Бесовское отродье (СИ)

Я скривила губы и беззвучно запрыгнула на ближайшее дерево.
Темноволосый боевик помолчал с пару секунд, а потом кивнул.
И на том спасибо.
Я осторожно перепрыгнула на дальнюю ветку, затем – на другое дерево, затем на следующее, и замерла, как только увидела под собой несколько тел, явно не принадлежащих к отряду боевиков. Это были дакийские воины. Если быть точной – мертвые дакийские воины. А если ещё точнее – мертвые дакийские воины, одержимые спятившими духами.
По крайней мере, только одержимостью можно было оправдать то, что творилось сейчас перед моими глазами…
Четверо дакийцев в окровавленной форме отряда разведчиков, со смертельными ранами на телах, разрывали на части одного из своих – но только живого и явно не одержимого…
Что за бесовщина здесь происходит?
Я осторожно перепрыгнула на другое дерево и присмотрелась: парня было уже не спасти, из конечностей у него остались только ноги и голова, но и те в данный момент отрывались мёртвыми членами его отряда. Я сперва не поняла, почему он не кричит, а затем увидела остекленевшие от ужаса глаза и догадалась – у разведчика явно был шок. Он не ожидал, что его мёртвые собратья нападут на него…
А это означало лишь одно – отряд дакийцев, пересекший границу ночью, был не единственным. Следом за ним в долину духов пришёл второй отряд, и, по ходу дела, был уничтожен предыдущим. Или находился в процессе уничтожения…
Плохо.
Неизвестно, сколько ещё дакийских воинов ждёт на границе земель. И скольких бесноватых нам придётся упокоить…
Я бесшумно вернулась обратно и доложила всё, что увидела, нашему командиру.
– Ясно, – вновь сжав челюсть, кивнул Гой, – Идём вместе, уничтожаем всё, что движется.
– Но, если там будут живые дакийцы… – начала, было, Айя.
– То их убьют, – отрезал темноволосый, – И либо это будем мы, либо их же собратья, одержимые бесами. В ином случае это будет палач на службе у Совета Северных Земель. Все они слишком много видели, так что жить дальше им просто не позволят.
Я кивнула, принимая логику нашего командира. Айя же бросила на меня быстрый взгляд, но смолчала. Было видно, что убивать живых и не одержимых – не входило в её планы… но спорить она не стала. И правильно сделала, потому как обстановка в нашем отряде была и без того далека от дружелюбной – а усложнять всё несогласием с решением командира было весьма чревато, особенно, когда ты знаешь, что один из боевиков прикрывает твою спину.
Неожиданно чувство опасности накатило на меня с новой силой, и единственное, что я успела – это отпрыгнуть назад.
А из кустов появились та самая четверка дакийских разведчиков, лица которых были настолько искажены дикостью и невменяемостью, что я едва смогла опознать в них бывших людей...
Бесноватые. Я впервые видела их так близко. И, признаться честно, не видела б и впредь.
Боевики тут же кинулись в атаку, а Айя, переместившись в наш тыл, начала спешно проверять тела на возможность спасения. Короткое покачивание головы через пару секунд пояснило мне – спасать было некого. Все четверо и впрямь были мертвы.
Что ж, мне пояснений не требовалось, – я и без того чувствовала, что в них не было жизни. Пусть мой слух заметно ухудшился после разрыва связи с Атамэ, зато обострилось чутьё на внутренние потоки энергии.
А эти четверо были настолько искалечены бесами, завладевшими их телами, что, даже не будь на их телах смертельных ран, они умерли бы от тотального искажения их энергетического контура.
– Айя, сколько времени должно пройти, прежде чем бес убьёт своего носителя? – напряжённо спросила я.
– Несколько часов. Бывает – половина дня, не больше, – также напряжённо ответила шаманка.
– А сколько он сможет проходить в мёртвом теле?
– Трое суток, – процедила блондинка, – затем оболочка становится непригодной, и бес перескакивает в новый сосуд. Но существовать в мёртвом теле он может только в пределах Долины Духов.
– Это не может не радовать, но… – многозначительно протянула я.
– Да, у нас проблема, – сжав губы в тонкую нить, сказала шаманка.
 
