Кто-то внутри (СИ)

Я вел машину аккуратно, чтобы не привлекать внимания дорожных служб, и больше следил за встречным потоком, чем за попутным. Но никаких подозрительных, под завязку набитых вооруженными до зубов цинтами, автомобилей мне пока не встретилось, и я только утвердился в своем решении.
Я попытался почувствовать присутствие Сэма в своей голове, но ничего не добился. Видимо, он окопался на тех участках мозга, которые я и до этого не использовал. Или его умение маскировки было куда лучше, чем мое умение искать.
Он умел управлять энергией ци, но не моим телом. Я мог контролировать тело, но энергия ци была мне недоступна. Похоже, что это действительно симбиоз, ибо только вдвоем мы способны стать полноценной боевой единицей. И это было не очень хорошей новостью, ибо я привык полагаться только на себя или на других выходцев из императорской военной академии, но никак не на невидимую тварь, живущую в моей голове.
Я почувствовал легкую щекотку в районе левого виска, как будто кто-то провел по нему перышком. Правда, изнутри.
— Говори, — сказал я.
— Может быть, я в какой-то момент отвлекся, и ты таки ударился обо что-то головой, — сказал Сэм. — Но если нет, то не мог бы ты мне объяснить, какого черта мы едем в резиденцию Ванов, а не стараемся убраться от нее как можно дальше?
— В этом заключается искусство войны, — сказал я. — Быть там, где тебя никто не ждет.
— Я думаю, что тебя в принципе никто нигде не ждет, — сказал Сэм. — Так какой в этом смысл?
— Мой напарник добыл там транспортный контейнер, внутри которого сидел ты, — объяснил я. — И, по его словам, там таких штук еще очень много.
— И?
— И очевидно, что они представляют большую ценность, — сказал я. — Завладев которой, я могу получить тактическое преимущество. Или использовать в качестве лишнего рычага на переговорах.
— Переговорах? — спросил Сэм. — Ты на самом деле думаешь, что Ван Хенг будет о чем-то договариваться с ограбившим его лаоваем?
— Если он достаточно интеллектуально зрел, то будет, — сказал я. — А если нет, то я договорюсь с кем-то, кто придет после него.
— Поражающая своей продуманностью стратегия, — сказал Сэм. В другом измерении, население которого состоит из энергетических сущностей, тоже существует сарказм? — Ты просто не понимаешь, куда ты лезешь.
— Зато, как мне кажется, ты слишком хорошо это понимаешь, — сказал я. — Откуда бы?
— И какой у тебя план? — спросил он, проигнорировав мой вопрос.
Я сделал вид, что этого не заметил. К тому же, я уже и сам начал подозревать, откуда он может знать то, что он знает.
— Мы работали в особняке целый день, — сказал я. — И я бы не сказал, что там по территории толпы людей бродили. Думаю, что большая часть охранников отправилась за нами в погоню и сейчас лежит мертвой в лесу. Так же, как и их лучший боец.
Я исходил из предположения, что если за нами бросился сам Ван Цзиньлун, значит, других симбов там попросту нет. Иначе с чего бы высокородный за двумя лаоваями помчался, даже костюм не сменив?
— Там может быть еще десяток человек, — возразил Сэм.
— Им же хуже.
— Я уже говорил тебе, что потратил почти всю имевшуюся у меня энергию на Вана?
— Но что-то даже у тебя осталось, раз ты можешь творить оружие?
— Так, крохи.
— Сможешь подлатать меня, если я поймаю пулю?
— Думаю, да.
— Тогда этого достаточно, — сказал я.
На самом деле я не рассчитывал о чем-то договариваться ни с Ваном Хенгом, ни с каким-нибудь другим Ваном. Я просто рассудил, что в ситуации, когда ничего непонятно, обладание ценным ресурсом может стать для меня дополнительной страховкой. Вероятность, что это хоть чем-то поможет, была не слишком большая, но дело несложное, большого труда не требует, и риск, в общем-то, минимальный.
— Я смотрю, ты отчаянный храбрец, — заметил Сэм.
— Ты так говоришь, как будто это большой недостаток, — сказал я.
— Насколько мне известно, большинство людей все-таки боится смерти.
