Запределье (ЛП)

— Проверь носки, — сказала она и начала поправлять камни.
Я была готова к разочарованию. Трясущиеся носки и покалывание в пальцах — не совсем результат того устрашающего оружия, которое, как я надеялся, мы создали. Но когда я открыла ловушку и вытащила их… сразу стало очевидно, что в них не было ни капли магии. Они были просто… носками.
Ловушка Дьявола действительно сработала.
— Сработало! — провозгласила я, поднимая их. — Носки пустые! Они до сих пор отвратительны, но никакой магии!
— Отлично! Как себя чувствуешь?
Мне надоело перекрикивать дождь, поэтому я пошла к ней и дала знак возвращаться в музей.
— Я в порядке, — ответила я, когда мы оказались внутри, и бросила влажные носки на столик. — По-прежнему чувствую магию.
Это принесло мне больше облегчения, чем я могла думать еще год назад.
— Так что мы можем абсолютно точно нацелить эту штуку, — сказала она. — Малахи может вздохнуть спокойно.
— Да, но носки довольно мелкие. Ты правда думаешь, что это сработает против нескольких десятков Благих?
— Конечно, — ответила она. — Пока они в пределах досягаемости.
— Тогда у нас все еще есть проблема. Мы должны поставить Благих перед оружием. Мы должны держать их в пределах досягаемости.
— Это обратная сторона узкого диапазона действия, — согласилась она. — Никого другого случайно не заденет, но вам действительно нужно будет их удерживать в радиусе излучения. Может, мы могли бы использовать Ловушку Дьявола в качестве приманки? Аэрит может понадобиться Камень Инклюзии или Абетил, или всё целиком, особенно если она думает, что могла бы использовать их против Консульства.
— Ага, — произнесла я. — Или мы могли бы использовать Каллит. Возможно, мы могли бы пообещать Аэрит информацию. Это может быть приманкой.
Дарби постучала пальцами по лбу.
— Из-за моего затуманенного наукой мозга я чуть не забыл тебе сказать: Лора Блэквелл не убивала Каллит. И не допрашивала ее.
Я вытаращилась на нее.
— Что?
— Гуннар попросил меня проверить. Он знал, что ты беспокоишься об этом, поэтому я сделала это быстро. Блэквелл вела действительно хорошие записи. Никакого упоминания о Благих не было, и, похоже, если бы она их заметила, записала бы. Итак, я начала просматривать и другие записи Сдерживающих. С небольшой дружеской помощью.
— Мозеса?
— Конечно.
— Так кто ее допрашивал?
«И убил», — подумала я, но вслух не сказала.
— Я сузила круг до двух агентов. Парня по имени Лоуренс Пельтье. И Джэка Бруссарда.
Мои брови приподнялись. Мы знаем Бруссара. Или знали его. Он был агентом Сдерживающих с плохим отношением и сдвигом на магические заговоры. Его убили.
— Кто такой Пельтье?
— Очень противная личность, — ответила она. — У него длинное и сложное личное дело, несколько жалоб на агрессивное поведение и применение силы. Но, скорее всего, он был эффективным, раз они его не выгнали. Предположительно, он один из офицеров, которые поняли, что холодное железо эффективно против Пара.
— Ты шутишь?
— Нет. — Ее взгляд потух. — Это выяснялось после удара кого-то по голове обломком балконных перил.
— Он еще жив?
— Погиб три года назад. Ехал ночью на машине, джип перевернулся и угодил в канал. Он не умел плавать.
— Значит, они оба мертвы. Я не знаю, купится ли на это Аэрит, и будет ли ей до этого дело. — Благие всегда считали нас всех одинаковыми, с того момента ничего не поменялось. — Ведь это люди во всем виноваты. Как она умерла?
Дарби кивнула.
— Медицинское происшествие.
— Она ходила в клинику? — спросила я.
— Нет. У нее был припадок во время содержания под стражей, и она не пережила лечения. Они кремировали ее, закопав ее останки на Кладбище Святого Луи. Участок помечен.
«По крайней мере, это была конкретная информация. С этической точки зрения не очень хорошо не рассказать Аэрит, где похоронена ее сестра, пока мы не получили то, что хотим, но в то же самое время они разрушают наш город уже сейчас».