Даже нескольких часов хватит, чтобы добраться до ближайшей деревни в ещё живом носителе. А это грозит эпидемией на границе с Дакией.
– Почему об этом никто не позаботился раньше? – сердито спросила я.
– Раньше нашу границу не пересекали отряды дакийских воинов, – парировала Айя, – Было однажды, двадцать лет назад; но в тот раз дакийцами был выбран иной путь.
– Какой? – осторожно спросила я.
Я знала, что сейчас шаманка рассказывала о том нападении, в ходе которого были убиты её родители.
– Не имеет значения, – сплюнула Айя, – Сейчас там дремучий лес.
Я кивнула, больше не говоря ни слова, и устремила взор туда, где трое боевиков разбирались с тремя одержимыми… стоп. С тремя?
– Айя… – настороженно сказала я…
В следующее мгновение шаманка испуганно вскрикнула, отбившись от нападения дакийца лишь благодаря отработанным с Тэнгу навыкам. Затем она со всей дури шандарахнула его каким-то замысловатым заклятием на основе духа ветра, и одержимого отшвырнуло вглубь леса.
– Зачем ты это сделала? – выругалась я и тут же сорвалась с места.
Нет, конечно, я понимала Айю. Будь у меня в арсенале нечто подобное, я б тоже, не задумываясь, откинула эту нечисть подальше от себя, но в том-то и дело, что нашей задачей было – уничтожить, а не отогнать, добавляя тем самым забот другой группе боевиков.
В несколько прыжков я догнала беса и сбила его ударом ноги, а затем дотронулась до камня на браслете и позвала Ато. Теперь-то мне было понятно, почему все члены отряда боевиков так скривились, когда я впервые вобрала в себя силу беса… Да ещё и поглаживала живот, на манер беременной мамаши… Одним словом – дура.
Сила мгновенно заполнила всю меня до основания, а желание уничтожать прочно засело в голове.
Дакийский разведчик не стал дожидаться, когда я свыкнусь со своим новым обитателем, а я не стала обдумывать те действия, что воспроизводило моё тело, в тот момент, когда он на меня прыгнул…
Когда все четверо боевиков добежали до меня, я, смачно ругаясь, вытирала руки о листья лопуха. Голова дакийского разведчика валялась в одной стороне, а тело – в другой.
– Жуть какая, – поморщилась Айя, и я впервые была с ней солидарна.
Это действительно жуть, потому я и убрала беса обратно в камень, сразу после того, как поняла, что сделала.
– Идём дальше, – скомандовал Гой, стараясь не смотреть на меня.
Шаманка достала из-за пазухи флягу с водой и без лишних слов открутила крышку. Когда кровь с моих рук была смыта, она впервые за несколько минут молчания произнесла:
– Больше так не делай.
Я кивнула и спешно нагнала свой отряд. Желания повторять – и у самой не наблюдалось…
Следующие несколько часов мы провели в поиске других бесноватых, но так никого и не нашли, а когда день начал клониться к вечеру, Гой объявил о возвращении. Не сказать, что я была не рада… Просто думать о том, что скажет Тэнгу, и как он загоняет нас за то, что мы не предупредили его о своём отсутствии…
Кажется, Айя думала примерно о том же.
Как ни печально, все наши думы были обоснованы, стоило выйти из леса. Тэнгу взял нас за шкирку, закинул себе на плечи и унёс на тренировочную площадку.
До дома добирались почти ползком… а о том, чтобы раздеться перед сном – и речи не было; я залезла в кровать, в чём была, и заснула поверх одеяла. Что-то мне подсказывало, что следующий день будет не лучше…
Утро встретило меня лучиком солнца, светившим прямо в лицо, и я решила принять это за добрый знак. Приведя себя в порядок, я наскоро перекусила и вышла из дому, не без опаски косясь на порог. Как ни странно, черного камня там не было… И я решила и это принять за добрый знак!
 
А потом вспомнила, что каменюка до сих пор лежала в складке моего платья и горько вздохнула.
Может, и лучик солнца имел какое-то дурное предзнаменование?..