Шеф с системой. Рецепт победы (СИ)

— Что ты хочешь? — наконец спросил он.
— Поговорить. Как разумные люди. — Ярослав указал на вход в главный зал. — Пройдемте. Там нам никто не помешает.
Богдан колебался. Войти в свою собственную крепость как проситель было унизительно, но выбора у него не было.
— Хорошо, — процедил он сквозь зубы.
Мы прошли в главный зал — тот самый, где когда-то Богдан пировал с друзьями и принимал послов. Теперь за длинным столом сидел Ярослав, а по бокам от него расположились мы с Бориславом.
  
Богдан сел напротив, и я увидел, как ему тяжело дается каждое движение. Он был сломлен, но еще не сдался окончательно.
— Говори, — сказал он. — Каковы твои условия?
— Мои условия просты, — начал Ярослав. — Ты немедленно отзываешь всех своих воинов с наших земель. Прекращаешь набеги, грабежи, убийства. Подписываешь договор о вечном мире между нашими родами.
— И все? — недоверчиво переспросил Богдан.
— Не все. Ты возмещаешь ущерб, нанесенный нашим селам. Золотом, зерном, скотом. Сумма будет немалая.
Богдан стиснул зубы:
— Сколько?
Ярослав назвал цифру. Богдан побледнел — сумма была действительно огромной.
— Это разорит мой род, — сказал он.
— Не разорит, но заставит несколько лет жить скромнее, — равнодушно ответил Ярослав. — Третье условие — информация.
— Какая информация?
— О твоем союзе с Морозовыми. О их планах. И главное — о том, кто в крепости моего отца передает вам сведения.
Богдан дернулся, словно его ударили:
— Откуда ты знаешь?..
— Знаю. И ты расскажешь мне все, что знаешь сам.
Долгое молчание. Богдан смотрел в стол, борясь с собой. Наконец поднял голову:
— А если я откажусь?
— Тогда твоя семья отправится в дальние земли. Навсегда. А ты можешь попытаться взять эту крепость штурмом. Посмотрим, хватит ли у тебя людей.
— Ты… ты чудовище, — прошептал Богдан.
— Я княжич, которого осадили враги, — спокойно ответил Ярослав. — И я делаю все, чтобы защитить свою семью. Точно так же, как сейчас ты пытаешься защитить свою.
Еще одна долгая пауза. Потом Богдан медленно кивнул:
— Хорошо. Я согласен на твои условия.
— На все? — уточнил Ярослав.
— Да. Я отзову людей. Заплачу контрибуцию. Расскажу, что знаю.
— Тогда начинай, — сказал Ярослав. — С информации.
Богдан вздохнул:
— У Глеба есть человек в крепости твоего отца. Высокопоставленный. Кто именно — не знаю. Глеб держал это в тайне даже от союзников. Знаю только, что сведения приходили регулярно и были очень точными.
— Что еще?
— Планировался удар на следующей неделе. Одновременный штурм с трех сторон. Морозовы должны были атаковать главные ворота, мы — северную стену. А третий отряд…
Богдан замолчал.
— Что третий отряд?
— Должен был ударить изнутри. Кто-то из ваших людей должен был открыть потайной ход.
Меня пробрал холодок. Предательство было еще глубже, чем мы думали.
— Кто этот человек?
— Не знаю. Клянусь, не знаю. Глеб не доверял такие секреты никому.
Ярослав кивнул:
— Хорошо. Теперь о контрибуции. Когда сможешь доставить первую часть?
— Первую соберу быстро, остальное через неделю. Если дашь время собрать.
— Дам. Я не зверь, Богдан. Ты разорял мои земли, убивал моих людей. Согласись, я поступаю с тобой по-человечески. Другой бы на моем месте… — он не стал договаривать, а Богдан кивнул, понимая справедливость его слов. — Твоя семья остается у нас до тех пор, пока не будет выплачена последняя монета. Они будут жить как жили, а потом вернуться к тебе. Я гарантирую это.
Богдан сжал кулаки, но промолчал. Он понимал — торговаться больше не с чем.
— Договор я подпишу сейчас, — сказал Ярослав. — А ты подпишешь его при всех своих капитанах, чтобы никто потом не мог сказать, что ты действовал под принуждением.
— Как будто это не так, — горько усмехнулся Богдан.
— Принуждение — это когда у тебя нет выбора, — ответил Ярослав. — У тебя выбор был и ты его сделал.
Через час договор был подписан. Богдан поставил свою подпись дрожащей рукой, а потом долго смотрел на документ.
— Можно… можно я увижу их? — тихо спросил он. — Если нет, то хоть весточку от них ты можешь передать?
Ярослав достал из-за пазухи свиток — письмо, которое все же разрешил написать Варваре перед отъездом:
— Твоя жена писала. Они целы и здоровы. Наверное, уже приехали к нам. Если хочешь их увидеть — приезжай к моему отцу.
Богдан развернул письмо и прочел. По его лицу текли слезы.
— Спасибо, — прошептал он.
— Выполни все условия договора, и ты их увидишь, — сказал Ярослав. — Слово Сокола.
Богдан кивнул и поднялся со своего места. Он постарел лет на десять за эти несколько часов.
— Война окончена, — сказал он.
Потом были сборы и мы с большим караваном отправились домой.
Крепость Соколов встретила нас криками радости, которые, казалось, могли разнести каменные стены. Наш отряд входил в главные ворота под звуки рогов и барабанов, а люди высыпали из домов, чтобы своими глазами увидеть героев, вернувшихся с победой.
Но это было только начало.
Ярослав ехал впереди на своем боевом коне, коней специально выгнали к нам, чтобы мы заехали в крепость на них. Так величественнее сказал Степан и мы не стали спорить. А за ним, привязанное к седлу, волочилось по земле знамя Боровичей.
— Князь! — кричали люди. — Князь Святозар! Выходи встречать сына!
Я ехал рядом с Ярославом, чувствуя на себе восторженные взгляды жителей крепости. Эти люди не видели как мы уходила, зато увидят триумфальное возвращение.
Князь Святозар появился на ступенях главного терема в окружении своих советников и воевод. Я видел, как его лицо менялось, когда он разглядел трофейные знамена и пересчитывал вернувшихся воинов. Мы не потеряли ни одного человека.
— Отец, — сказал Ярослав, спешиваясь у самых ступеней, — я привез тебе мир с Боровичами.
— Мир? — переспросил князь, не веря своим ушам.
— Подписанный договор, — Ярослав достал из-за пазухи свиток с печатями. — Богдан Боровичский отступил. Его войска покидают наши земли. Война с ними окончена.
По толпе пронесся изумленный шепот. Люди не могли поверить — неделю назад вражеские отряды разоряли земли, а теперь их княжич подписал мир?
— Значит, согласился Богдан. Пожалел своих, — Святозар улыбнулся. — Как прошли переговоры?
— Расскажу позже, — усмехнулся Ярослав. — Но сначала позвольте представить вам первые плоды победы.
Он повернулся к воротам и подал знак и тут произошло то, что превратило триумфальное возвращение в настоящий праздник.
В ворота начал въезжать караван. Длинная вереница телег, груженных мешками с зерном, сундуками, кипами дорогих тканей. За телегами шел скот — коровы, овцы, кони. Богатство целого княжества медленно перетекало в наши владения.
— Боровичи урон компенсируют, — объявил Ярослав со смешком. — Первая часть из трех. Богдан Боровичский возмещает ущерб, нанесенный нашим землям.
Толпа замерла в немом изумлении, а потом взорвалась ликованием, которое, казалось, слышали в соседних княжествах. Люди кричали, плакали от радости, обнимали друг друга.
— Это не сон? — спросил один из стариков у своего соседа.
— Если сон, то пусть длится вечно! — ответил тот.
Князь Святозар спустился с крыльца и подошел к одной из телег. Открыл сундучков и зачерпнул горсть серебряных монет. Они звенели в его ладони, отражая солнечный свет.
— Сколько всего? — спросил он у Ярослава.
— Много. Я взял столько, чтобы нам было хорошо, но и чтобы Богдана без штанов не оставить. Худой мир все же лучше доброй ссоры.
— Все верно, Ярослав, — кивнул Святозар. — Мы не такие как они. Мы не станем оставлять людей голодать, но свое возьмем. За сожженные деревни. за смерти наших людей.
  
Степан Игнатьевич, управляющий, подошел к князю:
— Господин, с таким богатством мы можем отстроить все разоренные села, закупить семена на будущий год, пострадавшим семьям помочь с хозяйством.