Витязь 1 (СИ)

Вот так здравствуй жопа новый год. Я конечно же в курсе о наследственности, но вот о таких тонкостях не знал. Тупо не интересовался этим. Так-то я стараюсь не наследить, вдовушки, жены стариков и простигосподи, следят за собой в достаточной мере. Ведь беременность в их планы не входит от слова совсем и тут я могу считать себя в безопасности. Хотя-а-а…
Мне вспомнилась недавняя девушка на постоялом дворе, которая столь лихо взяла меня в оборот. Вообще-то, просто поманила пальчиком и я поскакал за ней козликом. А после крышу сорвало, и как выяснилось я оказался первопроходцем. Сообразил поздно, когда дело уже было сделано. М-да. Вот и разгадка странностей в поведении её дуэньи. Похоже кто-то решил заполучить от меня первенца.
Я конечно не против обновить кровь какому-нибудь роду, если оно случится по моей воле. Но я ведь когда-то женюсь и у меня будут свои дети. Не хотелось бы лишать их такой хорошей способности как предвидение, ценность которого я успел ощутить в полной мере. Неужели кто-то из прознавших о моём даре поимел меня на повороте? Причём в прямом смысле этого слова.
— А ты получается следишь за собственной ценностью? — глянул я на нового знакомого.
— Конечно. Я из безземельных дворян, да ещё и всего лишь в третьем поколении, мой дед из крестьян, обладал слабым даром, но этого хватило, чтобы его после инициации одарили дворянством. Кроме как на удачный брак рассчитывать мне не на что. А у меня помимо родителей ещё трое младших братьев и сестрица, о которых следует позаботиться.
— И кто на тебя уже положил глаз?
— Никита, я конечно всё понимаю, но тебе не кажется, что твои слова звучат грубо.
— Прости. Я хотел спросить, внимание какого рода ты сумел привлечь?
Более мягкой формы я подобрать не смог. Вот как-то сомнительно, что готовый продаться Денис, сам выбирал себе партию. Кстати, я со своим негативом в этом плане выгляжу как белая ворона. Найти девицу с богатым приданым это нормально. Как и обеспеченного жениха.
Мало того, тот кто не сумеет воспользоваться своими преимуществами, пусть то бойцовскими качествами, внешностью или хорошо подвешенным языком, считаются неудачниками. А уж если тебе обломился сильный дар и ты не смог разыграть эту карту, так и вовсе лох педальный. И сдаётся мне в отношении меня это прямо в точку.
— Я обручён со средней дочерью князя Владимирского, Елизаветой Петровной, — не без гордости заявил Денис, сбегая по ступеням крыльца.
— Это того, что правит во Владимирском княжестве? — следуя за ним, спросил я.
— Да. Мы обручились в первые же полгода после поступления.
— И как они могут узнать о том, что ты всё ещё сохранил свою ценность? Я про детей на стороне.
— Есть ритуал связанный с эфиром, который указывает на наличие детей, и если ребёнок ещё не рождён, в том числе.
— Даже так, — задумчиво произнёс я идя рядом с Денисом.
— Судя по твоему намерению скрыть силу своего дара, ты подумываешь о том, чтобы скоренько обрюхатить нескольких девиц. Я угадал?
— Не угадал. У меня ведь нет способности.
— Ну нет, значит нет. Но если вдруг опять скрытничаешь, то имей ввиду. Таким образом ты себя конечно обесценишь, но не настолько, чтобы тебя оставили в покое. Помимо способности у тебя ведь есть ещё и сильный дар, а он всё так же будет передаваться по крови. Просто вместо правящих княжеских домов на тебя найдутся претенденты поскромнее.
М-да. Я себя прямо продажной девкой почувствовал. А вот мой сосед ничуть по этому поводу не парится. Впрочем, он-то как раз свой сильный дар полагает счастливым билетом и всячески блюдёт его чистоту. Да пошло оно всё. Пока пусть идёт, как идёт. А там видно будет.
— Ого. Моя невеста, собственной персоной. Придётся зайти, — остановившись напротив витринного окна кофейни, поклонился мой новый знакомый.
Внутри заведения за столом сидели три девицы, в цивильных платьях. Учёба начинается только завтра, и вообще, мундирные обязательны для ношения только в стенах университета, а потому после учёбы никто им не запретит носить то, что вздумается.
  
