Запределье (ЛП)

— Гуннар! — закричала я, и мир превратился в размытое пятно.
  
Глава 17
 
На заставу его доставил Малахи, а Лиам отвез всех остальных из нас на Скарлет, когда Сдерживающие очистили поле.
— Что тут у нас? — спросил медик, натягивая перчатки, когда мы встретили его у ворот, а Малахи осторожно положил Гуннара на каталку, как если бы он был ребенком.
— Огр попал ему в грудь, — ответила Шон. — Он пролетел несколько метров и сильно приложился о кучу осколков.
— Мммм, — спокойно произнес медик, срезая одежду и осматривая пациента.
— Он ждал вас, — сказала Шон, когда медик осмотрел его. — Ночевал на заставе, потому что хотел быть здесь, когда вы вернетесь. На всякий случай.
«Конечно, он был здесь. И из-за этого, из-за своей преданности, он сейчас истекает кровью на носилках».
— Черт, — пробормотала я, справляясь с нарастающей паникой. — Черт.
— Проникающее ранение головы, и ему понадобится операция на бедре, — сказал медик, подняв взгляд. — В полевых условиях я не много могу сделать, и все же, ему понадобится больше, чем мы можем ему дать. Ему нужен врач и хорошее медицинское учреждение.
— Ему нужна Лиззи, — проговорила я, думая о медсестре Пара, которая фактически управляет клиникой на Острове Дьявола. Я посмотрела на Малахи. — Ты мог бы доставить его быстрее, чем мы.
— Я не смогу удерживать его в стабильном состоянии, — голос Малахи был мягким, но грустным, — и одновременно с этим лететь.
— Черт, — снова проговорила я, позволяя проявиться гневу, потому что злиться было лучше, чем испытывать пронизывающий до костей страх. Я и так жила страхами все это время.
— Ты за рулем, — сказала я Лиаму. — Я поеду сзади с Гуннаром, постараюсь, чтобы он оставался неподвижным.
— Идет проливной дождь, — произнес Лиам.
— В кабине не хватит места, чтобы уложить его. — Я посмотрела на Шон. — У вас есть брезент?
— Финики, — позвала она, и солдат вскочил со своего места. — Возьмите брезент и найдите способ закрепить его на кузове грузовика.
— Так точно, — ответил он и побежал к двери.
— Мы с Гэвином тоже можем ехать сзади, — сказала Рэйчел. — Удерживать брезент на месте, помогать ему оставаться неподвижным, следить за окружающей обстановкой. — Она посмотрела на Малахи. — Ты можешь лететь впереди? Следить за дорогой и сообщить Лиззи, что мы приближаемся, когда мы будем рядом, чтобы она могла подготовиться?
— Могу и сделаю, — ответил Малахи.
Через пять минут мы уже были в пути.
* * *
Лиам ехал быстро, быстрее, чем когда-либо я управляла Скарлет. Я сидела сзади с Гуннаром, забившись под брезент и спасая его голову от выбоин, в которые мы попадали по пути. Мы добрались за сорок минут, и мне потребуются недели, чтобы вернуть Скарлет нормальный вид.
Но для Гуннара это того стоило.
Малахи проделал хорошую работу; нам махали через ворота Острова Дьявола, затем устрашающий четырехколесный автомобиль с мигалками и сиренами сопровождал нас в клинику.
К тому времени Гуннар все еще был без сознания. Когда мы остановились, Рэйчел и Гэвин сорвали брезент, а Лиззи и ее сотрудники приступили к работе, погрузив Гуннара на носилки, и отнесли его внутрь.
— Я найду Таджи и родителей Гуннара, — сказал Гэвин, выскакивая из грузовика.
Все члены семьи Гуннара покинули Новый Орлеан, в основном после Белль Чейс. Но его родители вернулись; они не могли оставаться в стороне от сына или своего города.
— Спасибо, — произнес Лиам, и я услышала, как парни обнимаются и хлопают друг друга по спине. Они сводят друг друга с ума, но знают, когда объединиться и стать семьей. Это как раз один из таких моментов.
Я все еще стояла на коленях в кузове грузовика, джинсы и рубашка были пропитаны дождем, а один из моих лучших друзей был без сознания и истекал кровью. И теперь, когда он внутри, в безопасности в руках женщины, которой я доверяю, меня начало трясти.
— Черт, — проговорил Лиам и залез в грузовик. — Давай, cher. Давай снимем с тебя эту одежду.
 
