Под звездами (ЛП)

В каком мире вообще кто-то слушает мои идеи по таким важным вопросам?
Я покачала головой и улыбнулась.
— Ух ты. Спасибо огромное, что позволила мне участвовать в этом.
Дверь резко распахнулась, и на пороге появился Мэддокс. Он выглядел раздражённым — сжатая челюсть, напряжённые плечи, приподнятая бровь и сжатые в прямую линию губы.
— Я звонил и писал. Ты нужна. Сейчас.
  
Хелена тихо рассмеялась.
— Прости, это моя вина.
Он поднял руку, отмахиваясь, с натянутой улыбкой.
— Всё нормально. Пойдём, Динь-Динь.
Теперь он открыто называл меня так в офисе, и Сидни находила это ужасно смешным — просто потому, что от него никто не ожидал чего-то подобного. Но остальные не комментировали. Думаю, все понимали, что мы работаем вместе очень тесно и в какой-то степени даже подружились.
— Где пожар? Мы говорили о книге, — прошипела я, попрощавшись с Хеленой.
Мы и так проводили кучу времени вместе.
Он писал мне бесконечно, требуя то одно, то другое.
Днём и ночью.
Он вывел понятие «личный ассистент» на совершенно новый уровень. А терпение явно не входило в число его сильных сторон.
— Два часа — более чем достаточно. Пошли со мной.
Он был таким раздражительным, таким властным. И мне это безумно нравилось.
Каждое утро я просыпалась в отличном настроении.
Я каким-то образом нашла здесь своё место.
Мэддокс повёл меня вниз по лестнице, и несколько человек крикнули мне что-то насчёт сегодняшнего матча в пинг-понг, где я буквально уничтожила Крэйга. Он всю неделю побеждал всех подряд и решил бросить мне вызов, чтобы снова завоевать титул.
— А ну, за работу! Пинг-понг закончен, — прорычал Мэддокс.
— Говорит человек, который никогда не играет, — усмехнулась я, следуя за ним к выходу и обходя здание.
На улице было жутко холодно, но он, казалось, вообще этого не замечал.
Он повернулся и протянул мне ключи.
Передо мной стояла моя развалина… только теперь она выглядела так, будто прошла капитальный ремонт. Он что, покрасил её? Раньше машина была выцветшего серого цвета, а теперь — матово-чёрной.
— Это моя машина?
— Да.
— Как ты её вернул?
— Я забрал её ещё той ночью, когда мы были в городе. Но она была в ужасном состоянии. Он что, снял с неё краску? Это был просто отвратительный серый, выглядело… как полное дерьмо.
— Нет, такой она и была, когда я её купила. Не будь груб, Денежный Мешок. Не у всех есть выбор цвета, когда покупаешь первую машину.
Я обошла её кругом, заглядывая внутрь.
— Но я смотрю, ты выбрал чёрный? Цвет твоего холодного, черствого сердца? — поддразнила я. — Она потрясающая. Спасибо. Я даже не знаю, что сказать.
— Вот это да, ты впервые осталась без слов. Иногда меньше — значит больше, Динь-Динь.
— Говорит человек, который зарабатывает на жизнь публикацией слов, — парировала я, подняв бровь и потирая замёрзшие руки, пока с неба начинал падать снег.
И тут он меня удивил.
Снял свой пиджак и набросил мне на плечи.
Он мог быть таким ворчливым в один момент, а в следующий — вдруг сбивать с толку чем-то по-настоящему добрым.
Он съездил в город, чтобы вернуть мою машину.
Может, у Босса всё-таки было сердце.
  
