А отличники сдохли первыми - 2: летние каникулы 4 (СИ)

Тем более, что по прошествии двух полных суток с того момента, как мы занялись подготовкой предстоящего приключения, от экстренной экспедиции Баджера и Белого вестей не поступало. И кадетов до сих пор было на одного меньше. Лишь только рязанцы вчера вечером отчитались о том, что сразу проводили мотогонцов до границы своей территории в сторону Тамбова. Как и обещали — вместе с провиантом и запасом топлива.
— А как вообще из радиации получается электричество? — Тренированный Яр хоть и начал немного пыхтеть, усердно работая вёслами, но дыхания у него вполне хватало и на то, чтобы попытаться удовлетворить своё любопытство. — Типа ядерное топливо выделяет какие-то специальные лучи, и они заряжают аккумуляторы? Как солнечные панели заряжают батарейки от солнечного света?
Более шумно пыхтевший менее спортивный Шамиль лишь воздел глаза ко лбу и чуть заметно покачал головой. Но во взгляде остальных подростков я заметил точно такое же искреннее любопытство, как и у старшего бесёнка.
— Нет, совсем не так. Реактор всего лишь выделяет большое количество тепла. От него нагревается вода, вода превращается в пар, пар вращает турбину генератора, генератор вырабатывает переменный ток. Точно так же, как и на всех других типах электростанций. Только там воду нагревает угольная или мазутная топка. Либо она сама течёт через плотину сверху вниз.
— То есть, реактор это просто типа как большая топка? В которой горит это самое ядерное топливо? Просто, типа, хорошо и долго горит? Лучше, чем уголь?
— Нет, ничего там горит. Если всё правильно работает, во всяком случае... После бомбардировки нейтронами, атомы топливных элементов распадаются на составляющие элементарные частицы. Протоны, электроны и новые нейтроны. При этом распаде выделяется гораздо больше энергии, чем было затрачено на генерацию первичного удара нейтронами. Эти новые свободные элементы бомбардируют соседние атомы. И они тоже распадаются. И так далее... Таким образом, запускается цепная реакция. И если эту цепную реакцию достаточно замедлить, то освобождающаяся при расщеплении атомов энергия постепенно нагревает корпуса топливных элементов. И воду вокруг них. А дальше ты уже знаешь.
— А если не замедлить?
— Вода нагревается слишком быстро и сильно. Давление пара будет слишком сильным и может произойти авария.
— Как в Чернобыле? — Вопрос прозвучал сбоку. Иван, само собой, тоже проявил живейшее любопытство.
— Что-то вроде того. А если цепную реакцию ещё и дополнительно ускорить — то будет уже атомный взрыв. Когда большая часть топливного элемента разложится на составные частицы за долю секунды. И вся та энергия, которая раньше держала атомы вместе, выделится за это же короткое время.
— То есть... То есть из реактора можно сделать атомную бомбу?! — Подростковое любопытство и не думало униматься. — Я слышал, что кто-то из армейских планировал такое зимой в Обнинске... А может там, куда мы лезем, уже был атомный взрыв?!
Вытаращив глаза, Яр оглядел всех остальных.
— Думаешь, мы бы не заметили? — Шамиль снова покосился на приятеля со скепсисом в миндалевидных глазах.
— Ну со стороны Москвы много чё взрывалось зимой... Иногда довольно мощно...
Я снова поспешил погасить назревающую ссору в зародыше:
— Атомный взрыв ты бы точно запомнил, дружище. Хоть и ненадолго... Но, к счастью, с ним всё не так просто. Сначала топливо нужно обогатить до оружейного... Потом надо придать ему необходимую форму. С весом, близким к критической массе... И обложить обычной взрывчаткой. И ещё много чего... Например, умудриться при этом не сдохнуть от радиации... Но в главном ты, в общем-то, прав. Оружейный атом делают, по большому счёту, из мирного. Делали...
Вопросы тут же посыпались со всех сторон:
— Обогатить? Это как?
— Критической массе?
— А зачем обычная взрывчатка?
— Обогатить — значит сделать так, чтобы этих самых частиц, из которых состоят атомы топлива, стало ещё больше. А после того, как определённая масса оружейного топлива собирается в одном месте, с определённой плотностью, быстрая цепная реакция запускается сама собой.
