Орден Архитекторов 6
Я взял заранее подготовленные ящики с боеприпасами, просканировал их магическим Даром, пересчитал патроны. И заметил, что в одном ящике не хватает одного патрона. Нужно будет ещё раз откалибровать работу моих Ювелиров, чтобы не было подобных случаев.
Поменял ящик, и отправил всю партию на лифте. А затем и сам поднялся наверх – в лавку.
Семён Семёнович как раз беседовал с новым клиентом. Это был высокий мужчина в дорогой одежде, в сопровождении четырёх охранников – мощных, высоких парней, которые с невозмутимым видом выстроились у входа, скрестив руки на груди.
Судя по всему, он был из знатного китайского Рода.
– …мои ожидания были разочарованы, – произнёс с определенным акцентом мужчина, слегка коверкая слова. – Лунь Чень так расхваливала это место быть, а я вижу, что это всего лишь наивное преувеличение прекрасной молодой девушки. Ваш ассортимент весьма скромен, да. Я ожидал увидеть нечто более… как это… впечатляющее!
Семён Семёнович сохранял невозмутимое выражение лица, но я заметил, как у него едва заметно дёрнулся уголок рта. Он был опытным торговцем и умел держать себя в руках, даже в самых сложных ситуациях.
– Уважаемый господин, – начал Семён Семёнович спокойным тоном, – приходите к нам ещё. Возможно, в следующий раз…
Но китаец, не дослушав его, махнул рукой, и уже собирался уходить. Честно говоря, его нелестный отзыв задел моё самолюбие, поэтому я решил вмешаться, чтобы разрулить ситуацию. Подойдя ближе, я слегка кашлянул, привлекая внимание.
– Прошу прощения за вторжение, – сказал я, обращаясь к китайцу. – Меня зовут Теодор, я владелец этой лавки. Могу я поинтересоваться, что именно вы ищете? Возможно, у нас есть то, что вам нужно, но оно не выставлено на витрине.
Смерив меня оценивающим взглядом, он кивнул.
– А, это вы есть сам тот Теодор Вавилонский, о который мне рассказывала Лунь Чень? – спросил он, разглядывая меня с легким презрением.
– Да, это я. Чем могу вам помочь?
– Подождите, – обратился он к своим гвардейцам, – я ещё задержусь на несколько минут.
Они послушно кивнули и отошли в сторону, рассредоточившись по залу, с невозмутимым видом наблюдая за нами.
Я улыбнулся.
– Мы можем говорить и на китайском, если вам удобно.
– Хорошо, – кивнул он, явно удивлённый, – перейдём на китайский. Русский для меня немного… тяжеловат. Сонг Ядонг, к вашим услугам, – представился он, и мы обменялись рукопожатиями.
– Расскажите, пожалуйста, чем вам моя лавка не угодила?
– Дело в том, что я хотел найти что-то… уникальное, необычное, – с лёгкой усмешкой ответил он. – Моё хобби – коллекционирование. И я специально приехал в это княжество ради вашего магазина. Лунь Чень так его расхваливала.
– Ваши слова лестны для меня, как для владельца и мастера, – сказал я, улыбаясь. – Может быть, я смогу вас удивить?
Я показал ему несколько редких монет и меч, которые, как мне казалось, могли заинтересовать любого коллекционера, и озвучил цены. Но китаец лишь усмехнулся.
– Нет, – покачал он головой, – это меня не удивляет. Я собираю свою коллекцию уже больше ста пятидесяти лет. В ней есть такие вещи, как Ваза Умершей Империи, Цен Ван Сфон…
Семён Семёнович, хоть и не владел так хорошо китайским, услышав последние слова, застыл, с нескрываемым удивлением глядя на китайца. По его округлившимся глазам я понял, что этот человек говорит о чём-то… невероятно редком и ценном.
А про себя отметил, что Сонг Ядонг – явно не из простых. Его аура, хоть и была тщательно скрыта, но всё равно чувствовалась – сильная, наполненная древней магической энергией.
– Я всё понимаю, – сказал я, глядя на китайца. – Но почему вы решили, что это всё, что у меня есть? Уникальные вещи продаются только по предварительной записи. Не думаете же вы, что я буду хранить вещи ценой в несколько миллионов, да ещё и бесценные для настоящего коллекционера, в качестве экспоната в обычной лавке?