10 Мэддокс
 
— Так он просто отдал тебе машину, когда ты попросил? — спросила меня Джорджия, запрокинув голову, чтобы снежинки падали ей на милое лицо.
— Он жалкий. Я бы мог сломать его пополам, если бы захотел. Так что нет, он не сопротивлялся. Нытик. Поплакал, повозмущался, я досчитал до трёх и он сам отдал ключи. Я же говорил тебе… ты встречалась с мальчишками, а не с мужчинами.
Всё оказалось слишком просто. Бар, где этот придурок-бывший выступал, был арендован у компании Lancaster Properties. Я сделал звонок, меня провели в подсобку, шоу временно приостановили ради нашей встречи. Эта тряпка даже расплакалась и стал твердить, что всё ещё её любит. Я ясно дал ему понять, чтобы он больше не лез к ней, иначе я навещу его снова, но тогда уже без лишней любезности.
И я не шутил.
— Ты теперь, значит, эксперт по свиданиям? — Она усмехнулась.
Мне нравилось, как она язвила со мной, хотя со всеми остальными была сама солнечность. Я вызывал в ней эту сторону, и мне это чертовски нравилось.
— У меня всё отлично, спасибо за заботу.
— Странно, я не видела ни одного свидания в твоём расписании, — заметила она, вглядываясь в меня.
— Я личную жизнь отдельно держу, Динь-Динь.
Я приподнял бровь, наблюдая, как её маленькие кулачки сжимаются, прежде чем она запихнула руки в карманы моего пиджака. Снег валил всё сильнее, но я совершенно не возражал стоять здесь с ней, несмотря на то что уже почти отморозил себе всё, что можно. Оно того стоило — побыть с ней наедине без четырёх сотен чертовых людей вокруг, вечно требующих решения своих проблем.
— Если бы ты с кем-то встречался здесь, в Коттонвуд-Коув, я бы точно об этом услышала. Вирджиния всё про всех знает, — сказала она, насмешливо, но в глазах у неё читалось беспокойство, ждущая ответа.
И она была права.
Я никуда не ходил.
Ни разу с того дня, как она пришла ко мне на собеседование.
А ведь мне стоило бы выпустить пар. Перестать фантазировать о своей помощнице.
— На самом деле, у меня свидание сегодня вечером. Идём в ресторан твоего брата. Судя по отзывам, он лучший в городе. А я люблю производить впечатление.
Я не мог скрыть улыбку. Чёрт, я теперь вообще постоянно улыбался. Она вытащила из меня ту сторону, которую я обычно ненавидел, но сейчас меня это ничуть не раздражало. Она выглядела ревнивой, и мне это безумно нравилось. Насколько это вообще ненормально?
— Серьёзно?
— Не понимаю, что тебя так удивляет, но да. Серьёзно.
— Это просто чудесно. Моя семья как раз собирается ужинать там сегодня после того, как мы сводим племянницу к Санте. Не терпится познакомиться с твоей девушкой.
— Я не завожу девушек, — сказал я, и она поёжилась. Я повернул её к зданию и положил ладонь ей на поясницу, чтобы проводить внутрь.
— А что тогда? Просто угощаешь их ужином и делаешь, что хочешь? — спросила она. Когда мы вошли внутрь, она подняла на меня взгляд своими тёмно-синими глазами, полными любопытства.
Я наклонился к её уху.
— Угощаю ужином… а потом заставляю их забыть обо всём на свете.
Она скрестила руки на груди, стоя в холле, всего в нескольких метрах от вездесущей Вирджинии Хоксон, которая, к счастью, была увлечена разговором по телефону.
— Один раз и всё? — Она приподняла бровь.
— Нет. У меня много постоянных клиентов. — Я усмехнулся, зная, как это её бесит, и мне это нравилось. — Хэзер — одна из таких. Мы виделись уже много раз. Сегодня она приезжает сюда. Без всяких двойных смыслов. — Я подмигнул. — Её бесило, что я не нашёл для неё времени, пока был в городе — всё был занят твоим бывшим уродом, — и она настояла, что сама приедет сюда.
Я сам не понимал, что со мной происходит, но с тех пор как мы съездили в город… Нет, с тех пор как она крутила задом в шкафу под «Slow Ride», я пересмотрел своё отношение к нашим рабочим отношениям. Джорджия меняла меня. С ней было легко. Я смеялся чаще, чем когда-либо. И меня это не напрягало. Даже я заметил, что та холодная отстранённость, которой я так тщательно учился у отца, испарилась. Джорджия действовала на меня и физически, и эмоционально, и мне это нравилось.
Она провела языком по губам.
— Ну что ж, замечательно. Ей повезло, если вам обоим это подходит. Я бы никогда не стала участвовать в такой сделке.
Коготки выпустила — и мне это нравилось.
— И почему же, Динь-Динь?
  
— Потому что это значит, что вы оба можете делать, что захотите, когда не вместе.
— Верно.
— Я бы никогда не смогла быть с мужчиной, который готов делить меня с кем-то ещё. Мне нужен тот, кто не вынес бы даже мысли о том, что кто-то другой прикасается ко мне, — сказала она, подняв бровь, будто только что поставила меня на место.