— Нужно, значит нужно. Зайди конечно. Я пройду до первого трактира и обожду тебя там.
— Это не вежливо, Никита. И вообще, что я скажу невесте? Что мой новый сосед игнорирует её?
— И охота тебе всю жизнь перед ней пресмыкаться?
— А вот сейчас было обидно.
— Извини.
Ч-чёрт. Ну вот несёт меня и всё тут. Тупо раздражает как он готов перед ней лебезить. Надо будет узнать, есть ли возможность сменить комнату. Не то, видит бог, я этого придурка собственными руками порешу.
Впрочем, обострять всё же не стал и просьбу Дениса выполнил. Хотя чует моя задница, что добром это не кончится.
— Разрешите представить, мой новый сосед по комнате, Ртищев Никита Григорьевич. Моя невеста, княжна Аничкова Елизавета Петровна. Её подруги боярышни Алексеева Виктория Владимировна и Васильева Наталья Матвеевна, — расшаркался Денис.
Я поочерёдно приложился к их ручкам. При этом встретился взглядами с княжной и та на какое-то время задержала его на мне. Твою дивизию, сто тридцатый полк! Она что, оценивает меня⁉ Я всё же переборол стойкое желание свалить отсюда в туман. Нажить себе недоброжелателей проще пареной репы, сложно потом с ними жить дальше. Так что, погожу пока обострять.
Елагин присел рядом с Аничковой на пионерском расстоянии. А ведь княжна не балует своего жениха, хотя тот старательно виляет хвостиком. Денис потерял в моих глазах ещё пару очков. Впрочем, это его дело, но для себя я решил, что с ним мы точно не будем близки.
Столик на четверых, и мне пришлось обождать пока половой принесёт ещё один стул. После чего я присел с торца, между двумя боярышнями. Любопытные взгляды трёх девиц сошлись на мне, словно Елагина тут и не было.
Еще больше бесплатных книг на  https://www.litmir.club/
  
Глава 19
 
Первые знакомства
— Никита Григорьевич, а откуда вы прибыли? — поинтересовалась княжна, когда мы с Елагиным сделали заказы и половой ушёл.
— Я жил и учился в Орле, — ответил я.
— И как так случилось, что вас перевели в Москву, да ещё и в середине второго курса?
— Полагаю, что ответ вам и так известен, ваша светлость, — обозначил я поклон.
— Елизавета Петровна, — поправила она и с улыбкой добавила, — Для друзей Лиза.
— Я оказался сильным одарённым, Елизавета Петровна, а государь отчего-то предпочитает таких как я держать подле себя, — ответил я на предыдущий вопрос.
— Вы не желаете быть моим другом? — имея ввиду то, что я обратился к ней по имени отчеству, с лёгким налётом разочарования, спросила она.
— У князей нет друзей, ваша светлость, только подданные и вассалы. Дружба возможна лишь между равными, — пожал я плечами.
— Вот значит как, — склонила она головку на бок.
— К чему эта игра, если вы и так всё понимаете? — улыбнувшись задал я риторический вопрос.
— Вы слишком прямолинейны, Никита Григорьевич, — покачала она головой.
— Это потому что мне нет нужды стараться понравиться вам, — я вновь обозначил поклон.
— И мне это в вас нравится, — хмыкнув, игриво произнесла она.
В ответ я лишь пожал плечами и кивнул в знак благодарности половому, поставившему передо мной чашку кофе и корзинку с пирожками. Надкусив один из них я обнаружил вишнёвую начинку и невольно прищурился от удовольствия. Есть у меня слабость, люблю выпечку. Так-то я мясоед, но это еда, а пирожки просто потому что вкусно.
— Отчего вы скрывали свой дар? — спросила княжна.
— Оттого, что мне не хочется быть трофеем или наградой. А ещё, мне нравится охотиться на тварей. К слову, я отходил сезон с охотничьей артелью, и сейчас состою в артели одного мелкопоместного дворянина на границе. За прошлый месяц мы добыли шесть тварей. Всё же жизнь становится проще, когда нет нужды прятать свой дар. Но если я войду в высокородную семью, то во мне будут видеть лишь средство для улучшения крови и усиления рода. А племенного быка обычно держат отдельно, относятся бережно, холят и лелеют, потому что от него требуется лишь улучшение породы.