Что ты не натворил глупостей…
— Я все еще очень зол, — гладит меня по голове, упираясь подбородком мне в макушку. — Если бы ты потеряла ребенка, он бы точно жив сейчас не был.
— Перестань… Все хорошо…
Мирослав спешит приподнять мое лицо ладонями и жадно впиться в мои губы. Я ответила на его поцелуй, встав на носочки и забросив руки ему на шею. Нам обоим сейчас это было нужно.
— А… — Мирослав поднял меня на руки. Он сделал это осторожно, но я все равно удивилась. — Что ты…
— Пойдем в кроватку. Ты устала.
* * *
Спустя немного времени…
Все ждали, когда я уже скажу это заветное слово, он тоже ждал, а я, словно парализованная хотела как можно дольше удержать этот момент. Момент, в котором я так счастлива.
— Я согласна! — наконец выдохнула, широко улыбнувшись.
Надела ему кольцо и вновь посмотрела на него со всей любовью.
У Мирослава словно камень с души упал, об этом говорили его глаза. Неужто он думал, что я передумаю выходить за отца моего ребенка?..
— Объявляю вас мужем и женой, — торжественно объявляет регистратор чуть громче, чем говорил до этого свою речь. — Можете поцеловать невесту.
Мирослава дважды просить не пришлось. Едва мы скрепили наш брак крепким поцелуем, как раздался шум аплодисментов. Дашка, кажется, аплодировала громче всех. А у Полины была самая завораживающая улыбка. Так рада была за нас наша девочка.
Это были самые невероятные минуты в моей жизни. Сегодня я по-настоящему чувствовала себя невестой, ведь понимала, что вхожу в жизнь человека, которого всегда любила. Этому ничто не смогло помешать, а препятствий было не мало, и даже если они будут в будущем, то мы и с этим справимся.
Как только мы собрались покинуть загс всей веселой компанией и поехать отмечать торжество у нас дома, неподалеку от лимузина нас ожидала Карина Владиславовна. А также мой отец и мама. Трое людей, которых я никак не ожидала увидеть в этот день. До сих пор Карина Владиславовна не навещала нас, а с родителями я разговаривала всего лишь дважды по телефону.
Вижу, они уже успели познакомиться. Я заметила, как моя мама что-то говорила Карине Владиславовне, а та участливо отвечала ей.
— Бабушка! — наша девочка побежала вниз по ступенькам в своем изумительном платье, поверх которого была белая шубка.
Мирослав тем временем сказал гостям садиться и уезжать к нам домой. Нам же следовало пока остаться, чтобы поговорить с близкими нам людьми. Они же из-за нас здесь.
— Привет, моя хорошая. Ты потрясающе выглядишь, — пролепетала Карина Владиславовна. Моя мать с интересом смотрела на девочку, улыбалась ей, хотя еще недавно говорила не совсем лестно о ней по телефону. Мол зачем мне воспитывать чужого ребенка… Считала, что я не выдержу.
— Не ожидали вас здесь увидеть, — произнес Мирослав, зациклив свой взгляд на моем отце. Я же смотрела на его мать. Она тоже смотрела на меня. Мы немо говорили друг с другом, показывая свое отношение взглядами.
— Не могли не приехать… — протянула Карина Владиславовна. — Не могла я пропустить женитьбу моего сына.
— Мы тоже… — вступила мама. — Не могли… Ты же наша дочка, — улыбается вполне искренне. — Мы… мы были неправы. Просто мы считали…
— Ну все, молчи, — оборвал отец, а то мама бы сейчас устроила здесь потоп. — Мы считаем, что все могло сложиться куда хуже для Устины, продолжи она свою жизнь с этим недоноском, — твердо произносит отец. — Моя дочь тебя любит. Так что ты вполне сгодишься мне в зятья, — кивнул отец.
 
А вот это было просто что-то… Я и не рассчитывала, что отец однажды когда-нибудь так открыто примет Мирослава моим мужем.
Чего еще желать?..
  
