Бесовское отродье (СИ)

Пока он говорил мне всё это, я судорожно соображала, что делать дальше, но, как только услышала последние слова, тут же забыла обо всём…
– Ты не боишься меня? – удивлённо спросила его.
– Нет, – покачал головой Ками.
– Почему? – продолжила расспрос я.
– А почему на тебе костюм наёмника? – в ответ спросил Ками.
Мы помолчали. Доверие в дороге нужно ещё заслужить…
– Куда мы едем? – я посмотрела на окружающий нас пейзаж, но так и не смогла понять, ни куда, ни в какую сторону двигаемся.
– На границу с севером. В Марон, – ответил Ками так, словно с самого начала вел со мной задушевную дружескую беседу.
Вообще не могу понять этого парня!
– Что тебе там нужно? – поинтересовалась я.
– А я так понимаю, нам по пути? – вновь улыбнулся Ками.
– Мне по пути со всеми, кто едет из столицы Дакии, – пробурчала я.
– Ну, это я понял, – Ками разлёгся на сене, подложив руки под голову, – Значит, я могу рассчитывать на компанию прекрасной девушки?
– Ещё раз назовёшь меня «прекрасной», и я тебе челюсть сломаю, – честно предупредила я.
– А ты что, считаешь себя уродиной? – искренне изумился Ками, приподнявшись на локтях и вперив в меня удивлённый взор.
Наверное, эта искренность меня и поразила. Ну, не могла я поверить, что человек с таким выражением лица может издеваться!
– Ты считаешь меня привлекательной? – медленно спросила я, следя за ним, словно целитель душ за своим пациентом.
– Любой мужчина в здравом уме будет считать тебя привлекательной, – ещё больше удивляясь, заявил Ками, – Всё при тебе: и лицо, и волосы, и фигура, и зад… И фигура, в общем, очень даже ничего! – поспешно поправился он, вновь почесав свой затылок.
– Тебе не кажется, что я слишком худая? – вкрадчиво поинтересовалась я.
– Да нет, – нахмурился Ками, – нормальная.
– Но ведь в Дакии мода на пышные формы… – пробормотала я, тоже нахмурившись.
– В Дакии проблема с ожирением, – кисло ответил Ками, – слишком хорошо живут наши знатные господа, вот и придумали себе моду. Пышные формы… ага! Видел я эти «пышные формы», когда промышлял в одном из богатых домов! Такую пышность на диету бы посадить, да к труду приучить, а то она ведь даже передвигается с трудом!
Я прикусила губу, вспоминая, с какой скоростью передвигаются наши знатные дамы, и вынуждена была согласиться – этот вид деятельности и впрямь даётся им с трудом. Намного больше они любят сидеть в своих мягких креслах и обмахиваться шёлковыми веерами. Выглядело это всегда очень эффектно, особенно, когда бледная кожа почти блестела в свете солнца!
– Да и эти белила их с эффектом мерцания! – продолжил Ками, не замечая того, что происходило с моим лицом, – Возил я как-то этот товар в столицу и видел, как эти пышки буквально обсыпаются им с ног до головы! Ну, конечно, когда столько прыщей от неправильного питания и подобного аморфного образа жизни. Фу-у-у, – он поморщился, – не люблю дакийскую знать!
У меня глаза сделались размером с блюдца.
Не любит дакийскую знать? Прыщи? Неправильное питание?
А мне все эти три года вдалбливали, что я уродина костлявая! А может, этот Ками – одинок в своём мнении? Хотя, мне спросить-то больше не у кого… Вот если вспомнить монастырь – там все послушницы были такими же худыми, как я! Все, кроме матери настоятельницы. Вот она имела размер схожий с размерами знатных дакийских дам…
Но всё же…
– Значит, ты не считаешь меня тощей? – я прищурила глаза.
– Ну, худовата слегка, – прикусив костяшку указательного пальца, признал Ками, – Но это скорее от твоих припадков. Все бесноватые – такие.
– «Бесноватые»? – переспросила я, полностью переключив своё внимание.
– Ну, одержимые, или как вас там? – он окинул меня заинтересованным взглядом и продолжил, – У вас же много энергии уходит на подобные приступы.
– У меня не было приступа уже года три, – холодно сказала я, – Это первый раз.
– Я в этом не разбираюсь, – отмахнулся Ками.
– А в чём разбираешься? – сквозь зубы спросила я.
– В людях, – просто ответил он.
– Да что ты, – язвительно отозвалась я.
 
