Единственная для принца (СИ)
И Перла выбрала самый простой путь – ушла к играющим в соседней гостиной.
Там нашла отца за игровым столом с веером карточек одной из наиболее популярных мужских карточных игр, что не выходили из моды уже полтора десятилетия. Выдержка, смекалка, хорошая память, умение просчитывать ходы наперёд и держать лицо – то основное, что требовалось от игрока. Маркиз очень любил эту игру, и чтобы дома было с кем поиграть, научил дочь, раз уж Плодородная не дала им с женой сына.
И теперь, увидев Перлу рядом, показал ей свои карточки, рассказал о своих позициях на игровом поле. Дочь вежливо кивала отцу, как-то механически фиксируя ситуацию, и продолжала кипятиться из-за того, что её план понравиться принцу сорвался. Она всё размышляла, когда же упустила шанс подойти к реджи, но получалось, что шанса-то и не было. А ведь раньше ей казалось, что только окажись она в одной комнате с принцем Дамианом, сразу найдёт возможность с ним побеседовать.
Игра за столом продолжилась, и Перла могла кусать от досады губы, не боясь, что отец обратит на это внимание. Как же, ну как ей повернуть принца к себе лицом? Как обратить на себя внимание? Хотелось разреветься как в детстве, когда няня или матушка ещё могли взять её на руки.
– Перла, дитя моё, сможешь за меня поиграть? Меня просит подойти её величие.
Сердясь, девушка даже не обратила внимания на лакея, что, склонясь к отцу с другой стороны, что-то тихо проговорил ему почти на ухо.
– А? Да, конечно, батюшка, – улыбнулась дочь. – Мне выиграть или проиграть?
Это была их шутка, та мелочь, которая сближала их, делая почти ровесникам. Отец тихонько засмеялся и велел:
– Обыграй их всех, моя милая! – и погладил её по руке – жест доверия, единственное, что он мог себе позволить на людях. Но Перла знала, что если бы здесь были все свои, он поцеловал бы её в лоб. Поэтому тепло улыбнулась в ответ и сказала:
– Конечно, отец! Обязательно!
И вновь погрузилась в свои горькие думы о несбывшемся плане и возможностях, которые могут открыться на предстоящем балу, и продолжила играть отцовскую партию.
Вот только на балу будет Лали, и устранить соперницу вряд ли будет возможно. Эх, как жаль, что сегодняшний вечер пропадает зря!
Порадовало только то, что отцовскую партию она всё же выиграла.
***
Группа чужестранных гостей до самого конца приёма оставалась неподвижна и будто монолитна. И только когда приглашённые стали подходить к королеве, чтобы откланяться и уехать, принцесса Тойво встала, тоже подошла к её величию и, поклонившись, поблагодарила за честь присутствовать на приёме. После чего проследовала к своим покоям. Как длинный драконий хвост, за ней шли послы Оландезии.
Глава 13. Расследование и женщины
– Зорий, с ней невозможно поговорить один на один, даже просто отойти ото всех этих бородатых нянек на три шага. Какие тут могут быть откровенные разговоры? Да и какая откровенность между чужими людьми? Я не знаю, что она такое, где для неё границы откровенности, да вообще...
Дамиан встретил советника в кабинете с бокалом коньяка.
– Что фрейлина? – первое, что спросил советник, приняв угощение.
– Посольские не пускают её принцессе. Просто оттесняют, и всё. Она жаловалась, что даже в комнату не дозволили зайти.
– Даже со служанкой?
– От служанки послы вовсе отказались. Объяснили тем, что принцесса не балованная, сама оденется-разденется. И фрейлина может заходить к ней только в присутствии кого-то из послов.
– Да, странные эти гости… Но есть и хорошее, – он задумчиво сделал глоток из бокала.
– Что?
– А то, друг мой, – оживился Суземский, – они не спешат с новым планом, значит, у нас есть немного времени. Будь нахальнее, настойчивее, и всё-таки попытайся с ней поговорить. Она не просто так ледышку из себя строит, она что-то прячет.
– Возможно, – Дамиан не мог разгадать этих хитростей, хорошо бы хоть тут всё было понятно. – Да, Зорий, я ещё спросить хотел про имена.
– Что именно?
– Почему у оландезийцев два имени?