ЭПИЛОГ
 
Спустя несколько месяцев…
Я думала, что судьба отменила наказание для меня, когда дала мне возможность забеременеть. Так и есть. Отменила. Я благодарна ей за все. Но наша малышка не далась мне легло. Это были очень тяжелые роды. Я мучилась около суток. Казалось, что это никогда не закончится… Но даже в самые тяжелые часы я была счастлива, ведь со мной был тот, рядом с которым ничего не было страшно.
Изменилась немного: слегка пополнела, вымоталась, что видно по лицу, но оно того стоило. Первые дни я не могла выпустить нашу малышку из рук. Постоянно была с ней, ночей не спала. Мне все казалось, что с ней что-то случится, если я отойду от нее. Хотя она была совершенно здоровенькой.
Потом уже, когда я немного успокоилась, я снова начала замечать всех вокруг.
Мирослав почти все время был рядом. Отменил все встречи в первые месяцы жизни дочери. Работал дома. Отлучался только тогда, когда нужно было отвозить и забирать Полю из школы. Они мне очень помогали. Иногда усталость так накатывала, что я могла прямо на часок свалиться среди дня. Тем временем Полина с радостью приглядывала за Соней.
— С ней все будет хорошо, — гладил меня по плечам Мирослав, стоя позади. — Не волнуйся так…
— Она, возможно, единственный ребенок, которого я смогла родить, — завороженно смотрю на нашу девочку в кроватке. Она так сладко спала.
— Это не так, — обвивает руками мою талию. — Не единственный… От меня у тебя будет сколько хочешь детей. Если хочешь…
— А если я скажу, что хочу?.. — улыбаюсь, прижимаясь к его груди затылком.
— Меня упрашивать не придется. Всех прокормим, не волнуйся, — я тихо усмехаюсь, чтобы не разбудить дочку. — Но я думал, что ты хочешь карьеры. Тебе же нравилась твоя работа.
— Да, нравилась…
— Это я старик уже, а ты молода. Еще все успеешь.
— Никакой ты не старик… — спешу оторвать взгляд от Сони и обернуться к нему. — Я… — кладу ладони ему на грудь. — Когда мы познакомились, я считала, что не пара тебе.
— Потому что я старше?
— Потому что ты умнее. Знаешь, ты казался невероятно умным, — белозубо улыбаюсь, гримасничая. — Ты и был умным. А я…
— Ты тоже была умной. В тебе было что-то такое, что не помешало мне воспринять тебя всерьез.
— То есть ты ни секунды не думал обо мне как о девчонке на ночь?..
— Никогда, — ведет пальцами мне по кисти, предплечью, плечу. — Я влюбился, словно мне шестнадцать, — произнес на выдохе и поспешил ворваться в мой рот смачным поцелуем. Я аж застонала ему в губы. Давненько у нас не было таких поцелуев. Нам еще довольно долго ничего нельзя, потому и не дразнимся.
— Я по тебе скучаю… — выдохнул мне в губы.
— Я тоже… — собиралась было вновь припасть к его губам, но в комнату Сонечки внезапно вошла Полина. Я поспешила оторваться руки Мирослава от своей талии.
— Привет, Поль. Ты уже сделала уроки? — спрашиваю девочку.
— Да, я уже все сделала. Пришла посмотреть Соню.
Полинка так подросла за этот почти год. Заметно повзрослела.
— Ну иди, смотри, — говорит ей отец.
Старшая сестренка проходит между нами и цепляется своими маленькими пальчиками в бортик кроватки.
— Скорее бы она подросла… — протянула девочка, а мы с Мирославом переглянувшись, улыбнулись друг другу.
* * *
Спустя пять лет.
— Так, сидим спокойно, — командует Мирослав.
Девочки заволновались уже. Все никак не могли усидеть на месте. Скакали по заднему сидению машины, пытаясь что-то высмотреть в окнах, а там белым-бело. Сегодня так же, как и в ту ночь, когда я вновь повстречала их отца. Дороги напрочь заметены, а на носу праздник. У нас как всегда в смену лучшие гребцы, вовсю уже старый год провожают.