Запределье (ЛП)

— Полагаю, додумывать что-то за нее — ошибка.
Он моргнул.
— Ты думаешь, она из тех, кто готов просто развлечься?
— Не так, как ты это сейчас представил. — Я указала на его лопату. — Возвращайся к работе.
Было заметно, как ему стало легче от перемены темы, и он вернулся к работе.
Лиам подошел к нам с бутылками воды и вручил по одной каждому из нас.
— Изводишь моего брата?
— Да. Он заслужил.
— Уверен, так и есть.
— Думаю, пока тебя не было, он испортился, стал грубее.
— Я вас слышу. — Гэвин отпил воды, а затем бросил закрытую бутылку на кучу песка.
— Знаю, — произнесла я с широкой улыбкой.
— Он всегда был груб. Просто сейчас он к тебе привык и ему стало комфортнее общаться. Из-за опоссума.
Я ткнула пальцем в Лиама.
— Изменник.
— Может быть, — произнес он и поцеловал меня в шею чуть ниже уха — Но я поговорю с тобой об этом позже.
* * *
Когда солнце начало садиться, мы вошли внутрь, чтобы подкрепиться, отдохнуть и дождаться Гуннара. И вердикта Коменданта. Мозес и Малахи присоединились к нам после того, как Малахи передал Камень Инклюзии в умелые и ученые руки Дарби.
— Она не пошла с вами? — спросила я их.
— Чертова трудоголичка, — проговорил Мозес. — Она сейчас в лаборатории и не хочет оттуда уходить.
— Как продвигается работа? — спросил Лиам.
— Она считает, что нашла механизм ограничения распространения оружия, — ответил Малахи. — Она на решающем этапе.
— Занимается вычислениями. — Мозес фыркнул. — Можешь себе представить? Чертова наука.
— Чертова наука, — согласился Лиам.
Мы пытались казаться оптимистичными. Пытались сохранить задор и настрой, несмотря на то, что может произойти дальше. Больше разрушений. Больше смертей. Больше оружия. Большое передвижений. Но наши нервы были на пределе, изношены и потрепаны. Что, вероятно, было частью цели Благих. Не только уничтожить то, что мы любили, что нас окружает, но и уничтожить нас изнутри.
Гуннар пришел с Бёрком сразу после заката, когда мы уже зажгли свечи и подали на стол безвкусную еду. Выглядел он измученным.
— Скажите мне, что у вас есть еда, — проговорил Гуннар, стаскивая свою сумку, и бросил ее на пол, когда садился.
— Есть то, что мы называем едой, — ответил Лиам, поставив перед ними обоими чашки поствоенной версии супа яка-мейн [19].
Мы адаптировали продукты Нового Орлеана, используя лапшу рамэн, консервированный бульон, зеленый лук и тушеную говядину, варя их вместе до готовности.
Не очень похоже на довоенную классику. Но достаточно, чтобы заполнить живот.
— Какие последние новости? — спросил Гэвин.
— Они ударили по двум насосным станциям, — ответил Гуннар, морщась и жуя говядину. — Из-за этих Благих придурков погибли два охранника.
— И не поспоришь, — сказал Мозес.
— Сожалею, — произнесла я.
Гуннар кивнул и отпил отвар.
— Все словно белки в колесе. Измученные. И всем надоело прощаться с друзьями. Вот поэтому у вас есть разрешение войти в Запределье, чтобы достать элементы, необходимые для завершения Ловушки Дьявола. Выдвигаетесь завтра.
Я была одновременно взволнована и испугана.
Он посмотрел на меня.
— Команда будет состоять из Гэвина, Лиама, Клэр, Малахи, — он перевел взгляд на Малахи, — и капитана Льюис.
Малахи среагировал без промедлений:
— Нет. Она военная, они увидят в ней угрозу.
— Тогда вам лучше найти способ, как с этим быть, потому что это не подлежит обсуждению. Приказ Коменданта. — Он вытер рот и встретился взглядом с Малахи. — Она хороша в полевой работе, и ты это знаешь. У вас в команде будут охотники и люди с магией. Вы могли бы использовать кого-то, кто обучен работе в полях.
Когда Малахи не ответил, Гуннар продолжил:
— И она ждет снаружи.
— О, как хорошо подготовился, — пробормотала Таджи в свою кружку чая, вежливо улыбнувшись Малахи, когда он посмотрел в ее сторону. — Думаю, ты должен это признать.
— Мне не нужно ничего признавать. Я не обязан…
 
