А отличники сдохли первыми - 2: летние каникулы 4 (СИ)
Повинуясь рефлекторному импульсу, я тоже шагнул вперёд и поднял руки в примиряющем жесте:
— Мы здесь чтобы помочь тебе. У нас есть способ.
Пока что я не уверен в том, что был понят. Голос внутри головы продолжал твердить одно и то же, как заведённый:
Уходи! Скорей! Прочь!!!
— Это Кир? Он всё-таки здесь? — Из-за машины показался кадет.
— Петров, не высовывайся!
Петров?
Голос прозвучал с явными нотками удивления. Тощая фигура на тропинке дёрнулась точно так же, как и Че — незадолго до этого.
— Мы можем тебе помочь. — На этот раз вслух заговорил командир партизан. — Ты же чувствуешь... Ты знаешь... Где ты?
На несколько секунд тишина повисла как внутри моей черепной коробки, так и снаружи. Существо на тропинке сделало несколько медленных шагов в нашу сторону и снова замерло. А я попытался развить успех:
— Здесь не только Петров, Кир. Алина, Егор... Они тоже рядом. Мы можем отвести тебя к ним. Мы можем помочь тебе снова стать... Снова стать человеком.
Тварь на тропинке снова дёрнулась.
— Человеком... Я никогда не был человеком... — Че озвучил ответ невидимого собеседника для всех.
— Неправда! — Снова выкрикнул кадет в сторону тощего уродца. — Неправда!!! Ты же всех нас спас! Пожертвовал собой ради того, чтобы мы жили дальше! На такое способен только настоящий человек!
Снова тишина. В течение паузы поднялся тревожный ветерок, и желтеющие кроны деревьев начали шуметь всё громче и громче.
Тощий уродец подошёл ещё ближе, продолжая разевать рот во всю ширь.
— Вот ведь... Вот ведь упрямый щегол... — Че транслировал ответ саратовцу. — Реактор... Бассейн... Открытый проход будет с юга... Я постараюсь удержать там хотя бы мозгоедов... Но с остальными вам придётся справиться сам...
— И-И-А-А-А-Х-Х-Х!!! — Из раззявленного рта слепого жоры вырвался сиплый крик и мутные розоватые брызги. И он тут же со всех ног рванул в нашу сторону, вытянув вперёд костлявые руки.
Стук тетивы и распрямляющихся плечей арбалета. И вылетевший болт ударил сиплую тварь прямо в грудь.
Споткнувшись, жора запутался в полах халата и, прокатившись по гравию, снова задрал голову и раззявил гнилую пасть:
— И-И-А-А-А-Х-Р-К...
На этот раз его вопль оборвался от удара болта в раскрытую глотку. Пробив нёбо, охотничье острие, очевидно, достало до мозга. И, после короткой конвульсии, странный слепой жора уткнулся в гравий носом и затих.
— Я же всё правильно сделал? — Поинтересовался Иван с лёгким смущением, когда мы все обернулись на него.
— Правильно. — Я шагнул ближе к телу на тропинке, пытаясь разглядеть его получше. Но тварь снова зашевелилась, а нарост на затылке опять начал слабо пульсировать. — И теперь готовься повторить...
Подняв на нас слепую морду, тварь вроде бы захрипела в нашу сторону, тряся мерзкими отростками из глазниц. Но теперь мы её не слышали. Из-за деревьев парка до нашего слуха долетел целый хор похожих сиплых воплей, легко заглушивший слабый стон тощего уродца:
— И-И-А-А-А-Х-Х-Х!!!
Глава 19. Мозгоеды
— Маски! — Следом за собственным приказом, я торопливо надел свой противогаз обратно. Сиплый вопль многих глоток стих, превратившись в мерное сопение. Которое явно приближалось.
— От таких не поможет... — Че кивнул на ползущего к нам уродца. И пока не спешил закрывать лицо и органы дыхания. — Молекулы, передающие запах не распространяются так далеко и быстро...
— Но ты же сам говорил...
— И остаюсь при своём мнении. Но кроме запаха нам с тобой помогает их слышать кое-что ещё... — Он огляделся, пытаясь рассмотреть в парковых зарослях подступающую толпу. — Знаешь про волновую гипотезу телепатии?