– Да. Потому знаю, что ты для меня не опасна, – кивнул тот, – А раз ты говоришь, что у тебя три года не было приступов, значит, ты можешь это контролировать. А отсюда уже вывод – ты не только не опасна, но и полезна.
– А ты кто вообще? – пробормотала я, с лёгким ужасом глядя на своего неожиданного спутника.
– Твой сосед по телеге, – улыбнулся Ками, – По крайней мере, до следующего города.
Я нервно усмехнулась и прикрыла глаза, пытаясь понять, что творится с моим организмом, но стоило мне это сделать, как в памяти воскресли картины вчерашнего дня… дядя, лежащий на ковре в луже крови… мертвый купец, брат советника, с распоротым горлом… пятеро лордов Некрона, поджидавших меня в моей спальне… и снова дядя… и крик Нарины.
– Проклятье! – выругалась я, хватаясь за голову.
– Нахлынули воспоминания? – понятливо покивал Ками.
– Тебе-то откуда знать? – огрызнулась я.
– Так с вами всегда так: после затмения обязательно наступает период восстановления в памяти пропущенных эпизодов.
– Для вора и мошенника ты слишком много знаешь об этой болезни, – заметила я, подозрительно покосившись в его сторону.
– «Болезни»? – поднял брови Ками, – Ты называешь это «болезнью»?
– А как я должна это называть? – скептично поинтересовалась я.
– Ну, не знаю… – он как-то странно посмотрел на меня и замолчал, уставившись на дорогу.
– А кто нас везёт? – через пару минут тяжёлого молчания спросила я.
– Один мой старый знакомый – полуслепой и почти совсем глухой дед с приграничья, – вяло отозвался Ками, продолжая пялиться на дорогу.
Я недоверчиво склонила голову, а затем не выдержала и глянула на козлы, для чего мне пришлось перегнуться через высокий бортик телеги: там и впрямь сидел дед, да такой старый, что я испугалась – не умер ли он ещё день назад, да так и застыл с тех пор в своей позе?..
– А он точно не умер? – всё же спросила я у Ками.
– Дед-то? Нет, – Ками покачал головой и улыбнулся, – Он ещё нас переживёт.
Я ещё более недоверчиво посмотрела на нашего извозчика и вернулась обратно на сено.
– Когда ближайшая остановка? – спросила у своего спутника, который теперь разглядывал меня с неприкрытым любопытством, – Ты чего?
– Да как-то муки совести тебя не грызут, значит, никого не убила вчера. Или привыкла убивать, – предположил тот, расположившись напротив меня.
– Я не хочу об этом говорить, – нахмурилась я, затем всё-таки ответила, – и ты не прав, я никогда не могла вспомнить того, что происходило со мной в момент полного затмения. Так что понятия не имею, убила я кого-то или нет.
– Ясно, – просто ответил Ками.
Я усмехнулась, внимательно следя за ним.
– Значит, тебе ясно? – уточнила на всякий случай.
Ками подобрался и вперил в меня сосредоточенный взгляд.
– Ты чего задумала? – осторожно поинтересовался он.
Вот только в голосе его я не услышала и доли испуга.
– Знаешь о бесноватых, не пугаешься, выводишь на откровения, расспрашиваешь о том, куда направляюсь, – я замолчала, растягивая рот в улыбке, – ты что, думаешь, я дура?
– Вот сейчас я реально так думаю, – тяжело вздохнул Ками.
А затем мы одновременно прыгнули друг на друга!
Вот только неожиданным стало то, что спиной в сено была уложена я, а вот Ками, как ни в чём не бывало, восседал сверху меня и жевал травинку.
Травинка-то откуда взялась?!
– Ты кто вообще? – удивлённо выдохнула я.
– Я же сказал – твой сосед по телеге, – ответил тот и улыбнулся. Но на этот раз без азарта – чисто для галочки.
– Откуда у тебя такая сила? – ещё больше удивилась я.
 
– А у тебя? – вернул вопрос Ками.
– Ха! – «хакнула» я и изумлённо уставилась на него, – И ты утверждаешь, что я тебя вчера вырубила?!
– Ты была не в себе, я не ожидал нападения – всякое случается, – пожал плечами Ками, а затем улыбнулся вполне искренно, – А ты хороша!