Наемник переродился на планете женщин! Или кратко: Хамелеон. Том 2 (СИ)

«Да что с ней? Такая игривая, с чего бы…» — Димон кашлянул в кулак и ответил:
— Ладно. Убедила, — он был даже не против, пусть девчонка развлекается на задании, он её, если что, прикроет.
— Ты сегодня прям паинька, — хмыкнула Алиса и поднялась с дивана, направившись к нему.
Димон сглотнул: «Нет, с ней точно что-то не то…»
Блондинка сделала пару шагов и внезапно вытащила из пространственного кармана то, от чего у Димки чуть не отвисла челюха.
— Это тебе. Не знала, какие ты любишь, поэтому взяла их, — протянула она букет красных роз, отведя смущённый взгляд. Щёки заалели, даже дыхание затаила — переживала.
Глоть.
Кадык Димона совершил поступательное движение. Ёбушки, что он сказать-то должен? Никогда не бывал в такой ситуации. В его мире подобное могло бы сойти за оскорбление, если бы кто-то вручил ему цветы. Но здесь… здесь всё иначе.
— Какие… какие красивые, — пробормотал он, понимая, что для ЭТОГО мира ВОТ ЭТО НОРМАЛЬНО!
— Тебе, правда, понравились⁈ — захлопала радостно глазами Алиса. Кажется её плечи расслабились.
— Угу.
Что теперь? Точно! Он должен поблагодарить её!
И юноша поцеловал наёмницу в щёку. Алиса была довольна.
— Пьём кофе и выезжаем, — произнёс Димка. — Блин, куда их поставить? Вазы у меня нет. О, придумал! — он налил в кастрюлю воды и поставил в неё цветы.
— Тебе они идут, — залипательно наблюдала за ним блондинка.
— Ам… окей, спасибо, — он хотел провалиться со стыда под землю. Просто безумие…
* * *
В забытой временем прачечной, где пыль властвовала буквально в каждой щели, покрывая всё толстым слоем, между старых громоздких стиральных машин, проходила деловая сделка.
Прямо в центре постирочной стояла Седовласая — настоящее воплощение власти и неприступности. Её седые волосы уложены с безупречной аккуратностью, а строгий белый костюм подчёркивал последние отголоски когда-то мощной фигуры. Холодные глаза старухи ещё могли сканировать пространство с расчётом шахматиста, готового к каждому ходу, только вот тело вряд ли уже было готово среагировать.
Позади неё, словно две статуи, стояли мощная, как гора, Гробовщица в кожаной чёрной куртке и синих джинсах, а рядом худющая гангстерша в белом спортивном костюме, одна из самых доверенных людей Седовласой — Газуля. Она не была мощной как Эрика, но была вынослива и всегда могла подсказать боссу, правы ли собеседники в дискуссии или стоит их прихлопнуть. Сейчас она жевала жвачку, а Эрика просто стояла молча. Одно её молчаливое присутствие излучало угрозу. И не просто так.
Напротив них, в полумраке прачечной, стояли трое печально знаменитых мутанток. Кобра, Волна Шока и Лисица. Кобра была прекрасна. Фигура, напоминающая живое воплощение опасности и красоты. Высокая, грациозная. Кожаный костюм тёмно-зелёного цвета плотно облегал её тело, подчёркивая каждый изгиб. На её спине закреплены два изогнутых меча, похожих на клыки змеи. Лицо злодейки было частично скрыто маской, но открытыми оставались ярко-накрашенные красной помадой губы и глаза насыщенного жёлтого цвета. На её длинных ногах красовались тёмно-зелёные ботинки на платформе, которые удлиняли и так высокую фигуру.
Рядом с ней находилась Волна Шока — сорока пятилетняя женщина среднего роста с короткой стрижкой чёрных волос. На ней был ультрамариновый наряд, больше похожий на боевой костюм с технологическими улучшениями, готовыми в любой момент взорваться энергоимпульсами.
Чуть впереди от Кобры и Волны Шока стояла высокая рыжая женщина, одетая в сиреневую нано-броню, идеально облегающую её мощную фигуру. На предплечье блестел новомодный технологический браслет. Виктория Сайленс, известная миру как Лисица. Среди этой троицы она была лидером и вела сейчас разговор с Седовласой.
Тема обсуждения касалась поимки мутантки Охотницы, что последнее время терроризирует старуху, зачищая её убежища одно за другим. Силин Баретти, а именно так звали Седовласую, назначила цену — шесть миллионов долларов. Виктория лишь усмехнулась в ответ, явно недовольная предложением.
