Шизанутый (СИ)
— Ну так…
— Ах, да. Это у нас основная валюта. Сначала, говорят, люди пытались использовать старые деньги и драгоценные металлы. Но они оказались никому не нужны, а вот коины. Их можно без ограничений хранить в инвентаре, они занимают только одну ячейку и не имеют веса. К тому же они есть у всех людей. Ну тех, кто убивает монстров.
— А есть такие, кто не убивают? — приподнял я бровь.
— Ну… Да, конечно. Даже в моем поселении есть старик Игнат и доктор Фёдор, они уже давно не ходят на охоту. Говорят ещё, что в священных сферах можно обменять коины на хорошие вещи. На оружие, лучшее чем крафтовое…
— Погоди, священные сферы? — снова перебил я Милу.
— Ну да, люди их так называют, ходят молиться в эти места богу системы.
— Чем больше ты рассказываешь, тем больше у меня вопросов…
— Это нормально. Ты, считай, недавно родился. В общем, в этих священных местах можно обменивать коины.
— А где эти места?
— Да возле каждого города практически. Возле Звенигорода даже такой есть.
— Интересно. Нужно будет заглянуть туда.
— Не выйдет. Туда могут войти только те, кто десятый уровень получил.
— Ну ничего, скоро получу, не такая уж и проблема, — пожал я плечами. — Я за день два уровня поднял. Думаю, за пару недель будет десятый.
— Всё не так просто, — грустно вздохнула девушка. — На каждый новый уровень нужно в два раза больше опыта. Но это не самое сложное. Большинство людей застревают на девятом, четырнадцатом, девятнадцатом, двадцать четвёртом и так далее. Чтоб получить десятый, нужно использовать специальный артефакт развития. Он очень дорого стоит и его можно получить только с монстров из эпицентров. А эти монстры очень сильные. Даже большие рейды по несколько десятков человек, бывало, не возвращались оттуда.
— Хмм… — многозначительно протянул я.
Выходит, людям здесь не так уж сладко живётся, как я думал. Система не только одарять плюшками может, но и палки в шкалу опыта вставлять. Интересненько… Хотя, в принципе, достаточно логично. Иначе все бы тут сотыми ходили.
— Получается, немногие прокачались выше десятого?
— Ну, в нашем поселении только доктор Фёдор… Да и то, ему, благодаря классу лекаря, удалось в молодости заработать денег на артефакт развития.
Всё же я был прав. Этот класс монетизировали…
— Но у тебя должно получиться, ты же Древний, — с придыханием продолжила девушка.
— Я бы сказал — дремучий… Отведёшь меня в ваше поселение? Я бы хотел пообщаться с другими людьми, да и посмотреть, как вы живёте.
— Ну… — вдруг засомневалась Мила. — Хотя ты Древний. Тебя в любом случае примут с уважением, но тебе нельзя говорить об этом. Чем позже узнают о тебе и бункере, тем лучше. У нас сейчас тяжелые времена.
— Чего так?
— Да банда Красного Барона нас уже замучила. Но нет, я не должна тебе рассказывать, это очень опасно.
— Почему⁈ — ещё больше заинтересовался я.
— Если он узнает о тебе, а ещё хуже об этом месте… точно придет сюда. Он станет ещё сильнее, а тебя либо убьёт, либо в рабство заберёт.
— Но вроде ты говорила, что Древних уважают…
— Уважают, — кивнула девушка, — только сейчас они все под защитой своих сюзеренов. Таких, как ты, нет. И никто не откажется заполучить себе Древнего.
— Так… печально, — проворчал я. Банда. Кто бы сомневался. — Об этом подробнее можешь рассказать? У вас и рабство в ходу?
— Ну конечно, — недоуменно посмотрела на меня Мила, — а у вас разве не так было? Ой забыла, — сразу поправилась она, — я же читала. Там все по-другому, не то что у нас… У нас, кто сильней тот и управляет другими. Кому повезло, подчиняются благородным людям, вроде моего отца. А кому не очень…
— Подожди, — перебил я ее, — а отец у нас кто?
— Князь Игорь II, правитель Звенигорода!
Ого… я слегка подвис. Так я принцессу спас.
— Круто, че! — сразу нарисовался голос. — Давай, проси полцарства в придачу. Коня и жену нам не нужно. Рано пока. Не нагулялись мы с тобой еще. Но я забыл тебя похвалить. В душевой, да и после было очень душевно. Продолжай в том же духе.
Имба в своем репертуаре. Тем временем девушка продолжила свой рассказ.
— В общем, этот Барон собрал вокруг себя таких же отбитых, как и он сам, головорезов и нападает на слабые деревушки, вроде нашей, собирая дань. Если за десять дней у нас не получается накопить и отдать ему тысячу коинов, то он забирает кого-то из девушек.
— И многих он уже забрал?
Я начинал злиться. У меня всегда было повышенное чувство справедливости, в отличие от моей второй личности — меркантильного и эгоистичного подонка.
— Ты что это задумал? — подозрительно поинтересовался голос.
— Помолчи, а? — строго приказал я и тот смолк.
— Я и так тебе уже многое рассказала. Давай сменим тему, — робко предложила она.
— Ну уж нет. Раз начала — рассказывай всё, иначе я у кого-нибудь другого о нём узнаю.
— Нет! Не вздумай. Блин, зачем я вообще заговорила о нём. Ладно, только пообещай, что не будешь с ним связываться, — потребовала она, взволнованно глядя на меня.
— Обещать не могу, но гарантирую, что буду осторожен.
Девушка тяжело вздохнула, глядя на меня как на обречённого.
— Ладно, всё равно узнаешь… Раньше нас было пятьдесят два человека. Мы жили мирно, мужчины добывали еду и прокачивались, а мы, девушки и женщины, крафтили для них оружие, стрелы, снаряжение, готовили еду и следили за поселением, когда их не было. Во время одной из вылазок они просто не вернулись, а вместо них в селение приехал Красный Барон. Никто помешать ему не мог. Остались-то подростки да старики, — она помрачнела. — Убил нескольких, что защищали своих детей и пытались дать ему отпор. Остальные просто испугались и не могли ничего ему сделать.
— Сколько у него людей?
— Ну, в первый раз их было человек тридцать. Но сейчас приезжает около десяти, даже меньше. Мы уже смирились со своей судьбой и не сопротивляемся. А если попробуем, он снова половину убьёт, или, что ещё хуже, заберёт в своё рабство или гарем.
— Вот ублюдок… А что твой отец? Он же князь, вроде бы? — поинтересовался я. — Он, что, помочь дочери не может?
— У отца хватает других проблем. У него война с Князем Олегом из Кубинки, к тому же у нас с ним не самые лучшие отношения. Он не поможет.
— Как так? — опешил я.
— Я… — смущенно ответила Мила, — была, можно сказать, не совсем обычной девушкой. А он достал меня своей гиперопекой и дурацкими правилами. Мила, ты же леди, ты не должна ходить на охоту! Мила, тебе нужно выйти замуж… Мила то, Мила сё… Да и у него еще две дочери есть. От других жен, — она презрительно фыркнула.
— А дальше.
— Дальше, — как-то печально продолжила она, — повздорили мы с ним, когда он мне жениха присмотрел. Сын правителя из Исты. Урод уродом… Слово-за-слово, — она вздохнула, — в общем, отправил он меня в деревню Скоротово. Сказал, раз ты такая упертая, то вот защищай ее. Справишься, то наследницей тебя сделаю. Не справишься — у меня еще дочери есть. Типа сама виновата.
Надо же. Суровый папаша. Да и чую, эта Мила еще та оторва. Но такое дочери сказать? Хотя, как там говорили: «О времена, о нравы». Чет я Цицерона вспомнил…
— Ну вот, так что к отцу обращаться бесполезно, — подытожила девчонка, — но с Бароном я сама разберусь. Мы копим силы. Я оружие сейчас собираю и деньги коплю на наемников…
— Вот ублюдок. Нет, его точно нужно остановить. — вырвалось у меня.
— Не нужно. — поспешно произнесла она, — Сейчас все пока успокоилось. Уже больше года он никого не убивал и не забирал. Налог мы платим, даже откладываем… годик-другой, и мы разберемся с этой сволочью.
— Правильно она говорит, не нужно тебе в это дерьмо лезть, — посоветовал проснувшийся в голове голос.
— Сам решу, куда мне лезть, а куда не надо, — ответил я по привычке вслух. — Шизофреника не спросил!
— От шизофреника слышу! — обиженно огрызнулся Имба. Странно. Вроде раньше не огрызался.
— Что, прости? — уточнила Мила, непонимающе посмотрев на меня.