 
— Как это так — сама собой? Нужна же эта... Как её... — Иван напряжённо потёр лоб, пытаясь вспомнить недавно услышанный термин. — Бомбардировка нейтронами, во!
— Из-за той самой радиации. Атомы, в которых очень много элементарных частиц, довольно быстро распадаются сами по себе. Постоянно испуская или, как говорят, излучая те частицы, которые не могут удержать. Не хватает энергии. И если от этого в пространство отлетают протоны — то это «альфа»-излучение. Если электроны — то «бета». А самое жёсткое и глубоко проникающее излучение — «гамма». Когда вылетают свободные нейтроны.
— Хм... У амазонок почему-то наоборот. Самая жёсткая — Альфа... — Неожиданно сержант Петров отвлёкся от созерцания впечатляющих столичных развалин и тоже поучаствовал в научном диспуте.
Я уже был немного наслышан о девчачьем батальоне из Вольска. Во время ночёвки в деревне бесов, кадет вспомнил о них, познакомившись с преимущественно женским гарнизоном из бывших ос. Чем заслужил всеобщее повышенное внимание — всем девчонкам стало жутко интересно, как же именно вольские амазонки смогли не только отбиться от местных мужских банд, но ещё и стать равноценными участниками Альянса.
Хотя этого боевитого парня с его военной выправкой и шикарным шрамом девчонки и без того начали расстреливать кокетливыми взглядами буквально с порога — как только увидели его во входных воротах вместе со мной. Такого интереса в своё время не удостаивался даже овеянный героической славой Иван.
А когда кадет принимал водные процедуры с дороги, за право отнести ему чистую одежду даже состоялась небольшая потасовка.
— Наверное, у них иерархия не из физики, а из биологии. Как в звериной стае. Где самый главный — Альфа. Точнее, в их случае, главная...
— А почему тогда атомные бомбы не взрываются сами по себе. — Иван всё ещё потирал уставшие от гребли руки. — Ведь получается, что в каждой бомбе есть критическая масса топлива, так ведь? Иначе она точно не взорвётся.
— Вот для этого в них и нужна обычная взрывчатка, кроме ядерной. Взрыв какого-нибудь тротила вокруг атомного заряда как бы обжимает его со всех сторон и резко увеличивает плотность. Тогда достигается критическая масса и запускается необходимая скорость цепной реакции. За долю секунды высвобождается океан энергии. Энергии, которая раньше удерживала вместе частицы миллионов атомов топлива. И происходит большой бада-бум. Так что да, Шамиль прав. Даже у себя в Зеленограде вы бы точно заметили атомный взрыв на западе Москвы.
— Поня-а-а-тно... — Под недоверчивым взглядом приятеля, Яр шумно выдохнул и резко высморкался за борт. — Только не всё.. Вот эти вот... Э-э-э... Элементальные частицы...
— Элементарные! — Кивнув своим внутренним сомнениям, словно убедился в их правоте, Шамиль с улыбкой поправил друга.
— Ну элементарные, чё ты пристал! — Нетерпеливо дёрнул сопливым носом самый старший, но не самый умный бесёнок. — Это вообще что? Типа какие-то микропылинки?
— Пф-ф-ф-ф... — Его интеллигентный друг продолжил сокрушаться над небогатым запасом знаний приятеля. — Нам же рассказывали по физике.
— Чё ты тут распыхтелся, заучка?! — Вспыхнул Яр. — Я те ща попыхтю тут по хребтине!
— Спокуха, горячие зеленоградские парни! — Я обратился к Шамилю. — Если человек чего-то не знает — это не хорошо и не плохо. Плохо, если он при этом и дальше не желает ничего знать. А Яр, как видишь, желает. И это только похвально.
— Вот именно! — Бесёнок, очевидно, был вполне удовлетворён моим аргументом. И не стал воплощать угрозу физической расправы. — Так чё это такое? И какая разница между всеми этими электронами, протонами и... Ну ты понял!
— Видишь ли, мой юный друг... Сложно дать определение тому, что само по себе определяет всё вокруг нас. Да и нас самих тоже...
— И ещё. — Пока я раздумывал над дальнейшим ответом, Иван тоже поделился своим интересом. — Если при расщеплении атома высвобождается так много энергии... То как они вообще вместе собрались изначально, все эти частицы? Это же, получается, нужно что-то вроде ядерного взрыва, только... Э-э-э... Только наоборот?