Сквотеры (СИ)

Бегом проскакиваем мимо тел, и я выпускаю в обоих по короткой очереди в голову. Ну как очухаются, или того хуже — «восстанут»?
Перед нами железная дверь серверной. Попытка открыть не увенчивается успехом — те, кто засел там, заперли ее изнутри. Шеин что-то вещает через систему громкоговорителей, но меня уже замкнуло. Я не собираюсь вступать с ним в переговоры, тем более слушать его. Я хочу его убить, и знаю, как.
  
Возвращаюсь в помещение. Аня уже перемотала себе голень бинтом прямо поверх штанины на бинте расплывается кровавое пятно. С этим что-то надо бы сделать, но Аня уже режет одежду на груди Макса. Вижу, что грудь парня вздымается, так что он еще пока жив. Леха, бледный и перепуганный, стоит за ними с автоматом, недвусмысленно направленным на Фила, бочком отступающего от тела «джинсового». Похоже, наш недодруг хотел прихватить его оружие, а может и нет. Но у Лехи отличная и правильная реакция. Надо будет его похвалить.
Впрочем, это все потом. Пока что мне нужен Пряник, а вернее его разгрузка. В ней как раз и лежат те три гранаты, которые нам в гараже оставлял Мурлок. И сейчас они наконец-то нам послужат.
Подхватываю все три, сматываю между собой бинтом, походя подхваченным у Ани, и бегу к дверям, на ходу всовывая под бинт трофейную термобарическую. Добегаю, кладу свою импровизированную бомбу на пол и, выдернув чеку, двигаюсь обратно, выталкивая заодно Вову. Ровно успеваю закрыть дверь за собой и отлетаю от удара ей же по плечу. Из дверного проема бьет поток огня, но недолго — несколько секунд, и все.
На разгрузке Сан Саныча висит еще одна термобарическая, чудом не сработавшая от близкого взрыва. Подхватываю, и в третий раз изображаю из себя суперспринтера, влетая в задымленный коридорчик. Видимости ноль, но расположение дверей мне и так известно.
На месте стальной дверки в серверную перекрученный кусок металла, висящий на одной петле. Помешать броску гранаты он никак не может. Пытаюсь выдернуть чеку, но понимаю, что левая рука висит плетью, отказываясь работать. Быстро зубами отгибаю усики, зажимаю гранату подмышкой левой руки, правой вырывая чеку и, молясь, чтобы цилиндрик не вырвался, отпустив скобу, швыряю ее внутрь.
Оттуда раздается нечленораздельный вопль, вслед за которым звучит взрыв, правда, какой-то очень уж негромкий. Скидываю с плеча автомат и, выхватив из кобуры «Грач», заскакиваю внутрь.
Помещение заволокло дымом, его еще и из коридора тянет. Перед входом лежит тело, разорванное на куски близкими взрывами. Похоже, последний охранник Шеина просто накрыл своей тушкой гранату, спасая своего босса. Вот уж не ожидал от кого-то тут такой самоотверженности. Но где же главная сволочь?
Ответ прилетает мне вместе с пулей, попавшей в живот. От выстрела меня складывает пополам, хотя броню пробить стрелку и не удалось, тем не менее, боль дикая. Прямо в глазах потемнело.
Превозмогая боль, я выпускаю пяток пуль в направлении, с которого ударила дульная вспышка, и с удовлетворением слышу, что пули точно попадают в кого-то.
Не останавливаясь, давлю на спуск, всаживая по человеку, скрытому в дыму, весь магазин. Когда боек начинает всухую щелкать, отпускаю пистолет и врываюсь туда, где явно ворочается, пытаясь встать, последний и самый опасный зверь.
Шеин, несмотря на полученные попадания, пытается встретить меня грамотным и хорошо поставленным ударом ноги. Но его подводит координация, и ботинок лишь вскользь проходится по мне. Впрочем, это все равно очень больно, потому что я еще не отошел от удара пули из его автомата.
Сам автомат валяется у меня почти под ногами. Похоже, Шеин выронил его, когда я начал всаживать в него одну за другой пули из «Грача». Пытаюсь пнуть эту игрушку подальше, чтобы враг не оклемался и не схватился вновь за пушку, и получаю еще один, куда более точный «хай-кик», теперь в голову.
Не удержавшись, падаю на пол. И тут же перекатываюсь, потому что следующий удар берца обрушивается на то место, где мгновение назад была моя башка. Чуть промедлил бы, и все, проломленный череп гарантирован.
Устраивать тут честную дуэль я не собираюсь, поэтому на Шеина падает серверная стойка, стоявшая сбоку от меня. Эта дура весит килограмм двести, и если бы она рухнула ему на башку — бой был бы окончен.
Но вместо головы стойка падает ему на ноги, намертво прижимая урода к полу. Я вижу, как его рука тянется к автомату, который лежит с ним рядом — ну не удалось мне эффектно пнуть его в угол серверной.
Однако дотянуться до рукоятки ему не судьба — не хватает пару сантиметров. Шеин пыжится, скребет пол ногтями, срывая их, и застывает, когда в его лоб утыкается ствол карабина, а обычно спокойный голос Вовы, сменившийся на рычание, выдает:
— Лежать, гадёныш! Рыпаешься — стреляю без предупреждения!
  