Но сначала надо как-то привести сюда Благих.
— Мы можем обсудить все варианты в магазине. Ты ведь приедешь?
 
— Вместо того, чтобы оставаться здесь одной во время урагана? Да. Мне нравится уединение, но мне не хотелось бы завтра плыть в одиночестве по Шартру.
— Давай возьмем Ловушку Дьявола, — сказала я. На всякий случай, вдруг понадобится…
Едва я закончила эту мысль, как дверь распахнулась. Я толкнула Дарби за себя, вытянув руку в направлении темной тени в дверном проеме.
И мое сердце не забилось снова, пока Лиам и Малахи не вошли внутрь.
Лиам подошел ко мне, взял за руки, оглядывая меня.
— С тобой все в порядке?
— Все хорошо. Почему спрашиваешь?
— Мы слышали взрыв. И видели Дом Наполеона.
— А что там с Домом Наполеона? — спросила я.
Они переглянулись. Лиам вернулся к двери и поманил нас наружу. Меня уже тошнило от дождя, но я выскочила под него и заглянула за угол… и увидела внутренние стены Дома Наполеона через зияющую дыру во внешней стене. Ближайшая к музею стена и к месту, где мы проводили эксперимент.
— Мы не виноваты, — сказали мы одновременно. Что заставило нас выглядеть виноватыми.
Лиама прищурился.
— Почему это могло быть вашей виной? — спросил он, когда мы снова вошли внутрь.
— Мы просто переживаем из-за близости, — ответила Дарби. — Приятно, что вы пришли проверить нас.
— Мм-хм. Как Ловушка Дьявола?
— Дьявольски хороша, — ответила я. — Дарби отлично поработала.
И эта работа не могла разрушить половину одного из самых старых зданий Французского Квартала. Это было просто неудачное совпадение.
— Теперь нам нужно опробовать её на Благих, — начала Дарби, — прежде чем они воспользуются накопленной силой, чтобы управлять ураганом, чтобы, вероятно, задержать его над Новым Орлеаном и полностью уничтожить нас.
Лиам и Малахи уставились на нее.
— Я имею в виду… в теории, — произнесла она.
— Вот дерьмо, — пробормотал Лиам. — Они попытаются заморозить ураган на месте. Он на подходе. И это самый беспроигрышный способ уничтожить нас.
— Они победят нас с помощью чистой магии, — сказала я, — разрушат почву, уничтожат воду. Ничего не будет здесь расти, значит, земля для них бесполезна.
— Вместо этого, — произнес Малахи, — они используют очищающий дождь.
— Ага, — сказала я. — И поскольку мы не позволим этому случиться, нам лучше провести серьезный мозговой шторм сегодня вечером. Простите за каламбур.
* * *
Мы с Лиамом под руку пошли обратно в магазин. Не только из соображений близости, но и потому, что из-за сильного ветра и горизонтального дождя нам требовалась поддержка, чтобы пройти два квартала.
Мимо пролетел флаг, а за ним — пальмовая ветвь, сорванная с какого-то бедного и ничего не подозревающего дерева. И этот неутешительный знак, каноэ привязанное к одной из опор балкона за дверью.
— На случай, если нам придется кому-то помогать, — сказал Лиам, и я сжала его руку, радуясь, что он об этом подумал.
Но всю доброту как рукой сняло, когда мы вошли внутрь и обнаружили драку в самом разгаре.
Мозес и его кузен Соломон стояли друг напротив друга, оба ростом не более метра двадцать, пальцами тыкая в лица друг другу. Когда-то Соломон был самым большим авторитетом на Острове Дьявола, а теперь стал постоянной головной болью Мозеса. Я предположила, что он захотел укрыться здесь сегодня вечером. Ничего страшного, но я была не в настроении для подобного.
— Разошлись, — проговорила я, подходя к ним. — Ураганы — не время для ссор.
— Мы не ссоримся, — ответил Мозес, и я запоздало сообразила, что они с Соломоном указывали не друг на друга, а на люстру, которая висела над ними — и маленькое жужжащее существо, которое качалось на ней, истерически смеясь, катаясь на одном из кристаллов. У нее была бледная кожа, светлые дреды, радужные крылья за спиной, и ни клочка одежды.