Душелов. Том 2 (СИ)
Стоило ей прилечь в кровать, как все её мысли и сомнения вновь заполнили её голову, не давая ей даже глаз сомкнуть. Какое-то время она пыталась этому сопротивляться, прекрасно понимая, что лучше это всё будет обдумать уже после хорошего сна, на свежую голову. Тем не менее, кое с чём она так и не справилась.
Резко встав с кровати, она щёлкнула пальцами, и включился свет, после чего она прошла к зеркалу. И встав напротив него, несколько раз повертелась в разные стороны, осматривая себя. Навертевшись же, стянула одетую на себе домашнюю оверсайз футболку, в которой она всегда спит, и откинула её куда-то в сторону кровати, оставшись перед зеркалом в одних лишь чёрных трусиках. Но и те, вскоре, были сняты и выброшены в сторону кровати прямо следом за футболкой.
Теперь же, стоя перед зеркалом полностью нагой, девушка закинула волосы за плечи и вновь начала крутиться из стороны в сторону, рассматривая себя так, словно до этого она никогда этого не делала. Закончив с верчением на месте, она подошла к зеркалу ещё поближе и начала выгибаться в разных позах, но в основном всегда делая упор на выделение этими позами груди и попы. Когда же она покончила и с этим, в дело вступили её руки, которыми она по разному, долго и крайне скрупулёзно ощупывала грудь с попой, будто бы пытаясь что-то в них нащупать.
— Не понимаю… — наконец тихо произнесла девушка, держа в руках груди, что, то немного приподнимала, то опускала, как вместе, так и поочерёдно, — неужели у меня действительно миниатюрные формы? Но ведь у девушек без Дара практически всегда и таких нет. Да и не у всех, у кого есть Дар, имеются такие формы. Вспомнить даже ту же Карэн Агнэс, которая ближе всего к этому идиоту, — у неё формы вообще детские. Впрочем… — девушка повернулась спинок к зеркалу, положив руки на попу, — это касается только груди. Попа у неё точно больше моей… а ведь она сильно худее меня… Неужели из-за этого столько парней в школе, что только и делают, так это шепчутся о ней и о желании, увидеть её во время физкультуры в спортивной одежде или купальнике? — она повернулась, вновь начав по разному выгибаться. — Выходит, больше — лучше? А мне всегда казалось, что мои размеры самые идеальные — не слишком большие, но и не маленькие… — и проговорив это, попыталась обхватить груди руками. — В мои руки, например, они даже не помещаются, зато в его руках они лежат идеально… — чуть сжала она их. — Выходит, ему нравится, когда он их не может обхватить полностью? Но… я не понимаю. По-моему, когда идеально лежат в руках — это в разы лучше… Да и большая грудь ведь банально неудобна. Благодаря Дару мы, конечно, не испытываем проблем с болью, с искривлением позвоночника и с дальнейшим её обвисанием, но это же никак не отменяет того, что с ней мы не можем нормально лежать на животе и спине, что она дёргается от каждого лишнего движения, и что ни с одним парнем ты банально не можешь нормально поговорить с глазу на глаз, ведь он будет постоянно пялиться на твою грудь. Даже с моими текущими формами, он что только и делает, так это постоянно пялиться на них. А если не пялиться, то значит уже лапает или занят со мной «этим». А что будет, когда они вырастут? С ним вообще нельзя будет поговорить, перед этим не «опустошив» его «запасы»? Заниматься «этим», конечно, достаточно приятно, можно даже сказать… сводяще с ума от удовольствия. Но… я хочу, чтобы он видел во мне личность. И хочу, чтобы он считался со мной, моими желаниями и взглядами. А не как это было сегодня в том месте… — и вспомнив об этом, она резко погрустнела и, потеряв всяческий интерес к своему занятию, прошла к кровати, улёгшись на которую и обняв подушку, лишь тихо, обиженным голосом произнесла: — Дурак…
* * *— Что удалось узнать? — низким, басистым тоном спросил крупный, мускулистый мужчина лет сорока пяти, сидящий на диване в окружении нескольких, окружающих его со всех сторон красивых и сексуальных, почти обнажённых женщин лет сорока.
