Через океан на «Морской черепахе» (СИ)
— Так, подожди! — воскликнул я. — Он же умер, еще десять лет назад.
— Кто тебе такое сказал? Я перед самым отъездом читала газету, где рассказывалось о последних новостях. Да и по телевизору уже здесь в Австралии, показывали репортаж, о том, что происходит в стране.
— Это когда было? — удивленно переспросил я.
— Да всего неделю, или чуть больше назад.
— Так, стоп, а какое сегодня, в таком случае, число, по твоему? — переспросил я уже начиная кое-что подозревать.
— Ты шутишь? Конечно, семнадцатое августа 1980 года.
— Я так и думал.
— Что-то не так? — Тут же переспросила девочка.
— Понимаешь, подруга. Дело в том, что я отправился в поход в начале лета 2015 года. Ну и соответственно меня выбросило сюда, почти год назад. По всему выходит, что сейчас идет 2016 год. Точнее я прибыл из того времени, и для меня он 2016.
Девушка, услышав мои слова, слегка отстранилась от меня, подозрительно взглянула и осторожно произнесла.
— А ты головой ни обо что не ударялся? Или может тебя, кто бил? Как такое может произойти. Я точно была здорова до переноса сюда, и даты помню прекрасно. Чем докажешь?
— Да, в общем-то. Ну вот смотри сюда. Как ты думаешь, что это такое?
Я показал девушке свой телефон. Та осмотрела его со всех сторон, и предположила, что это один из артефактов того города, в котором она побывала.
— Увы нет. Да и не добрался я до того городка, меня гораздо раньше выбросило на этот остров. Это мой телефон. Правда здесь он не работает из-за отсутствия связи, но все же музыку послушать можно.
Я нажал на воспроизведение. Девушка вначале встрепенулась, а после прослушав мелодию сказала. Что это не доказательство.
— Эту мелодию я никогда не слышала. Поэтому, это скорее всего и есть артефакт древних, просто ты смог как-то оживить его.
Теоретически можно было попробовать найти мелодию, которая оказалась бы ей знакома, но опять же, вряд ли бы ее это переубедило. Уж если я смог оживить «артефакт», то и закачать в него известную мелодию тоже не составило бы большого труда. Тут я вспомнил об автомобиле. Дождь уже почти прекратился, и я предложил показать девчонке автомобиль 2010 года, который обнаружил здесь при переносе.
— Ты же не думаешь, что я бы стал перебивать на его бирках год выпуска. Да и не знал я, что ты когда-нибудь появишься здесь, и мне придется искать доказательства.
Девушка конечно убедилась, что там во всех местах отмечен апрель 2010 года, но даже это было воспринято несколько скептически. Вспомнив о своих правах, достал из сундука и их, но там была указана дата получения апрель 1998 года. В общем девушка хоть и убедилась в этом, но похоже не особенно в это поверила. Впрочем, к этому моменту, мне уже было все равно, верит она в это или нет. Меня больше занимало другое. А именно какой день, показывает календарь, то есть тот, что показывает сегодняшнюю дату на этом острове. Нет, конечно у меня на телефоне имелся встроенный календарь, уж не знаю до какого года включительно, но что-то брали большие сомнения в том, что он показывает правильную цифру. Хотя если разобраться, именно сейчас, этот вопрос был сейчас не самым актуальным.
Глава 4
Главным, пожалуй, было то, что сейчас у меня появилась соседка. Не то, чтобы я питал какие-то матримониальные планы, или же мне нужна была женщина. Хотя, о чем, я говорю, конечно же нужна, я ведь мужчина, и чувствовал себя достаточно молодым в этом отношении, а год воздержания, никому не идет на пользу. Впрочем, это вовсе не означает, я кинулся бы эту девчонку насиловать. Но определенные планы на нее у меня имелись. Правда сейчас все это ограничилось обычным общением, и для начала, мне этого было достаточно.