— Не лучшее время для околонаучных дискуссий... — Шагнув к подползающему существу, я наступил ему на шею одной ногой, а второй ударил металлическим носком в лицо. Негромко хрустнули позвоночник и сломанная скула. И урод, наконец-то, замер, слегка дёрнув ногой напоследок. — Ты лучше скажи — сможешь удержать тех, кто нас окружает? Или пора отступать?
— Отступать точно нет смысла.
— Это не совсем тот ответ, который я хотел услышать...
— Отвратить их от нас я не могу. Но могу попробовать кое-что другое...
— Тогда пробуй и побыстрее. — Я повернулся к пацанам, вертящим во все стороны оружием. — Заходим вон к той громадине с юга. Берегите патроны.
Пока они подбегали из-за машины ко мне, я наклонился к трупу, чтобы извлечь арбалетные болты. Расширив рану на груди твари ножом, быстро вынул первый выстрел. И, занимаясь вторым зарядом, попавшим существу в рот, задержал взгляд на его затылочном отростке. Он всё ещё изредка пульсировал. Хотя из свежих ран от ножа кровь уже почти не вытекала. Сердце у транного жоры уже точно остановилось.
— Это не кровоток. — Че, заговоривший прямо над ухом, как будто бы снова прочёл мои мысли. — Что-то вроде посмертных конвульсий. Агония нервной системы, умирающей без питания. И в то же время — это сигнал тревоги для остальной стаи... Ты не слышишь его зов?
— К счастью, нет.
— А они слышат. — Командир партизан указал на ближайшие заросли, за которыми уже угадывались силуэты подступающих тварей. — Нужно быстрее отойти. Он для них — как фонарь для мотыльков.
Вытерев нож о халат твари, я перехватил его по-испански, приготовившись к бою:
— И много их тут сейчас набежит?
— Много... — Че проследил за моими движениями и обернулся к подбежавшим пацанам. — Больше никого не убивайте.
— Что?!
— Сейчас только я должен стать для них таким «фонарём». Единственным. — Он снова оглянулся на окружающие нас силуэты и выпрямился, прикрыв глаза. — Идите вперёд. И постарайтесь дышать неглубоко и редко.
— Но мы же в противогазах. И отпугиватель... — Иван принял у меня из рук окровавленные болты и ловко зарядил их обратно в кассету.
— Отпугиватель твой работает. Но противогазы фильтруют воздух только на вдохе. Все заражённые легко почуют ваши выдохи.
Вместо ответа сообразительные пацаны лишь кивнули. Словно уже стараясь как можно меньше насыщать атмосферу собственными выхлопами.
— Тогда есть идея получше. — Расстегнув карман рюкзака, я достал из него рулончик мусорных пакетов и торопливо отмотал по несколько штук каждому. — Повяжите на выходной клапан. Вот так.
Подростки быстро намотали пакеты на клапаны и затянули вокруг них полиэтиленовые шнурки на простой узел. Мешки начали медленно надуваться с каждым редким выдохом.
— Когда будете снимать — затяните горловину и оставьте на земле позади себя. — Че с улыбкой оценил инициативу и тоже дал пару советов. — И пока не привяжете новый — постарайтесь не дышать. Идите спокойно, не нервничайте и лишний раз не шумите. Я следом. Помните, что они сейчас почти не отличают вас от деревьев и шума листвы.
Некоторые «они» в это время уже полностью выбрались на открытое пространство из-за парковых зарослей. И позволили себя как следует разглядеть.
Часть ковылявших в нашу сторону тварей выглядела точь-в-точь как дохлый жора у наших ног. Странные наросты вместо глаз и такой же пульсирующий шлейф на затылке. Этих было меньше остальных. И по подступающей толпе они были распределены равномерно, словно какие-то координаторы на массовых мероприятиях.
— Что это у них вместе глаз? — Еле слышно шепнул Иван, рефлекторно поднимая арбалет в сторону уродцев.
— Слишком умные, наверное. Череп жмёт. Вот мозги наружу и лезут. Не стреляй.
Остальные жоры выглядели вполне обычно. Разные лица и возраста, мужчины и женщины, старики и молодёжь. Ввалившиеся щёки, острые скулы, болезненные круги под желтоватыми глазами, плешивые волосы, гниющие рты...
Нет. Кира ни за что не должна превратиться в нечто подобное... Ни при каких условиях.
— Идём, не тормозим. — Я отвлёк пацанов от созерцания жутковатой толпы, которая всё время смотрела примерно в ту сторону, в которую направляли свои дрожащие гляделки странные мутанты с наростами.