А отличники сдохли первыми - 2: летние каникулы 4 (СИ)

И ещё та девчонка, которая сейчас внимательно слушала меня, ни на шаг не отходя от тёмной фигуры свирепого убийцы. Сейчас, когда я разглядел её повнимательнее, её тонкое лицо со светло-серыми глазами показалось знакомым... И этот необычный цвет волос... Где-то я уже её видел раньше. В прошлой жизни.
А тот, кого они называли Киром, сейчас тоже медленно переводил взгляд с одного лица на другое, с угрюмо сдвинутыми бровями. Хотя в остальном он теперь выглядел довольно расслабленным. И точно не намеревался ещё кого-нибудь разорвать.
— Поймите правильно, молодёжь. Я не из тех, кто всегда ищет только проблемы, а не решения. Но я из тех, кто всегда старается быть на шаг впереди своих противников. А вы этот момент, как мне кажется, ещё не продумали. — Я ещё раз окинул взглядом всех, кто стоял рядом и постарался разглядеть ещё кого-нибудь в кустах, но не смог.
— Продумали. — Упрямо выдвинул подбородок однорукий пацан. Стало заметно, что он нередко получал по нему достаточно крепкие удары, закончившиеся рассечениями. — Но сейчас слишком мало времени. Нельзя терять преимущество. Если вы с нами — помогите с пушками. А ты... — Он глянул вниз на перепуганного пленника. — Если не хочешь, чтобы Кир закончил начатое, сейчас ответишь на пару вопросов...
— На него что ли надеетесь? — Я вновь легонько толкнул белобрысого паренька и кивнул в сторону здоровяка.
— Нет, им рисковать нам нельзя. Он уже один раз погиб... Пойдёмте, поможем. — И, проигнорировав удивлённый взгляд Киры, он невозмутимо направился к остальным бойцам, которые принялись резво разворачивать телеги с привязанными к ним орудиями. Те, что ещё оставались целыми и не набитыми мозгами недавних противников мрачного крепыша.
— Ты чё-нибудь понимаешь вообще? — Девчонка всё ещё делала неловкие попытки счистить с себя налипшую грязь. — Чё происходит?
— Что-то вроде встречи выпускников... — Я неожиданно поймал взгляд Кира. До этого он всегда скользил им мимо меня, как мимо пустого места или обычного бессмысленного бродяги. Но теперь смотрел прямо в глаза. Не смотря на то, что они были скрыты от него куском грязной марли. Смотрел спокойно, без былой угрюмости. Изучал.
Державшийся возле нас лохматый Колян тоже закономерно не обнаруживал ни малейшей степени понимания. Опасливо ёжась, он только и мог, что растерянно оглядывать поле битвы, да потирать ссадины от каблуков основательно прогулявшихся по нему жор.
— Эй, Колян! — Обернулся к нему Белый, взявшись за борт телеги. — Давай помогай, если хочешь с нами остаться. У нас тоже надо трудиться. Хоть и добровольно.
— Пойдём и мы поучаствуем. — Я подтолкнул Киру к телегам.
— Ща погодь... — Она присмотрелась к разбросанным по асфальту свежим трупам и их фрагментам. — Ща-ща... А, вот он!
Подскочив к одному из мёртвых пехотинцев, она бесцеремонно перевернула его пинком ноги:
— Будешь знать, как меня лапать! Ишь, обыскивает он... — Нагнувшись, она извлекла у него из-за пояса свои ножны, и благородная Викуля тут же хищно засияла в слабом лунном свете. — Я тоже по тебе скучала, милая моя... О, а вон и Викентий! Вроде целый...
Обратив внимание на указанное место, я заметил плечи своего арбалета, торчащие из-за спины одного из пластиковых рыцарей, который участвовал в нашем разоружении. Привалившись к одной из перевёрнутых телег, он сидел совсем как живой. Если не считать коленей, выгнутых в обратную сторону, как у кузнечика.
— Слишком длинно. — Сняв оружие с тела, я проверил заряды и механизм. Всё в порядке, Чёрный жора был достаточно аккуратен. — Пусть будет просто Вик.
— В честь Джона Вика! — Изящный меч с тихим шелестом вернулся обратно в ножны. — Обожаю этот фильм!
— Согласен, Киану красавчик. Вот видишь, не такие уж у нас и разные вкусы.