Китаец, услышав мои слова, заинтересованно приподнял брови.
– Да? И что вы можете мне предложить?
– Скажите, что вас интересует, – предложил я, – и я посмотрю, что можно придумать.
– Тематика моего коллекционирования – лотосы, – сказал он. – Любые интересные предметы с изображением лотосов. Сможете мне что-нибудь предложить?
Я усмехнулся про себя. Он явно думал, что переиграл меня, и что найти такие вещи в этом захолустье будет невозможно.
– А надолго вы задержитесь в Лихтенштейне? – спросил я.
– Сегодня планирую уезжать.
– Очень жаль, – покачал я головой. – Я уверен, что, если бы у меня было хотя бы три дня… я бы смог сделать так, чтобы вы возвращались в свою страну очень довольным, но… при этом – очень бедным человеком, – добавил я с лёгкой улыбкой.
– Да? – китаец, смерив меня проницательным взглядом, снова улыбнулся. – Тогда, молодой человек, я, пожалуй, останусь здесь ещё на три дня.
Он, щёлкнув пальцами, скомандовал своим людям:
– Мы уходим.
Затем повернулся ко мне и спросил:
– Ровно через три дня, в двенадцать часов дня, вам подойдёт?
– Да, вполне, – кивнул я.
– И не вздумайте меня обмануть, молодой человек, – сказал китаец, застыв на пороге. – Хочу, чтобы вы знали: моё слово в моей родной стране очень многое значит, как и моя оценка или отзыв.
Он ушёл, в сопровождении своих людей, а Семён Семёнович, подойдя ко мне, с недоумением спросил:
– И чего ему надо было?
– Лотосы, – ответил я, глядя на улицу за окном, где китаец, в сопровождении своей охраны, садился в машину. – Он приедет за ними через три дня.
– Лотосы? – Семёныч задумчиво почесал голову. – И где мы эти лотосы возьмём? При всём уважении, Теодор, но кажется, этот китаец тебя переиграл.
– Думаешь? – усмехнулся я.
– Ну, лотосы – определённо не самый популярный цветок в Лихтенштейне. Я не могу припомнить ни одной стоящей вещи с ними, а я всякое повидал.
Вспомнив одну старую китайскую мудрость, я сказал:
– Если этот китаец думает, что для меня это невозможно, то он ошибается. Как говорится в одной китайской пословице: «Тот, кто считает что-то невозможным, не должен мешать тому, кто это делает».
Семён Семёнович с интересом посмотрел на меня.
– И что же ты собираешься делать?
– Собираюсь найти лотосы, конечно, – ответил я с улыбкой. – Или создать их.
Поднявшись наверх, я сидел за компьютером, разыскивая нужную информацию. Лотос для китайцев – это не просто цветок. Это символ чистоты, просветления и возрождения. Мне нужно было найти не просто предметы с изображением лотоса, а вещи, которые будут отражать эту глубокую философию.
Министерство обороны Российской Империи
Город Петербург, Российская Империя
Герцог Александр Петрович Потёмкин, министр обороны Российской Империи, с хмурым видом изучал последние донесения разведки. Сводки – сплошная головная боль. Восточный фронт, Кавказ, Балканы, а теперь ещё и эта чёртова заварушка в Лихтенштейне.
В кабинет вошёл Николай Алексеевич Керенский, начальник службы безопасности Империи, и, присаживаясь напротив Потёмкина, бросил на стол очередную папку с грифом «Совершенно секретно».
– Что, Александр Петрович, опять не спится? Или новости не дают покоя?
– Новости? – Потёмкин с презрением скривил губы. – Я их уже скоро перестану читать. От них у меня голова болит. Я, конечно, понимаю, что наш Император, да хранит его Господь, решил действовать исключительно дипломатическими методами. Вот только дипломатия… она ссыт с высокой колокольни на политику, особенно когда политика ссылается на дипломатию.
– Ты хочешь сказать, – Керенский, сделав паузу, внимательно посмотрел на него, – что все эти ноты протеста, направленные Австро-Венгрии, все эти угрозы, которые Император озвучил по дипломатическим каналам… Всё это – лишь пустые слова?
– Слова-словами, но… – Потёмкин развёл руками. – Как ты думаешь, как отреагируют австрийцы, когда поймут, что за этими словами – ничего не стоит?