Травник (СИ)

— Ты знаешь, как именно началась моя игровая карьера?
— Я знаю множество полезных и бесполезных вещей, — сказал Магистр. — А еще я позабыл кучу полезных и бесполезных вещей, и эта куча вещей больше, чем та, о которой ты когда-либо сможешь узнать. Так что давай не будем играть в эту игру. Просто расскажи мне.
— Я очнулся в полной темноте, — сказал Виталик. — И первое, что мне пришлось сделать, это выкопаться из не слишком глубокой могилы в подмосковном лесу. А когда я из нее таки выкопался, я осознал себя элитным зомби сорок седьмого уровня.
  
— Захватывающая история, — отметил Магистр, прикуривая от пальца.
— И я чертовски хотел бы знать, кто меня там закопал.
— Ты не знаешь?
— Как видишь, нет, — сказал Виталик и захрустел бутербродом.
— Это странно, — сказал Магистр. — Обычно люди замечают такие вещи. Говорят, что не помнить момент рождения, это вполне нормально, но момент смерти помнят почти все.
— С того момента, как я откопал сам себя, я помню абсолютно все, — сказал Виталик. — И я прекрасно помню свою предыдущую, досистемную жизнь. Всю, за исключением нескольких первых и нескольких последних месяцев. Первые месяцы, как ты понимаешь, меня не слишком интересуют. Но вот последние…
— Тот, кто это сделал, скорее всего уже мертв, — сказал Магистр. — Столько лет прошло.
— Не факт, что мертв. Если он попал в Систему, то сейчас он может быть так же жив, как и мы с тобой.
— Резонно, — согласился Магистр. — Но что тебе до него за дело? С того момента прошли века, даже если ты его и найдешь, он уже может и не вспомнить своих мотивов. За это время он мог стать совершенно другим человеком. Какой смысл ему мстить?
— Я не хочу ему мстить, — сказал Виталик. — Я хочу узнать.
— Это и есть та самая заноза, которая отбрасывает тень?
— Да.
— Право слово, но это же такая мелочь, — сказал Магистр. — Кто-то когда-то тебя убил, и что с того? Ты жив, стал сильнее прежнего и вполне себе процветаешь…
— Все не так просто.
— Я так и знал, что есть что-то еще, — сказал Магистр. — Всегда есть что-то еще.
— После отката Земли, во время первой перезагрузки меня снова убили и закопали в подмосковном лесу, — сказал Виталик. — Правда, на этот раз я знаю, кто убивал и кто закапывал, и это были разные люди.
— Смерть и Разрушение, — сказал Магистр.
— Вижу, эта часть истории тебе известна.
— Ну, после того, как вы откатили Землю, я немного за ней следил. Ибо подозревал нехорошее и подозрения мои оправдались.
— Во время следующих откатов я проживал разные жизни, — сказал Виталик. — Но что бы я ни делал, где бы я ни работал, чем бы ни занимался, в подавляющем большинстве случаев мой жизненный путь заканчивался неглубокой могилой в подмосковном лесу. Исключением можно считать только тот случай, когда меня достал твой Кристоф, но это, я полагаю, особый случай.
— Тогда все получилось довольно скомкано, — согласился Магистр. — Но, говоря по правде, я вижу лишь череду совпадений. Странную, но не более того. За свою долгую и полную опасностей жизнь мне доводилось встречать и куда более странные совпадения.
— Если что-то повторяется больше двух раз, это уже не совпадение, — сказал Виталик. — Это закономерность.
— Насколько я понимаю, тебя закапывали разные люди и при разных обстоятельствах.
— Да.
— А что с географией?
— Место не всегда одно и то же, — сказал Виталик. — Разброс достигает нескольких десятков километров.
— Тогда где же закономерность?
— Безымянная могила в лесу. Каждый раз.
— И ты думаешь, что это цикл, и что старт этому циклу дал тот первый раз, о котором ты ни черта не помнишь?
— История развивается по спирали и все такое, — подтвердил Виталик.
— Судя по масштабу, виновным вряд ли может быть один человек, — заметил Магистр. — Кого же ты подозреваешь? Вычислителей? Или замахнулся выше, и склонен винить во всем само мироздание?
— Это было бы слишком легко, — сказал Виталик.
— О, да.