Сейчас, меня больше занимали проблемы с постройкой плота, для того, чтобы можно было покинуть этот остров. Теоретически, можно было оставаться жить здесь и дальше, вот только продукты, извлеченные со свалки, были уже на исходе, я и так экономил их, как мог, но прибавиться им было увы не от куда. Подножный корм, обещал мясо тюлений, яйца и мясо птиц, к рыбному вкусу и запаху которых я уже давно привык. Прибрежные воды давали мне достаточно рыбы, причем довольно часто здесь гостил тунец, и мне попадались на спиннинг, обнаруженный в одном из автомобилей, довольно приличные экземпляры. Роща исправно снабжала меня кокосовым орехом, несколько хуже бананами и бататом. Зелень, то есть салат, лук и чеснок, тоже в очень небольших количествах выращивал я самостоятельно из найденных семян, устроив крохотный огородик, если можно так выразиться, в нескольких резиновых скатах, брошенных возле палатки и заполненных землей с южного склона горы. Теоретически можно было бы разбить огородик и там, но боялся, что пернатые выклюют мне весь урожай.
Все остальное, было уже практически на нуле. Кофе, я позволял себе только в промозглую погоду, для того чтобы согреться, ну и угостить девушку. О том, что в мире имеется еще и чай, вспоминал глядя на жестяную коробочку, в которой он еще недавно хранился. От почти мешка муки осталось от силы пара килограммов, а крупы и сахар уже давно закончились. Единственное, что имелось в достатке, так это соль. Море снабжало меня ею в неограниченных количествах. Теоретически, в глубине свалки можно было еще найти, что-то съедобное, но надежды на это таяли с каждым днем. Да и сроки годности, увы весьма подкачали. Если те же медикаменты, я забирал не глядя ни на какие сроки, просто потому, что ничего иного не имелось, хотя и очень надеялся никогда их не применить, то все остальное набирал с большой оглядкой. А ведь мне нужно было еще что-то взять с собою в дорогу. А плот — это не океанский лайнер, и сколько придется проторчать в море, было совершенно непонятно. Тот же Тур Хейердал, провел в плавание более ста дней, а это три месяца автономного существования. Да одной воды придется брать в дорогу, несколько бочек.
Помню из когда-то прочтенной инструкции, что для терпящих бедствие требовалось полтора литра воды в день. И это тот минимум, только чтобы не умереть от жажды. Даже если отталкиваться от него, и рассчитывать примерно на тот же срок, что плыл плот Кон-Тики, получатся как минимум сто пятьдесят литров на человека. А это далеко не та, консервированная вода, снабженная аскорбиновой кислотой и чем-то еще, чтобы она не протухла. А обычная ключевая вода из ручья, вдобавок ко всему залитая в бывшие топливные автомобильные баки. Очень сомневаюсь, что уже через месяц, она будет такой же свежей, как в самом начале. А ведь еще нужно будет брать с собою и запасы еды.
Девушка, попавшая на остров, адаптировалась в обстановке, довольно быстро, и вскоре, уже во всю наводила свои порядки, изредка покрикивая на меня, и подсказывая, что нужно делать. Меня вообще удивляет, как женщины быстро ко всему привыкают, и начинают чувствовать себя хозяевами жизни. Правда здесь, я постарался расставить все точки на Ё, в самом начале, совместного существования.
— Я строю плот, для того, чтобы покинуть этот остров. Это моя основная задача. Ты обеспечиваешь нам сносное существование готовкой еды, домашними заботами, и заготовкой еды на будущий переход через океан. Если будет нужна, какая-то помощь, с моей стороны, зовешь меня, решаем вопросы вместе. То же самое касается и тебя. Если мне понадобится твоя помощь, то ты не отказываясь идешь и помогаешь мне. Я не претендую на нашу близость, хотя и не отказался бы от этого, одним словом — решать тебе. Если тебя, что-то не устраивает, остров достаточно большой. Обустраивай свою жизнь, как считаешь нужным сама, но тогда не лезь в мои дела. Я не собираюсь оставаться здесь, поэтому строю плот, который будет способен доставить меня, или нас, все зависит от твоего решения, через океан, на один из материков.
На этом и порешили. Особенно девушке понравился ящик с разноцветными камнями, стоящий у входа в палатку. Вы бы видели ее глаза, она, наверное, часа два перебирала его содержимое, и цокала языком в восхищении. Большую часть так называемых «артефактов», привезенных Евой на грузовичке, пришлось выбросить. Может они и представляли какую-то ценность там на большой земле, но что-то я сомневаюсь в этом. Это были какие-то слегка наполовину разбитые статуэтки, посуда из непонятного материала, предметы быта. Пару раз, мне встретились предметы, напоминающие какое-то непонятное оружие, от которого я и раньше старался сразу же избавиться, и тоже самое сделал и сейчас. Ева, попробовала возмутиться, в ответ, я попросил сказать, что это за предмет и каковы его свойства. А когда та замялась, предположил.