Он поднял меня на ноги, передал Малахи, который поставил меня на землю под балкон первого здания, составлявшего клинику, образованную несколькими соединенными между собой таунхаусами, гостевыми домами и коттеджами.
— Ты очень мокрая, — сказал Малахи.
— А как у тебя дела? — спросила я, поднимая на него взгляд.
— Все будет хорошо. — В его глазах было беспокойство. — Я сильнее большинства людей.
— Сейчас не время геройствовать, — сказала я.
— Я сожалею о его травмах, — произнес Малахи. — Независимо от того, какую роль в них сыграла моя кража.
— Не нужно за это извиняться, — сказала я. — Нам нужен Абетил, и ты придумал способ его получить. Я не могу винить тебя за это. Но я виню тебя в том, что ты просто не сказал нам правду. Мы были бы лучше подготовлены. Ты мог бы нам довериться.
— Я должен был, — проговорил он. — И это моя ошибка, не твоя.
Лиам молчал все время разговора, но я знала, что он тоже хочет сказать пару слов Малахи позже. Пока что в центре нашего внимания был Гуннар.
* * *
Этот зал ожидания, второй из тех, что я посетила в группе зданий, составляющих клинику, был маленьким и все еще очень в стиле Нового Орлеана. Здесь и там в бывшей гостиной стояли разные стулья, паркетный пол скрипел при каждом шаге, а в углу стоял небольшой столик с диспенсером для воды и кофейником.
Рэйчел приготовила кофе, а я переоделась в сухую медицинскую одежду.
— Я собираюсь в Кабильдо, — сказала она, когда мы снова собрались. — Хочу сообщить Коменданту последние новости и рассказать о Гуннаре. И переодеться.
Она посмотрела на меня.
— Я знаю, что сейчас тебе от этого не станет лучше, — произнесла Рэйчел, сжимая мою руку, — но ты хорошо справляешься с кризисными ситуациями. Он выживет, потому что мы двигались быстро, знали, что делать, как с ним обращаться.
Она была права. Мне от этого не стало легче, но я сумела кивнуть.
— Спасибо.
— Я передам посылку Дарби, — сказал Малахи. — Я вернусь.
«Потому что шоу должно продолжаться, даже несмотря на то, что Гуннар без сознания и истекает кровью».
Когда в комнате остались только мы с Лиамом, он коснулся моей руки.
— С тобой все в порядке?
Я не колебалась, развернулась в его объятьях и разрыдалась.
— Все в порядке, Клэр. Все будет хорошо.
— Я устала от войны. Я устала от тюрем. Я устала бороться.
— Я знаю.
Он позволил мне высказаться, затем отстранился, смахнув слезы на моих глазах.
— Мы могли прекратить борьбу. Мы могли бы оставить все это позади.
Меня переволняли эмоции, так много чувств, что мне пришлось отвернуться.
— Я не могу покинуть Новый Орлеан. Это все, что у меня от него осталось. Если я уйду, все исчезнет.
— Ах, — произнес Лиам, очевидно понимая, что я имела в виду своего отца. — Он всегда будет с тобой. Здесь ты или где-то еще. Он в твоих воспоминаниях, в твоем сердце. В памяти и сердцах всех, кого он встречал, всех, кому он помог.
Этого было недостаточно. Не сейчас.
— Но я никуда не уйду. — Он обнял меня крепче. — Я не оставлю тебя, и Гуннара тоже.
* * *
Ожидание в больнице все длилось. Мы садились и вставали со стульев, переходили из одной комнаты в другую, и так по кругу.
Время шло: прибытия и отъезды, движение людей в зале ожидания и выход из него — медсестры пьют кофе, солдаты Сдерживающих желают получить последнюю информацию о Гуннаре.
 
Гэвин с Бёрком и Таджи на буксире вернулись первыми из нашей команды.
— Семья Гуннара? — спросил Лиам, вставая, чтобы пожать Бёрку руку и обнять Таджи.
— Их не было дома. Сдерживающие отправили солдата ждать у дома. Я подумал, что от меня здесь будет больше пользы.