— Это такое выражение, — вмешалась я, прежде чем все не стало еще хуже.
Он уже восемь лет в нашем мире, но все еще разбирается в нюансах.
— Похоже, эта вечеринка будет лучше, чем я думал, — сказал Мозес, спрыгивая со стула. — Я впущу ее.
— Это не вечеринка, — произнесла Таджи.
— Теперь вечеринка, — пробормотал Мозес.
Я закатила глаза и извиняясь посмотрела на Малахи.
— Ты сможешь это принять?
— Мозеса или Рэйчел? — сухо спросил он.
— Похоже, оба являются чем-то неизбежным.
— Тем более, все мы здесь взрослые люди, — сказал Бёрк, наливая в свой бульон перечный соус.
— И это тоже, — согласилась Таджи.
Вошел Мозес, за ним Рэйчел. Сегодня она была не в униформе, всего лишь джинсы и облегающая майка, из-за которой хорошо были видны ее смуглые руки.
— Привет, — сказала она, и мы кивнули в ответ.
— Я не знаю большинства из вас так хорошо, как вы знаете друг друга, и, вероятно, я нежеланный придаток. Но у меня есть навыки, и я могу позаботиться о себе. И я получила поддержку Коменданта. — Уголок ее губ приподнялся. — Так что, если все пойдет не так, вы можете обвинить меня.
— Посадите девушку, — сказал Мозес, и Лиам выдвинул стул.
— Есть хочешь? — спросил Гэвин.
— Нет, спасибо, все в порядке. — Она села и оглядела стол. — Но, думаю, мы должны пересмотреть план и логистику.
— Согласна, — произнесла я. — Я бы чувствовала себя увереннее, если бы знала, куда мы идем.
— Что ж, Клэр, это штука под названием Завеса.
Мозес, вступившись за меня, ударил Гэвина по руке.
— Я этого не заслужил, — пробормотал он.
— Заслужил, — сказал Гуннар с улыбкой, которая выглядела ободряющей. — Я пойду с вами до Белл Чейза. Форпост поможет вам преодолеть первое препятствие.
— Которое? — спросила Таджи.
— Завесу охраняют представители Суда.
Я выгнула брови.
— Потому что не хотят, чтобы мы вошли, или потому что не хотят, чтобы кто-то еще вышел?
— И то, и другое, — мрачно ответил Гуннар. — Им нравится держать солдат форпостов в тонусе, и они хотят только, чтобы союзники, проходящие через Завесу, содействовали.
— Кто-нибудь из членов Консульства пытался пройти? — спросил Гэвин.
— Не то, чтобы мы знали об этом, — ответил Гуннар.
— И как нам пересечь земли, где нет места людям? — спросил Гэвин.
— Я бы посоветовала их чем-то отвлечь и проскользнуть, — сказала Рэйчел, — Но нам надо с утра осмотреть местность и их расположение.
Она взглянула на Малахи, вопрос в ее глазах был очевиден: «Ты можешь признать, что я права? Потому что мы оба знаем, что это так».
Малахи просто посмотрел на нее, и я поняла, что нам придется обсудить их дальнейшее взаимодействие в период нашего маленького путешествия. Потому что мы не могли позволить себе отвлекаться на это.
— Итак, мы проникаем в Запределье, — сказал Лиам, положив руки мне на плечи, согревая и успокаивая.
— Стойте, — произнесла я и посмотрела на Малахи. — Как вы его называете? Место, куда мы идем? Полагаю, что «Запределье» — это наш вариант названия.
Он улыбнулся.
— Мы называем его Элизиум [20].
— Как Елисейские поля? — Это подобие рая в греческой мифологии и проспект, проходивший прямо посреди Мариньи. Острова Дьявола.
— Не мне рассказывать вам о происхождении человеческих слов, — сказал Малахи со знающей улыбкой на лице.
Это был не первый раз, когда я задавалась вопросом, сколько всего из его мира перетекло в наш за всю историю человечества. Возможно, кто-то или что-то прорывалось сквозь Завесу, или знание передавалось посредством некого подобия магического осмоса.
 
Малахи вытащил из кармана сложенный лист бумаги и разложил его на столе. На нем им была нарисована аккуратная карта, на которой под более темными линиями просматривались бледные цвета черновика.