Глава 25
 
Новые начинания
 
Пока Филлимонов колдует в своей лаборатории, я, перемотанный и с рукой на перевязи, сижу рядом с Вовой. С момента эпичной драки с Шеиным прошло уже несколько часов. Фил успел сделать первую порцию вакцины, вколоть ее Прянику, и теперь делал вторую.
Бой закончен, бойцов Шеина мы перебили, но и с нашей стороны есть потери.
Причем даже непонятно, сколько. Переживет ли Пряник укус благодаря вакцине? Выкарабкается ли Макс, получивший тяжелое ранение?
Я с ненавистью поглядел на Шеина, которого мы скрутили так, что он пошевелиться не может, а затем повернулся к Вове.
— Вов, слушай, я одного не могу понять, зачем ты оставил его в живых? Это ж редкостная тварь, он может сбежать и начать мстить.
— Не без этого, — кивнул Вова, — но, во-первых, сначала его нужно допросить. Есть к нему очень много вопросов…
— Ладно. Но ведь есть и во-вторых?
— Да, есть. Макс. Если я пристрелю Шеина, этот парень так никогда и не успокоится. А Анька говорит, что у него есть все шансы выжить. Так что пусть он свершит сам свою месть, лады?
— Лады, лады. Только нам сначала надо отсюда выбраться…
Филимонов вышел наружу из лабораторного бокса со склянкой, заполненной мутно-белесой жижей.
— Вот этого точно должно хватить на любого мутанта. Просто введите ему под кожу, и через несколько минут он разложится на части.
— Ты уверен? — голос Вовы полон скепсиса. — Под кожу и все? Всего-то?
— Абсолютно уверен, — не заметив издевки, ответил Филимонов, — вы что, мне не верите? Вон, вашему другу Прянику уже стало намного лучше. Значит, мой препарат работает.
— Ну раз так, — хмыкнул Вова, — почему бы тогда сейчас не сделать пару сотен доз?
Филлимонов улыбается с извиняющимся выражением лица.
— Нет, боюсь что сделать мы может максимум еще две.
— Как две?
— Да вот так, две. Лабораторию никто не консервировал. Большая часть препаратов испорчена. Так что вот так вот.
— Так… — нахмурился Вова, — и что нам нужно для того, чтобы сделать еще вакцины и эти штуки против мутантов?
— Реагенты, определенные вещества и…
— Где их взять? Есть места? Знаешь такие?
Филлимонов хитро смотрит на нас.
— Предположим. Но тут моментик. А что мне-то с того будет? Кроме морального удовлетворения?
— Э-э-э…
— Давайте к процессу торгов перейдем позже. Сначала нам надо прикончить того супермутанта, что сторожит вход в лабораторию, и уехать отсюда. Боюсь, как бы к господину Шеину не подошла помощь. Или того хуже — на весь шум-гам, что вы устроили, не стянулись мертвецы со всей округи. Смысл от вакцины, если мы отсюда живыми не выйдем?
— Резонно, — кивнул Вова,– будем думать.
— И да… — спохватился Филлимонов, — мне будет нужен хотя бы один небольшой образец тканей того монстра, что на входе — такой твари я еще не видел. Нужно ее изучить…
  
— А оно тебе надо? — проворчал Вова.
— Считайте, что это одно из моих условий.
— Каких еще условий?
— За выполнение которых я покажу вам еще одну лабораторию и буду делать вакцину.
Вова поморщился, но ничего не сказал.
Пятью минутами позже он, как единственный, не получивший серьезных травм, стоял перед закрытой железной дверью, за которой его ждал самый страшный ужас Апокалипсиса, и сжимал в руке выглядящую крайне ненадежным средством склянку с созданным Филлимоновым препаратом.