 
— Ты позвала нас ради такой мелочи? Где твоё уважение, Седовласая? — с насмешкой проговорила рыжая.
— Ты бы захлопнулась, Лиса. Тебе бабло предлагают, да немалое. Думаешь, не слышали, как ты шараёбишься на подработках? — шмыгнула носом Газуля.
— И? На них мне платят куда более прилично, чем престарелая миллиардерша, — не сдавала заднюю Виктория.
Атмосфера в прачечной стала ещё более тяжёлой. Гробовщица сделала шаг вперёд, и взгляды всех присутствующих сосредоточились на ней. Напряжение в воздухе было ощутимым, но никто не дрейфил. Однако, Силин Баретти подняла морщинистую тощую руку, сигнализируя громиле остаться на месте.
— Спокойно, Эрика, — прохрипела та и посмотрела в глаза Виктории. — Шесть миллионов каждой. Если вы приведёте её живой, я добавлю ещё по два, дорогуша.
Слова старухи, наконец, распалили интерес в глазах Лисицы, да и остальных мутанток.
Виктория, с иронией в голосе, усмехнулась:
— Вот это уже другой разговор, госпожа Баретти, — её губы согнулись в улыбке и она кивнула с благодарностью. Торг удался.
Кобра решила уточнить:
— Что если я немного порежу Охотнице шкуру, никаких проблем?
Волна Шока с ноткой издёвки в голосе ответила:
— Тебе же сказали, главное, чтобы живая была. А в каком состоянии — плевать, так ведь? — и взглянула на Седовласую, ища подтверждения.
Старуха, сохраняя невозмутимость, подтвердила:
— Именно. — затем положила руку на плечо Эрики, добавляя: — С вами будет Гробовщица, как запасной план.
Кобра недовольно цокнула языком и закатила глаза, высказывая раздражение:
— Какое недоверие к нашим талантам… даже обидно, госпожа Баретти.
Виктория же, как неоспоримый лидер группы, хмыкнула:
— Мы не против её присутствия. Но не мешайся под ногами, Гробовщица. — её взгляд, полный вызова, устремился на Эрику.
Та, не уступая в надменности, приподняла голову и, задрав нос, угрожающе пробасила:
— Нарываешься, Лисица?
— И не думала. Всего лишь обозначаю границы нашего сотрудничества, — Рыжая подмигнула в ответ, с явной издёвкой.
Седовласая, наблюдая за их пререканиями, неожиданно улыбнулась. При том улыбка это была отнюдь не весёлой, а полной печали: «Как же летит это чёртово время… Это неумолимое время. Раньше все боялись меня, я наводила ужас на любого в Нью-Йорке, а теперь… амбициозные молодые боссы, отбитая на голову Охотница, решившая убить меня в одиночку, да та же Эрика тихо точит зубы, намереваясь скинуть меня в удобный ей момент… мне нужно время расправиться со всеми… Но где же его найти…?»
Если бы Силин была моложе хотя бы на тридцать лет… жаль, что таких таблеток не существует.
Она произнесла сухим хриплым голосом без спешки:
— Мне нравится ваш настрой, дамы, а теперь к плану…
* * *
— Снеж, ты уверена? — спросила первый заместитель Охотницы — Ольга Баринова. Крепкая женщина тридцати четырёх лет. Русые длинные волосы, подтянутая фигура, тонкие привлекательные черты лица. Ростом сто восемьдесят, весом семьдесят пять килограммов. Настоящая русская красавица-спортсменка. — Задание сложное, можем не вернуться. Не лучше ли ему всё рассказать?
— Уверена. Через сутки, наконец, всё закончится, — холодно ответила Кравцова. — Дима не должен знать, так будет безопасней для него же. Осталась последняя база Седовласой. Завтра ночью разберёмся с ней, как и всегда: без сучка и задоринки, — обратилась она к своим подчинённым, стоявшим с ней в оружейной комнате после очередной тренировки. — Вы на подстраховке. А я проникну внутрь и ликвидирую всех. После останется только бизнес-центр и недвижка Баретти за рубежом. Так что, если она провалит из Нью-Йорка за бугор, я смогу немного выдохнуть. А пока придётся поработать.
— Мы свою задачу выполним, — ответила всё та же Ольга. — Ты только сама слишком не рискуй. Почувствуешь опасность и уходи. Если что-то пойдёт не по плану — сразу дай знать. Мы мигом ворвёмся внутрь, часть группы продолжит действовать по плану.