— Так- то большинство, — сказал я.
А я-то уже мертв.
Поручик Одоевский погиб на войне, едва ли не первым из своего рода. И если меня убьют здесь, то… какая уже разница? Может быть, я отправлюсь в еще какой-нибудь мир. А может быть, попаду в ад.
 
Если он будет хоть немного похож на ту компьютерную игру, то у населяющих его дьяволов появится лишний повод для головной боли.
— Я не хочу умирать, — сообщил мне Сэм.
— Тогда помогай мне, и все будет хорошо, — сказал я.
— Можно еще один вопрос? — сказал он. — А что будет, если ты получишь груз, но никто из цинтов не захочет с тобой договариваться? Что ты будешь делать тогда?
— Тебя заботит судьба твоих соплеменников?
— Они не смогут существовать в этом мире без тел, — сказал Сэм. — Но даже у заключенных в ловушку демонов весьма короткий жизненный цикл.
— Насколько короткий?
— Думаю, у них в запасе не больше пары месяцев.
— За пару месяцев мы уж точно что-нибудь придумаем, — сказал я. — Найдем, в кого их переселить.
— Это не так просто, как ты думаешь, — сказал он.
— Да? А мне показалось, там ничего сложного.
— Тебе показалось, — сказал Сэм. — Твой… Наш с тобой случай, скажем так, несколько нетипичен.
— Насколько нетипичен?
— Если я ничего не путаю, то он нетипичен до полной уникальности, — сказал Сэм.
— И в чем же уникальность?
— Не уверен, что сейчас подходящее время для этого разговора, — сказал он.
— И то правда.
Забор вокруг особняка Ванов был уже виден. Я проехал мимо главных ворот, не сворачивая на подъездную дорожку, заглушил машину, достал и взял в правую руку пистолет. Выйдя из машины, я отвел левую руку в сторону и раскрыл ладонь.
— Шпагу, пожалуйста.
— Уверен?
Систему видеонаблюдения мы здесь еще не подключили, но я был уверен, что оставшиеся в доме охранники будут начеку, а потому сейчас не лучшее время для пререканий. Видимо, Сэм это тоже сообразил, ибо в следующий миг в мою руку легла слегка прохладная рукоять отливающей золотом шпаги. Днем-то нормально, а вот если когда-нибудь придется драться ночью, то это свечение запросто может выдать тебя врагу.
Неужели с ним ничего нельзя сделать?
Я для пробы махнул оружием и срубил ветку ближайшего дерева. Лезвие прошло сквозь древесину без малейшего сопротивления, словно я растаявший брикет масла пытался разрубить.
Линия среза была идеально ровной, будто лазером прошлись. Что ж, оружие ничего не весит и практически не встречает сопротивления, значит и инерции тоже никакой не будет. Это надо учесть и делать на это поправку.
Обычно-то я фехтовал железками, которые обладали собственным весом, а здесь немного другое.
Я подошел к калитке черного хода, используемого обслуживающим персоналом, провел шпагой в районе замка, а потом распахнул дверцу ударом ноги. Почти сразу же за ней обнаружились двое цинтов, которые явно не ожидали такого поворота событий и не успели на него отреагировать. Одному я всадил пулю в голову, второго пронзил шпагой в грудь. Полагаю, умерли они одновременно.
— Слева, — сказал Сэм.
Я скосил глаза, одновременно доворачивая руку с пистолетом, и выстрелил, как только мой взгляд зацепился за цель. Автоматически, на одних только рефлексах. Цинт получил пулю в живот и рухнул на траву, выронив автомат.
— Сейчас остальные на шум сбегутся.
Этот факт был настолько очевиден, что не требовал не только моего ответа, но и самого озвучивания. Я метнулся к стене какого-то вспомогательного строения, завернул за угол, и остановился, чтобы осмотреться. Моя позиция из самого особняка просматривалась плохо, но и нельзя было сказать, что он сам лежал передо мной, как на ладони. С другой стороны, медлить все равно не было никакого смысла. Вряд ли к цинтам может прибыть подкрепление, не полицию же бойцы триад вызывать будут, но давать им время на то, чтобы прийти в себя и успеть организовать хоть какое-то сопротивление было глупо.