– А, об этом. Впервые увидев своего ребёнка, каждая мать называет малыша, как чувствует. Это имя от сердца. Когда ребёнок взрослеет, ему имя даёт шаман или старшие мужчины рода. И уже это имя – от головы. Оно говорит о человеке, о его характере, о том главном, что есть в нём. Вот Юзеппи значит преумнейший, хотя при рождении мать назвала его Медведь.
Дамиан удивлённо и весело приподнял брови.
– Пожалуй, не удивлюсь выбору его матери, с такой-то внешностью… Настоящий белый медведь.
Зорий улыбнулся:
– Верно. А принцессу мать, ещё знать бы, кто она была, назвала Радость. А вот уже отец с шаманами переименовал в Надежду.
– На что же они надеялись в связи с этой девочкой? – Дамиан задумчиво крутил в ладонях свой бокал.
– Хотел бы и я об этом знать. Но прошу заметить – надеялись они сильно. Девчонка владеет нашим языком отменно. Никто из послов не сравнится с ней. Что из этого следует?
– Её начал готовить к этой поездке давно? – прищурился принц.
– Нет, не думаю. Готовить их начали, скорее всего, одновременно, просто она моложе, легче усваивает новое, но, возможно, есть и что-то другое, что помогло ей выучить язык.
– Что?
– Например, мать-бенестарийка. Или страстное желание выйти за тебя замуж. Или ещё что-нибудь. Поэтому тебе нужен, просто до зарезу, этот откровенный разговор, друг мой. Даже малейшие намёки с её стороны могут пролить свет на всю эту странную ситуацию и планы послов.
– Может, у матушки с откровенным разговором лучше получится? – чувствуя, что заходит в тупик, спросил Дамиан.
– Может, и у матушки, – со вздохом согласился Зорий. – А может, и какую подругу ей помочь найти. Кстати, друг мой реджи!
– Что? – Дамиан даже подался вперёд. Ох уж этот Суземский, вечно что-то хитрит и проворачивает!
– Я сегодня был приятно удивлён одной барышней.
Принц даже рассмеялся:
– Ты – и всего только одной?
– Нет, нет! Подожди! Это вопиющий случай. Она совершенно не красавица, но привлекла меня не этим!
– Не красавица и привлекла? Зорий, у тебя что-то сломалось внутри? – Дамиан ехидничал, выпуская пар.
– Друг мой, ты меня не дослушал! Девушка, почти не глядя в карточки, обыграла наших старых баро [шулеров] в джоко. Причем подхватила партию, начатую не ею. Я не смог оторваться, пока она не закончила. При этом с виду совершеннейшее дитя, наивнейшее создание. Ты бы видел, как она торговалась! Да ни за что на свете не поверил бы, что она так может. Это неогранённый алмаз, мой реджи!
– И кто же это, Зорий? Не дай мне пропасть от любопытства.
– Дочь маркиза Инвиато. Я узнал её имя. Вот уж кто соответствует своему имени от самого рождения! Её зовут Перла.
– А, я знаю её. Она воспитывалась во дворце. – Принц задумался, прикидывая возраст юного создания. – Да, пожалуй, и сейчас ещё на обучении. Собственно, чему удивляться, если дочь пошла в отца. Он в своём деле очень хорош. Так что, ты решил жениться?
Зорий с преувеличенным упрёком посмотрел на принца.
– Я тебе про талантливую молодёжь толкую, а ты мне – про женитьбу. Не упусти редкостный талант, девочка непроста.
– Это её ты хотел бы в подруги принцессе Тойво устроить?
– Хотеть-то может и можно, но кто же мне позволит…
***
На прогулку следующим утром выехали в двух каретах: принц, Суземский и фрейлина, выделенная принцессе, – в одной, принцесса Тойво и несколько послов во главе с родственником короля Юзеппи – в другой. Вокруг плотной стеной – верховые гарды.
Ехали по городу неспешно, останавливались возле достопримечательностей. Принц мог бы рассказать много интересного, но с каждой остановкой, проведённой в молчании у окошка кареты, становился всё злее, – послы свою принцессу не выпускали.
– Реджи, чего ты хмуришься? – весело спросил Суземский, когда они очередной раз остановились, теперь уже у фонтанов.
– Я не хмурюсь. Мне не положено по должности, – буркнул не радостно.