Мастер Ядов (СИ)

Диль еще на середине моей речи перестала реветь, отшатнулась в сторону и посмотрела на меня глазами полными ужаса и боли. Тан тоже переводила ошарашенный взгляд с глупой женщины на улыбающуюся ведьму и подбирала какие-то слова. Сама не понимая до конца, что делает, жена портного неуклюже поднялась с пола, не сводя с меня испуганного взгляда, и шепотом заговорила:
— Не рассказывай ему. Пожалуйста. Не рассказывай.
Я ничего не ответила. Больно надо мне лезть в это. Попрощавшись с Диль вежливой улыбкой, я вышла из дома, где места себе не находил рыжий портной. Он нервно мерил двор шагами, сжимая и разжимая кулаки, хмурился, что-то бормотал себе под нос. Видимо, пытался успокоить себя. Едва он заметил, что я вышла из дома, как тут же бросился ко мне, с дикой надеждой заглядывая в глаза.
— Госпожа ведьма, что там? С ней все в порядке? — срывающимся от волнения голосом спросил Сенек.
— Не беспокойтесь, все поправимо. — мягко ответила я, голосом заглушая его панику. — Я приготовлю два лекарства, которое вы должны будете забрать завтра. После его приема ей станет заметно лучше. И уже к следующей луне в вашем доме появится новая помощница.
— Помощница? — благоговейно выдохнул портной, а в его глазах засияло солнце. — У меня будет дочка?
— Да. — светло улыбнулась я.
— Спасибо, госпожа ведьма! — бухнулся в ноги счастливый отец, от усердия стукнувшись лбом о доски крыльца. — Век не забуду! Я тут вот кое-что подготовил для вас, примите в дар, пожалуйста. Люди говорят, вы прилетели к нам на ме… кхм… пришли к нам налегке, и я взял на себя смелость подобрать вам кое-что из одежды.
Вскочив на ноги, окрыленный портной подбежал к одному из прилавков, схватил с него объемный узел и поспешил обратно ко мне. Протягивая его, он был, кажется, вне себя от счастья.
— Благодарю вас за вашу доброту и столь щедрый дар. — принимая откуп, светло улыбнулась я. — Если будет нужда, зовите.
И, раскланявшись, я покинула двор портного, прижимая к себе узел, в просвете которого виднелся край той шали, что мне понравилась, тонкие ленты с панталон и плетеное кружево с шерстяного платья. Кажется, там было что-то еще, но рассматривать посреди дороги я не стала.
— Лин-Лин, ты зверь. — удивленно меня рассматривая, в итоге нашлась со словами темная магия. — Как ты все это узнала?! Может, ты все-таки ведьма?!
— Ты видела все то же, что и я, но снова не сделала никаких выводов. Твоя голова исключительно для красоты, Тан. — с наслаждением потянувшись, весело улыбнулась я пробивающимся сквозь облака лучам солнца.
— Но она выглядела такой правильной и милой, что я бы в жизни не поверила… — запальчиво стала оправдываться уязвленная тьма.
— Мой стаж длится уже третью эру, маленькая частичка Хаоса. — легко ответила я, источая довольство и крепко держа свой узелок. — Меня не обманывает внешний вид и слова людей. Я в состоянии разобраться, кто стоит передо мной. Ну что? Идем дальше за покупками?
— Ах вот оно что! Я и забыла, что у нас тут шопинг. И ведь до последнего не верила, что тебе что-то обломится. Ну в следующий раз я так не промахнусь, ледяная ведьма! Идем! — воскликнула Тан и, сосредоточенно сканируя взглядом все вокруг, двинулась дальше по улице.
Кажется, она хочет посоревноваться в наблюдательности?
Мы продолжили наш путь, пока не вышли на более оживленную улицу. Люд сновал по утоптанной до каменного состояния дороге, спешил по своим делам, иногда попадались дельцы с телегами, а иногда чинно прогуливающиеся компании. Но неизменно при моем приближении все разговоры замолкали, а люди расступались. Кто-то рассматривал меня с большим интересом, кто-то старался поскорее отвести взгляд, но равнодушных не было. Вот она — слава ведьмы. Эх, Тан Лин Фэй, как мы до этого дошли?
— Ого! Смотри! Это ж та баба, которую муж бьет! — едва не выпрыгнула из срамных штанов Тан, стараясь заглянуть за и без того низкий забор того дома.
Я даже взгляда туда не кинула. То, что происходило в том дворе, я заметила раньше темной магии, но… ничего удивительного или заслуживающего внимания там не было.
