Мастер Ядов (СИ)
— Х-хорошооо. — ответила я, вытаскивая платок и тихо сморкаясь. А потом подумала и пуще прежнего заревела: — Или нееет.
— Эвоно как. — озадаченно покачала головой госпожа, продолжая успокаивающе поглаживать мою голову. — Ты не печалься. Ежели суждено тебе с ним быть, то вернется он за тобой. А ежели нет, так у нас и своих касатиков тьма тьмущая. Ну а если и из них никто не приглянется, то мы и в другой деревне поискать можем. Или в городе, там, говорят, даже с манерами кто-то есть.
— Представляю себе этот кастинг. — мрачно выдала Тан, усаживаясь на подоконник и понуро опуская голову. — Будем всей деревней ходить, по домам заглядывать и искать, где у кого мужичок завалялся. А в городе вообще гастролировать начнем. Первое на селе ток-шоу "Отбор для попаданки". А потом прилетит наш "касатик" и мало места будет всем. Те, кто с манерами окажется, вообще в армию загремят пожизненно.
— Лучше бы не прилетааал. — скривившись, страдала я изо всех сил. — Я ж отцу его поклялааась.
— Чего это ты там наклясть успела, м? — добавив немного требовательности в голос, вопрошала госпожа.
— Что не увижусь с нииим. — я уже больше хныкала, чем на самом деле рыдала. — Даже если вернется он за мной, я не выыыйдууу.
— Ой, подумаешь, поклялась. — фыркнув, отмахнулась госпожа, а я удивленно икнула, поднимая на нее непонимающий взгляд. — Значит, старый тот совсем дурак. Кто ж женские клятвы считает? Только дураки. А дураков наказывать надобно. Но сразу выходить, конечно, не стоит. Я вот, помню, деда своего в свое время заставила побегать. Ох, заставила.
Старшая госпожа мечтательно уставилась в окно, вспоминая былые дни, а Тан заинтересованно слушала ее выводы. Видимо, зерно бесчестья упало в добрую почву, потому что:
— Вот! — тыча в госпожу пальцем, воскликнула Тан. — Бабка дело говорит! Срать нам на те клятвы! Пошли отожмем императорский корабль, а потом украдем принца!
Следуя законам и правилам, надобно почитать старших и…
— Ой, все. Реви дальше. — скривилась тьма и отвернулась к окну.
— Не могу я так. — тихо сказала я, опустив взгляд на сцепленные ладони. — Честные люди держат слово, а от бесчестных и боги отворачиваются. В данной ситуации мои желания несущественны. Он сам жениться не хотел, а я… А я так не согласна. Это позор.
— Так что ж теперь, век из-за него убиваться? — бойко наставляла меня госпожа, выхватывая противень из печи. — Смотри, какой пирог ароматный! А жениха мы тебе найдем, слово даю.
Я не стала упоминать ее же изречение по поводу правдивости слов женщины, незаметно потянув носом аппетитный запах. Да пышный какой, румяный. А с чем? Ох, с мяском и капустой. Желудок жалобно сжался, напоминая, что мы последний раз ели в доме молодого господина. И то, особо поесть нам не дал посланник императора. При воспоминании об императоре реветь перехотелось совсем. Голову подняла старая ненависть, а желание жить еще больше распаляло аппетит.
До самого вечера мы с госпожой просидели на кухне, поедая пироги с отваром, который я приготовила, и обсуждая дела в деревне. Устав ждать, когда я выйду к людям, люди пошли в дом госпожи для встречи со мной. Очень быстро жилище гостеприимной хозяйки превратилось в ведьмин лазарет, а она и не против была. Лечила я и детишек приболевших, и колени у кого там ныли, и прочий люд, что постепенно стекался к этому жилищу. Время шло, а тоска, душившая меня все это время, стала оседать на дно души колючим одеялом и ждать своего часа.
И лишь когда закончились больные на сегодня, я искренне поблагодарила старшую госпожу за гостеприимство и за участие, а после покинула ее дом и в сумерках направилась в свой лес. Как бы там ни было, а я справлюсь.
***Проснувшись на заре, я зябко поежилась. Дрова в жаровне успели прогореть за ночь, и стало ощутимо прохладней. Снаружи доносилось прекрасное пение птиц, вторя моему чудесному настроению.
— Прекрасное пение?! — психанула Тан, моментально появившись передо мной. — Прекрасное?!! Лин Фэй, это вороны кричат! Зима скоро!