— Не подлизывайся, Пафнутий! — На секунду она состроила серьёзную мордашку и, понизив голос, спародировала однорукого парня. — У нас тут слишком мало времени, понимаешь ли...
Вооружившись, мы поспешили на помощь к остальным. Пушки уже развернули и теперь тянули их по дороге обратно — в сторону двухэтажного пригорода, в границах которого находился замок сэра Феникса. А те, кто не исполнял роль тягловой силы, спешно подбирал и на ходу складывал в телеги оставшиеся ядра и картузы с порохом.
 
— Это что ж вы, собираетесь устроить там бомбардировку? — Пристроившись к одной из повозок я стал толкать её рядом с Белым и Коляном. А Кира подхватила одно из ядер и поспешила с ним к борту.
— Главное пробить пару брешей в стене.
— А ров?
— Забросаем фашинами. — Кадет кивнул в сторону посадок. Закончив с ядрами и порохом, свободные подростки принялись перекидывать друг другу и грузить на телеги объёмные пучки хвороста и веток, спрятанные в зарослях. И Кира быстро встроилась в цепочку. — Я же говорю, мы уже давно всё запланировали. Правда думали, что с Киром нам поможете не вы... Но получилось даже ещё проще, ведь этот нас помнит.
— Из последнего предложения я мало что понял.
— Ну... — Паренёк запнулся. — Я не особо хорошо понимаю, как это работает...
— Да всё просто! Слава же объяснял, чем ты слушал? — К нашему разговору присоединился пацан со шрамом, который толкал соседнюю телегу. — Прежде чем Кир убил в Самаре главжору, его сознание давно стало частью общего разума улья. И после того, как Алина не позволила ему стать новым главжорой, воспоминания Кира рассеялись почти по всему балаковскому улью. Не по всем сразу, а по тем особям, у которых эти... Э-э-э... А! У которых нейронные структуры типа похожи. И могли быстро... Это... Ну типа быстро приспособиться под фрагменты памяти и личности Кира. Под хранение этой информации. Поэтому они все на него немного похожи даже внешне. Но ни один из этих... Эм... Ну типа «Киров» не помнит всё сразу. Только частями. И поэтому некоторые вообще не помнили ничего из того, что было весной. Не узнавали никого из нас. Даже Алинку не узнавали.
«Алинку». Та самая блондинка в камуфляже, которая показалась мне знакомой. Её имя тоже звенело в голове, словно какой-то назойливый колокольчик... Что-то из не такого уж и давнего прошлого...
Я покосился в сторону здоровяка. Тот теперь не отходил от блондинки ни на шаг. И сейчас тоже помогал толкать одну из телег с пушкой.
— Из того, что ты сказал, скарфейс, я понял каждое отдельное слово. Но вот общий смысл пока что от меня ускользает... То есть «чёрных жор» на самом деле несколько?
— И да и нет. — Бесхитростно пожал плечами паренёк со шрамом. — Кстати, можно просто Скар. Это мой позывной.
— Окей. Можно просто Шутник. Это мой позывной.
— Да мы слышали... Никто не знает точно, сколько жор носят в себе фрагменты личности Кира. Но Слава считает, что чтобы вернуть его воспоминания полностью, хватит примерно четырёх. Но только тех, кто узнаёт хотя бы Алинку. Потому что если не узнают даже её — с ними уже невозможно договориться. В голове у таких только то, чем был Кир до того, как они с ней встретились...
— Кажется, я понемногу начинаю что-то понимать... Было нечто похожее в бумагах про «Автоном».
— О, вы тоже их читали?
— Фрагменты. А кем он был до того, как повстречался с вашей братией?
— Это он вам сам пусть расскажет. — Беззаботное выражение на лице паренька внезапно сменилось на серьёзное. И он коротко оглянулся на бойню, оставшуюся позади. — Если мы сможем всё сделать правильно.
— Так значит... — Я постепенно складывал два и два. — Значит ваш отряд тут прежде всего за этим? А вовсе не ради народно-освободительной борьбы местных невольников?
— Ну вообще одно другому не мешает... Часть нашего отряда вообще изначально планировала просто добраться до Москвы. Это потом мы выяснили всю эту историю про расщепление сознания, когда нашли одного из «Киров» возле АЭС в Балаково. Он тогда меня узнал. А когда нашли второго около Самары, который узнал Петра, — Скар кивнул в сторону одного из пацанов в чёрной форме, — тогда-то Слава и выдвинул эту гипотезу про то, что Кира можно вернуть полностью.