 
— Лин! Он снова ее бьет! — негодовала барышня, яростно сжимая кулаки.
Успокойся, Тан. Чему ты так удивляешься? Это происходит с ней не первый год, а значит — это ее выбор. Есть такая категория женщин — жертва. Психически здоровая женщина никогда не позволит мужчине не то что ударить ее, но даже нагрубить не даст. Присмотрись внимательно, маленькое зло. Ей просто нравится это. А кто мы такие, чтоб мешать людям развлекаться так, как им нравится? Похоже, идти к храмовнику за помощью в разводе нет нужды. Что ж, одной заботой меньше. Смотри, я, кажется, вижу гончарную лавку. Нам не помешает несколько горшков.
— Да он же прибьет ее сейчас! Пошли вмешаемся! Надаем ублюдку по щам! — не унималась барышня.
А знаешь, что тогда произойдет? Эта несчастная кинется на нас, чтобы защитить своего мучителя, и мы же и будем виноватыми. Поверь, я знаю, о чем говорю. К тому же… Посмотри, их многие видят и слышат, но никто не вмешивается. Как думаешь, почему?
— Да трусы они! И мы заодно с ними! — пуще прежнего распсиховалась Тан.
И нет. Просто… Они уже пробовали встревать и знают, чем это чревато.
— И что?! Мы просто так уйдем? — зависнув передо мной с видом вселенского правосудия, уперла она руки в бока.
— И кто у нас тут порождение зла? — насмешливо шепнула я, делая незаметный жест рукой. В тот же миг из земли во дворе ругающейся семьи взвились в воздух толстые лианы. Они устремились к дерущейся паре, в считанные мгновения оплели их, связывая, а после спокойно растащили по разным углам двора думать о своем нехорошем поведении.
Тан застыла, некрасиво раззявив рот, а часть прохожих заметила внезапное затишье у скандалистов (лианы закрыли им рты) и стала стекаться поближе, чтобы все рассмотреть через приземистый заборчик. Не прошло и полминуты, как в воздухе раздалось первое "ведьма". И почудилось мне в нем некое благоговение. Ничего, через пару часов магия ослабнет, и лианы уберутся обратно в землю. Я нахмурилась, ненадолго задумавшись о том, как быстро освоилась с неведомой силой, что наградил меня этот мир, когда ко мне подбежал неизвестный молодой господин и упал в пыль на колени.
— Ведьма… — запыхавшись, пытался отдышаться он, выставив руки вперед и загораживая мне проход. Интересно. Это первый случай, когда кто-то так поступил вместо того, чтобы дать мне дорогу. Отдышавшись, он стал поспешно объясняться. — Мой отец болен! Он умирает! Умоляю, спаси его! Спаси! Пожалуйста!
— Тут вам не бытовая ссора, простыми лианами не отделаешься. — высказала очевидное магия Хаоса.
— Веди. — коротко сказала я, даже в лице не изменившись.
Молодой господин мигом просиял, и хоть его улыбка и была вымученной, но бодро поднявшись, он быстро повел меня дальше по улице. И вот что интересно — пока я шла одна, никому и в голову не приходило интересоваться моим маршрутом, а теперь многие из встречных жителей деревни зачем-то увязались идти следом за нами. Как итог: к дому господина пришла вся улица, а на устроенный шум сбегались и с соседних районов. Во двор мы забегали, словно на пожар или концерт рок-группы.
— Огогошеньки, Лин-Лин! Ты бывала на рок-концертах? — едко улыбаясь, мурлыкнула Тан.
Две. С половиной. Тысячи. Лет. Спроси, лучше — где я не бывала. Однажды интереса ради даже в жерло действующего вулкана спускалась. Но на рок-концерте было страшнее, если честно. Я потом еще два года шарахалась в стороны при звуке электромясорубки. Итак, мы прибыли.
— Он здесь, ведьма. — уводя меня в сторону от главного здания, сказал господин.
— В сарае? — немного заинтересовалась я, осматриваясь по сторонам. Ибо кроме сарая я вижу здесь только выгребную яму. Вряд ли же они отца…
— У нас дети в доме… — виновато ответил молодой господин. — Да ты и сама сейчас все поймешь.
С этими словами он открыл скрипучую дверь сарая, сложенного из досок, обмазанных глиной, и крытого соломой. Внутри дощатый пол также был устлан тонким слоем соломы, а у дальней стены стояла лежанка, к которой был привязан агонизирующий мужчина. Окна в сарае были занавешены плотной тканью, а у постели больного сидели еще двое мрачных молодых мужчин. Похоже, они братья.