А отличники сдохли первыми - 2: летние каникулы 4 (СИ)
— Рльех вгах нагл фтагн!
— РЛЬЕХ ВГАХ НАГЛ ФТАГН!!!
Не выдержав, Кира всё-таки прыснула из-под пальцев и, после непродолжительного немого хохота, утёрла выступившие слёзы:
— Как ты эту белиберду вообще придумал?! Чё за вгах-нах-втах?!
— Это не я придумал. Это Говард Лавкрафт.
— Кто-о? — Этот вопрос озвучили оба улыбающихся подростка.
Я покачал головой и медленно вздохнул:
— Вы слишком мало читаете, молодёжь...
— О, зажужжал, зажужжал, жук майский... — Отдышавшись от сдавленного хохота, Кира всё-таки никак не могла перестать улыбаться до ушей. — А ты уверен, что они поведутся? Ну это же бред! Бре-ед!
— Судя по тому, что мы уже знаем, эти дети и не на такой бред ведутся. Да вон, вспомни хотя бы шмелей в Отраде.
— Кого-о? — Нахмурился белобрысый кадет.
— Да... — Беззаботно отмахнулась девчонка. Однако, не без гордости. — Отморозки с северо-западного округа. Мы их уже порвали, не боись. — И она снова повернулась ко мне. — Но ведь даже среди них были те, кто не верил в пургу про духов и всё такое!
— Я уверен, что и среди этих неофеодалов тоже многие, мягко говоря, сомневаются во всей этой чуши о жорском проклятии и волшебной силе их короля. Особенно те, кто присутствовал при пленении первой экспедиции. И в том, что их от проклятия хранит верность своему сюзерену - они тоже сомневаются. Но тех, кто всё-таки верит — там за стенами гораздо больше. — Я пригляделся в бинокль на небольшой пригорок к западу от замка. Разворачивающаяся на нём сцена тёмного ритуала была достаточно далеко, чтобы не попасть под обстрел из рогаток или арбалетов охранников твердыни. Но достаточно близко, чтобы все они слышали эти жуткие выкрики и песнопения точно так же, как и мы. — А после сегодняшней ночи, может быть, поверят даже они...
— Короче я поняла,. Это мы тут типа представление устраиваем. Как Писистрат, да?
— Кто-о-о? — Протянув вопрос, Белый продолжил недоумённо хмуриться, прислушиваясь к нашему шёпоту. Хотя и с его лица не сходила улыбка. Особенно после очередного ктулхианского заклинания, которое мы согласовали с первой группой «культистов» ещё в момент обсуждения нашего плана там, на белой дороге.
— Пхунглуи нафх! Пхунглуи нафх!!!
— ПХУНГЛУИ НАФХ!!! ПХУНГЛУИ НАФХ!!!
— Ну Писистрат! Древний грек такой главный был. Ну ты чё, историю в школе не учил, что ли? — Девчонка с умным видом цыкнула языком, вздохнула с деланным возмущением и чванливо выпятила нижнюю губу. — Вы слишком мало читаете, молодёж-ж-жь...
— Так, ну-ка тихо, эксперт-античник... Вроде бы суета поднимается... — За высоким забором замка лорда Феникса Фосфоритного фонарики и тени начали метаться вокруг той стены, что возвышалась со стороны тёмного ритуала. — Белый! Похоже пора! Радируй!
Проявив завидную выучку, паренёк за долю секунды снова стал серьёзен. Хотя до этого весь трясся от немого смеха после пародии Киры.
Подтянув к себе трофейный «уоки-токи» варщиков — один из прикопанных мной возле замка — он щёлкнул переключателем и сдавленно прошептал в микрофон:
— Первый! Готовят залп, отходите! Второй, ваша очередь! Готовьтесь!
Зловещие голоса на пригорке тут же смолкли. А на разгорающиеся угли невидимые нечистивцы быстренько опрокинули ведро воды. Резкое шипение гаснущего огня прозвучало в ночи не менее зловеще, чем странные заклинания.
Со стороны замка послышались голоса. Слов было не разобрать. Но интонации однозначно содержали в себе вопросы и лёгкую тревогу. И уже через пару секунд к озадаченным возгласам прибавились чьи-то строгие окрики. Спустя миг, тени торопливо порскнули по сторонам. А на том месте, где только что проходило это совещание, заискрил запальный фитиль.
— Ща рванёт...
Грохот и всполох пламени на мгновение осветили укреплённый забор и отверстие в нём, проделанное под самодельную пушку. И где-то во тьме картечь обсыпала склон ритуального пригорка, измочаливая садовые деревья и хлипкие оградки в хлам. Хотя многие из них уже и так давным-давно почти полностью разобрали на дрова и растопку.
— Та-а-ак... Первый залп бахнул удачно... К сожалению... — Я ткнул локтем кадета. — Спроси, там все целы?
— Первый! Доложите обстановку!
Рация пискнула и ответила пацану голосом, искажённым хриплой статикой. Но в нём легко угадывался тот самый заводила, что только что верховодил ужасными песнопениями:
— Всё хорошо, мы все успели!
— Принято! — Ефрейтор Белов всё ещё был серьёзен. — Отходите, как условились! Второй! Начинайте!
Убрав рацию, он переместился вместе с нами к соседнему окошку, откуда в слабом свете тонкого месяца был едва виден перекрёсток между двумя дачными улочками на востоке от замка. Из-за углов заборов и домов на него высыпал пяток тёмных силуэтов. Чиркнула зажигалка. И на асфальте перекрёстка быстро разгорелась пятиконечная звезда, сложенная из обрывков синтетики внутри не очень ровного круга.
А от теней, заплясавших на фоне горящей пентаграммы, тут же долетел новый хор из неровных мальчишеских и девчачьих голосов:
— Проклятье пало на этот замок! Проклятье!!!
— ПРОКЛЯТЬЕ!!!
— Энис атис аниматис! Энис атис аматис!!!
— ЭНИС АТИС АНИМАТИС!!! ЭНИС АТИС АМАТИС!!! ПРОКЛЯТЬЕ-Е-Е-Е!!!
— Да сбудется воля Чёрного Жоры!!!
— ДА СБУДЕТСЯ!!!
Кира опять не выдержала и прыснула сквозь ладони. Белый покосился на неё с улыбкой и легко покачал головой:
— Я всё-таки чё-то сомневаюсь, что это сработает...
Я пожал плечами:
— Вы же и сами прекрасно знаете, как они суеверны. И во что именно верят. Вот и пусть теперь на своём примере убедятся, что в эту игру модно играть вдвоём.
— Да, но... Как-то... Я не знаю...
— Но вообще ты, конечно, в чём-то прав. Для полного эффекта нам надо бы добавить кое-что ещё...
— Смотри-смотри, какой он загадочный! Я тебе говорю, Шутник просто обожает такую херню! — Кира, продолжая улыбаться во весь рот, заговорщицки толкнула Белого локтем и кивнула в мою сторону. — Щас нагонит интриги и выдаст чё-нить эдакое! Никогда просто так сразу не объяснит...
Я скептически склонил голову, дожидаясь окончания её подколки.
— Давать готовое решение непедагогично.
— Мистер шутник, дамы и господа! — Разведя руки в стороны, девчонка словно продемонстрировала меня невидимым зрителям, как заправский конферансье. — Комедиант, который даже на соревнованиях скучных клоунов занял второе место! А всё потому, что был слишком скучный!
— Да я тогда просто порешал с жюри. И первое отдали тебе.
— Ой, всё! — Острый кулачок привычно ткнул меня в плечо. — Следи лучше за тем, что там в замке творится!
Я снова приложился к биноклю:
— Тащат пушку на запад, судя по всему. Плохо видно, тучи... Жалко, что сегодня не полнолуние, конечно... Эффект был бы сильнее.
— Так, а что ещё нужно-то? — Кадет заёрзал от нетерпения, пока его друзья на тёмном перекрёстке хором зачитывали свои мрачные заклинания. — Ну всмысле, добавить-то что ещё надо, чтобы точно сработало? Вроде всё по плану делаем...
— Не знаю, заметил ли ты или эта ваша Дельта... Но этот местный самодержец — на редкость самовлюблённая скотина.
— Ну это трудно не заметить. Но он вообще так-то... Ну если честно... Поймите меня правильно... Действительно, как говорится, хорош собой. Разве нет? — На этих словах кадет вопросительно глянул на девчонку, словно желая получить мнение всей женской половины уцелевшего человечества.
— Пф-ф-ф... — Презрительно сморщилась женская половина. — Не люблю таких. Только о себе и думают.
— Фыркай — не фыркай, а Белый дело говорит. Авторитет таких альфачей во многом держится на внешности. Рост, фигура, правильные черты лица... Но я сейчас не совсем об этом...
— ЭНИС АТИС АНИМАТИС!!! — Особенно громкий хор на секунду заглушил мой шёпот.
— Во надрываются... Там ещё не пора?
— Нет, всё ещё волокут... И перезаряжать её тоже не быстро. Время есть, пусть поют... Так о чём бишь я... А. Самовлюблённость. И непоколебимая уверенность в собственной правоте и удаче — вот чем этот король берёт своих подданных, кроме суеверий. Да как и многие другие монархи в своё время... Всё это его соратники тоже остро чувствуют. На интуитивном уровне. Животном, если можно так сказать. И пока он весь из себя такой крутой, успешный и уверенный — то и мне, как бы, надо рядом потусить. Чтобы часть его удачи как бы на меня перекинулась. Такая логика работала веками — срабатывает и сейчас, как видим. Стоило вам, детишкам, полгода пожить без интернета...