Стоило парню, лет двадцати на вид, услышать этот голос, как, несмотря на то, что он подготовился, его всё равно резко передёрнуло. Меж тем, прекрасно понимая, что если он это будет проявлять в медлительности, то ничего хорошего из этого для него не выйдет, он в быстром темпе прошёл и остановился в нескольких метрах от дивана, начав свой доклад:
— После школы он приехал на такси к заводу по производству подавителей, что находиться в третьем районе. Завод принадлежит…
— Дальше, — не оборачиваясь к нему перебил его мужчина, сразу следом съев виноград с рук одной из женщин.
Парень продолжил:
— Там он встретился с женщиной, известной в узких кругах наркобизнеса под прозвищем «Фиолетовый алхимик».
— Эта та шлюха, которая появилась несколько лет назад в городе и производит тот дрянной, фиолетовый порошок, захвативший весь город?
— Да. Это она.
— Неожиданно… Давай дальше.
— После этого они вдвоём зашли на завод. Вскоре туда приехала новая личность, которую он вышел встречать.
— Что за личность?
— Алиса Гарсия.
— Мне это абсолютно нихуя ни о чём не говорит. Конкретнее.
Парень, нервно сглотнув, продолжил:
— Алиса Гарсия из рода Гарс…
— Я не про это же, идиот! — резко вспылил он. — Нахрена мне такая очевидная информация! Мне надо узнать, кто это, блять, такая, а не из какого она рода и дома!
— Прости, отец… — опустив голову вниз, извинился парень, боясь даже вздохнуть лишний раз.
— Хули ты замолк⁈
— Прости!.. — вновь извинился он, вслед за чем чуть ли не затараторил: — Алиса Гарсия — восемнадцать лет — учиться в той же школе, что и он, в параллельном классе, — примерно находиться на четвёртом этаже — особых достижений не имеется.
— Короче говоря… обычная девка?
— Да.
— И как же они тогда связаны друг с другом?
— Это неизвестно… как и то, как давно они связаны друг с другом. Но судя по тому, что она приехала туда на такси, а не на машине рода, вероятно, её род тут не причём.
— Раз официальной причины нет, а род не причём… выходит, они просто трахаются?
— Вероятно так…
— Но с хуяли? Она же аристократка из приличного рода, а он так — пёс подзаборный рода Агнэс.
— Мне… неизвестно…
— Нихуя тебе неизвестно, долбаёб.
— Прости, отец…
— Как же ты заебал со своими извинениями.
На это он уже просто промолчал.
— Чо замолчал? Давай дальше.
— Через некоторое время, примерно через час, Алиса покинула этот завод. Следом за этим, примерно ещё через полтора часа, его покинул «Фиолетовый алхимик». И только спустя ещё один час его покинул он.
— Дохуя они чо-то времени провели на этом заводе, — и тихо цыкнув, продолжил: — Ладно. Чо там дальше? Куда этот хуй направился?
— К роду Агнэс. Там он пробыл порядка сорока минут, но чем занят был — неизвестно. Там везде их люди и видеокамеры, так что наши люди…
— «Наши»⁈
— В смысле — конечно же, твои, отец…
— Продолжай.
— В общем, твои люди не смогли из-за этого там за ним проследить. Но когда он покинул их дом, слежка продолжилась. Он отправился к себе домой и был там не более десяти минут, после которых на такси отправился к главному отделу ГБР по делам демонов и одержимых. И из него он уже выехал через рабочий вход в сопровождении замкома седьмой группы. И на место, куда они приехали, вскоре приехал и сам командир седьмой группы.
— Короче говоря, он и впрямь вступил в ГРБ, как ты и предполагал. Хоть где-то ты принёс пользу.
— Спасибо, отец…
— И как он вступил к ним?
— Это… неизвестно…
— Блять. Рано я тебя, ебаната, похвалил. Ты ведь вообще нихуя не выяснил, как он связан с ГБР?
— Д-да…
— Ладно. Хер с тобой. Я уже придумал план, для которого это не является важным фактором. И уже завтра мы его реализуем, наконец восстановив честь нашего рода и избавившись сразу от двух помех.
Глава 29
Проснувшись, обнимая руками и ногами подушку, светловолосая девушка, сонно продирая глаза, осмотрелась. И вскоре за этим тихо и нерасторопно пробурчала: