Ворота в тысячи миров (СИ)

 Глава 7 
Иванка в чёрном кружевном белье наклоняется ко мне, алые губы все ближе, шикарные волосы уже щекочут мне грудь и плечи, чёрные, как смоль глаза не отпускают мой взгляд. И я проснулся. Чёрт, на самом интересном, только собирался за задницу её ухватить. Ладно, надо собираться и идти в больницу, долечить Тоби и ... . В жопу Тоби, главное – увидеться с Иванкой.
  
Вахтер, когда я вошел, даже кивнул мне. Надо же, прогресс. Тобиас моему приходу обрадовался. Он лежал с загипсованной рукой в двухместной палате вместе с ещё одним пациентом – здоровяком в армейской одежде. У военного была забинтована рука, да и сам он весь был в каких-то мелких гноящихся ранках.
– Питер, дружище, как я рад тебя видеть. Мне уже не терпится снять этот гипс. Доставай уже свои зелья. – Меня опять скривило. Не пойму, это я ненормальный со своей скрытностью и молчаливостью, или Тоби со своим длинным языком и непосредственностью.
– Малой, да ты не куксись. Серж нормальный парень, и он тоже из ваших. – Посмотрел на военного. Ага, один ноль в пользу моей нормальности. Тобиас между тем продолжал. – Ты прикинь, он в Африке с двумя альфа-тестерами сцепился, теперь вот лечится.
– Давай дождемся лечащего врача, потом будем зелья пить.
– Да-да, врача. Та ещё ... заноза. – Немец поскучнел, но не надолго. – О, расскажи лучше про свой опыт с зомби.
– Да какой опыт. Поднял разок десяток поросят, а они меня чуть не съели. – Я поздно понял, что меня тупо развели на откровенность, но поезд ушёл. Военный после моих слов напрягся, подобрался, от него так и повеяло еле сдерживаемой яростью и желанием убивать. Обманчиво тихо он спросил:
– И что ты делаешь с зомби?
– Были туши свиней, решил – чего добру пропадать. Оживил, потом сжёг, чтобы они случайно кого не убили. Некромантия явно не моё.– Градус напряжения упал, но не сильно.
– Так ты пиромант? – Похоже, этот вояка с тараканами в голове.
– Да нет, я больше по бафам разным, а сжег бытовым, вместе со свинарником. Как его, ммм, "Зажигалка следопытов Талмара" – очень рекомендую, горит полчаса на любой поверхности.
– Да?
– Да. А что за реакция такая?
Серж выдохнул, отвернулся к стене. Я думал уже не ответит, когда прозвучало.
– Некромант с пиромантом в Африке почти весь мой взвод положили. – Теперь более-менее всё понятно. Интересно, знал ли об этом Тобиас, когда спрашивал меня про зомби.
Дальше разговор не задался. Но вскоре пришла Иванка и мне стало не до вояки с его тараканами и не до мудака Тобиаса с его провокационными вопросами. Хотя и начали мы с Сержа.
В процедурной ему сначала почистили раны от гноя, особенно долго возились с большой на правой стороне груди, потом использовали какое-то магическое очищение. И уже затем использовали лечебное зелье. С обожённой рукой и со всеми мелкими оно справилось на ура, а вот основное место поражения, по видимому каким-то некрозаклинанием, так до конца и не зажило.
Тобиаса мучали поменьше. Отконвоировали в рентген кабинет и, после приёма системного лекарства, делали снимок каждые две минуты. На третьем стало понятно, что кость полностью срослась.
Следующим был старичёк со сломанной ногой, важная шишка, судя по поведению Иванки. Этому сделали только один снимок, через десять минут. И сразу повезли снимать гипс. По болгарски я понимал с третьего на десятое, но вроде он на радостях пообещал помощь в каком-то вопросе.
На конец остался известный футболист с разрывом связок. Процедура повторилась: зелье, потом снимок.
Я всё время просто простоял рядом в белом халате, медицинской маске и шапочке, в нужный момент делая вид, что достаю лекарство из специального кейса. Так и не понял, зачем я должен был присутствовать при каждом приёме зелья?
Мы сидели в кабинете, Иванка что-то рассказывала про особенности применения обычных лечебных зелий, а я пил чай и любовался идеальным овалом лица, тонкими губами, аккуратным носиком. Даже не сразу заметил, что уже пару минут в кабинете стоит тишина.
– Так и будешь смотреть? Или что-нибудь скажешь?
– А пошли на гору поднимемся. На Витоша.
– Могло быть и хуже. Хорошо. На выходных съездим.
Вышел окрылённым, полным надежд.
Тобиас ждал меня на выходе и немедленно предложил пойти отметить великое выпрямление, как он окрестил окончание лечения своей руки. Пить пиво и есть мясо. Его желание мне было понятно, но бухать я не пошёл. И обида за подставу с военным была еще свежа, да и в целом не хотелось.
***
– Сегодня, в три часа пополудни, было совершено нападение на президента Америки. По дороге в загородную резиденцию кортеж был атакован ... гхм ... летающим человеком с ангельскими крыльями. Он ... гхм ... применил сверхчеловеческие способности и скинул одну из машин с моста. Президент в это время находился в другом автомобиле. В наши руки попала видеозапись с камер наблюдения. Давайте посмотрим.
***
Почти на самую вершину доехали на машине. В другое время я бы расстроился. Ведь долгий, изнурительный подъём к цели важен не меньше, чем нахождение на вершине. Но на этот день у меня были другие цели, и перед глазами стояли другие вершины. Вид со смотровой площадки открывался захватывающий – весь многотысячный город был перед глазами. Можно было рассмотреть и большие парки, и многочисленный церкви, и аккуратные улочки.
Я достал скейт и, красуясь, пролетел парочку кругов над самой вершиной, над смотрящими на меня Тобиасом с Иванкой. Да, немец, несмотря на всевозможные намёки, упал нам на хвост. Надо научиться посылать людей не только когда я злой. Интересно, у системы есть такой навык?
– Питер, это артефакт? Дай мне попробовать. – У Тобиаса загорелись глаза и, кажется, затряслись руки. Вот адреналиновый наркоман.
– Извини, не получиться. Тут часть управления через интерфейс. – Я резко снизился, почти спикировал, и эффектно затормозил перед Иванкой. – Красавица, заскакивай, прокачу.
– Мы не разобьёмся?
– Нет, тут встроенная защита, можно с десяти метров упасть и ничего не будет.
Иванка стала за мной и крепко прижалась, обхватив руками. Я же для начала поднялся повыше, резко спустился, как на американских горках. Дальше, выбирая как можно более трудную дорогу, с максимальным количеством виражей и поворотов, на минимальной высоте полетел в сторону горнолыжного спуска. В спину только и раздалось от оставшегося немца:
– Так и знайте, я вас ненавижу.
В середине лета горнолыжная трасса пустовала. Изредка проезжал подъёмник, с редкими туристами, кто-то из персонал сидел на станции. На спуске мы оказались в одиночестве.
– Хочешь попробовать? Это не сложно, чем-то на сноуборд похоже.
– Не знаю, я лыжница. – Иванка сомневалась.
– На лыжи даже больше. Я подстрахую.
Мы поменялись местами, теперь Иванка стояла спереди, а я сзади. Длины моих рук хватило, чтобы тоже ухватиться за руль. Сначала не быстро и аккуратно мы змейкой полетели вниз. Освоившись, добавили скорости и болгарская красавица рефлекторно стала использовать свои лыжные навыки раз за разом приседая на виражах. И заставляя меня раз за разом повторять её движение.
Иванка в чёрном кружевном белье наклоняется ко мне, алые губы все ближе, шикарные волосы уже щекочут мне грудь и плечи, чёрные, как смоль глаза не отпускают мой взгляд. Мы сливаемся в долгом страстном поцелуе, мои руки обнимают её, ищут и находят застёжку. Мгновение и лифчик летит долой, а я любуюсь двумя идеальной формы болгарскими вершинами... И это мне не приснилось. После скоростного спуска мы поднялись на гору на подъёмнике и сняли номер в гостинице. А сейчас сидим на открытой террасе с ошеломительным видом в дорогущем местном ресторане. Я заказал пилешка супа и гювеч. Иванка, со словами, что сегодня сожгла достаточно калорий, взяла себе пасту и теперь рассуждала над перспективами использования системной медицины в лечении врождённых болезней. Идеальный день, идеальный вечер и впереди ещё идеальная ночь.