— Какое настроение, такое и пение. — проворчала я, поднимаясь с жесткой постели и кряхтя, будто моему телу тоже уже под три тысячи лет. Дааа… Привыкла я на мягких матрасах почивать за эту неделю путешествия. Подняться-то я поднялась, а вот разогнуться так сразу и не получилось. — Вот теперь я настоящая ведьма. Хмурая, сутулая и ворчливая.
— Какой план у нас на сегодня? — деловито спросила барышня, будто собралась коим-то образом участвовать в моих делах.
— Очень простой. — потирая спину, пошла я на кухню греметь котелками. — Готовим лекарства и лечим всех, у кого есть теплая одежда или еда. Это прежде всего. А потом… Сколько часов прошло?.. Немногим больше восемнадцати, да? Да. Значит, еще три часа, а потом готовимся смотреть уникальное представление.
(А я напоминаю, что по исчислению, принятому в древнем Китае, в сутках насчитывается двенадцать часов, а не двадцать четыре.)
— А что за представление? — живо заинтересовалась маленькая тьма.
— Увидишь. — загадочно улыбнулась я, но улыбка вышла какой-то злобной.
Найдя нужный котелок, я вышла во двор. Шанди уже выползла на улицу и теперь грелась на ступеньках в лучах рассветного солнца. Неподалеку я увидела ведра с той самой смородиной. Ягоды уже были безнадежно испорчены, поэтому нужно будет удобрить ими какой-то куст. Но сначала наберем воды. Ежась от холода, я поспешила к реке.
Под простыми ботинками хрустела изморозью сухая трава, кричали высоко в кронах деревьев жирные черные птицы, похожие на ворон, а впереди блеснула лента звонкой речки. Спустившись к берегу, я опустила в нее котелок, чтобы набрать воды.
— Что там за шум? — задрав голову вверх, недоуменно молвила барышня.
Проследив за ее взглядом, я увидела то, от чего мое сердце едва не оборвалось. До боли знакомый черный эсминец пролетал высоко в небе, оставляя за собой сизый дымный след. Лучи восходящего солнца подсвечивали его, не оставляя шансов быть незамеченным. Помнится, в прошлый раз это было похоже на метеорит? Значит, на борту отключены все артефакты, что было весьма разумно.
— Боги, о чем ты вообще думаешь?! Лин-Лин, он вернулся! Он прилетел сюда! И явно не для новой дегустации синельника! Ты понимаешь, что это значит?! — прыгала от восторга темная магия, а я поймала себя на мысли, что готова бросить все и побежать по ходу следования корабля, чтобы встретить его на земле. Но…
Тяжело поднявшись с берега, я опустила голову вниз и некоторое время просто стояла с закрытыми глазами. Тан права, вряд ли он за ягодами прилетел. Крепко зажмурившись, я шумно выдохнула, а когда открыла глаза, то была уже полностью собрана. Мир вспыхнул тысячами иероглифов, пробуждая магию в крови. В лесу я подобна божеству, и сила моя почти безгранична, поэтому…
Безмолвная просьба была услышана природой. Она не требовала объяснений, готовая исполнить все, о чем я попрошу. И в это время по всему краю Заколдованного Леса пробежала рябь от колоссального выброса силы, обращая милые глазу деревья в черные корявые стволы, покрытые длинными острыми шипами. Зеленые искры магии пробежались по грубой коре, укрепляя ее до невообразимого состояния и обращая обычный лес в заколдованную крепость. Прости, Лю. Мы не увидимся сейчас, а после ты и сам не захочешь меня видеть. Надеюсь, ты не сочтешь меня своим врагом…
Холод подступающей зимы свободно проходил сквозь тело, не вызывая дрожи, а сердце заходилось в быстром ритме. Нервно кусая губы и чутко прислушиваясь к звукам леса, я поспешила к Царь-дереву. Лес по моей просьбе будет пропускать внутрь всех жителей деревни, но чужакам сюда ходу нет, поэтому надо просто немного подождать. Не будет же он вечность там бродить?
Разведя костер в очаге перед домом, я подвесила котелок с водой и пыталась сконцентрироваться на рецепте лекарства, но это оказалось задачей не из легких. Внимание все время соскальзывало в сторону леса, где за деревьями начинается деревня, а слух чутко ловил все звуки с той стороны. Об этом никто не узнает, но я первый раз в жизни не могла сосредоточиться на любимой работе. Листья, соцветия, корешки — ничто не вспоминалось, а едкая усмешка темной магии, что стояла в стороне, плечом прислонившись к дому, и вовсе выбивала из колеи.