— Нет, на самом деле все еще сложнее. Ты знаешь, что Чапай недавно побывал в одной параллельной вселенной?
— Разумеется. У него там дочь от богини войны и чего-то там еще. Милая была девочка, и все бы у нее было хорошо, если бы не твой приятель… Не оба твоих приятеля.
— Нет, я сейчас говорю о другой вселенной. Не той, в которой Роберта.
— Хм, — задумчиво сказал Магистр. — Нездоровая тенденция. Раньше вселенные не соприкасались так часто.
— В этой вселенной он встретил меня, — сказал Виталик. — В смысле, другого меня, тоже параллельного. И угадай, что случилось?
— Он тебя убил и закопал в параллельном подмосковном лесу?
— Убил не он, а вот все остальное так и было.
— Выходит, такая тебе судьбина дадена, — сказал Магистр.
— Выходит так, — сказал Виталик. — И я хочу знать, почему.
— Я бы посоветовал тебе забить, но сам факт твоего визита говорит о том, что ты на это не способен, — сказал Магистр. — И чего ты хочешь от меня? Разорвать цикл? Хочешь, я убью тебя и закопаю где-нибудь поблизости? Окрестности Блумфилда всяко не Подмосковье.
— Пожалуй, для такого радикального способа я еще не созрел, — сказал Виталик. — Но я подумал, что ты знаешь о местном мироздании больше любого из живущих, за исключением, разве что, Рейдена…
— Что ж ты у Рейдена не спросил? — поинтересовался Магистр.
— Первый и последний раз я видел его в день твоей дуэли с его сыном, — сказал Виталик. — И я понятия не имею, где его искать.
— Зная старину Рейдена, могу предположить, что он сидит на каком-нибудь облаке и изображает постигшего дзен отшельника, — сказал Магистр. — А может быть, и не изображает. Рейден не имеет обыкновения помогать простым смертным. Непростым, впрочем, тоже.
— И это снова приводит меня к тебе. Я подумал, тебе может быть известен какой-то способ пролить свет на тот первый раз. Поднять логи…
— Логи? — встрепенулся Магистр. — Поднять логи после того, как ты несколько раз перепахал весь системный код так, что его сотня Архитекторов сотни лет разбирала и все равно ни черта не поняла? О каких, черт побери, логах, идет речь? Там после двенадцати перезагрузок вся инфосфера изуродована почище упавшего в мясорубку утконоса, — Магистр переложил самокрутку в другую руку и наставил на Виталика указательный палец в обвиняющем жесте. — Ты сам сделал все, чтобы превратить логи в нечитаемые. Живи теперь с этим.
— А еще я подумал, может быть, у тебя есть на примете какая-нибудь очередная приблуда, которая может с этим помочь. Венец Демиурга…
— Понятия не имею, где он.
— Маховик Времени…
— Он вообще не так работает.
— Может быть, есть что-то еще, — сказал Виталик. — Всегда же есть что-то еще. Особенно у тебя. Ты же самый изворотливый тип, кого я знаю, и у тебя всегда пять тузов в рукаве.
— Навскидку мне ничего в голову не приходит, — сказал Магистр. — Но я могу подумать над твоей проблемой.
— Это уже много, — сказал Виталик. — По правде говоря, это больше, чем я рассчитывал.
— Допустим, я поразмыслю, как выяснить, кто и за что закопал тебя в первый раз, — сказал Магистр. — А ты мне что?
— А я… буду тебе должен.
— Приемлемо, — согласился Магистр. — Но быстрого решения я не обещаю.
— Меня устроит какое угодно решение, — сказал Виталик. — Лишь бы оно решало.
— Приходи через пару недель, — сказал Магистр.
— Спасибо, Оберон.
— Но ты должен понимать, даже если мы выясним, кто был твоим, так сказать, первым, это может ни черта не прояснить в вопросе, почему оно из раза в раз повторяется, — сказал Магистр.
— Это может стать отправной точкой для нового расследования, — сказал Виталик.
  
— Которое в конечном итоге и сведет тебя с ума. Если еще не свело. Знаешь, в чем секрет долгой и спокойной жизнь? — спросил Магистр. — Нужно держаться подальше от таких вот штук. Идеи фикс еще никого не доводили до добра. Это все равно, что поиски философского камня. Когда ты его найдешь, ты даже не сможешь вспомнить, за коим чертом он тебе понадобился. Если хочешь жить долго и счастливо, то жить нужно легко. Не зацикливаясь.