Следующая ступень (СИ)
Но, без «робота» как?
Пока в голове Томы шли эти рассуждения, «робот» действовал. С меча в правой руке мальчика слетели ножны, оголяя клинок, сам мальчик сорвался с места и побежал, перехватив меч обратным хватом. Одновременно с этим, с левой руки, он не переставал стрелять в Демона.
В Баттодзюцу меч всегда сначала идёт вниз, выпадая из ножен, дополнительно разгоняясь при этом. Потом он идёт снизу вверх, либо сразу же нанося удар-рез снизу вверх, либо снизу вверх поднимается, а дальше падает вниз сверху, но уже с шагом вперёд.
Да, конечно же, есть вариация и с горизонтальным ударом, но она редка. И она гораздо сложнее первых двух. И за счёт сложности, медленнее… хотя, тут уже всё зависит от Мастера. А Демона нельзя считать ниже, чем Мастером — это смертельно опасно.
Однако у горизонтального удара будет ограничение: удар будет в сторону, противоположную тому боку, с которого закреплён за поясом меч.
Тома бежал, стреляя. Демон, лёгкими, почти незаметными изменениями положения корпуса, рук, ног, головы, уходил от выстрелов, мгновенно возвращаясь в стойку для Баттодзюцу, не отступая от своего первоначального намеренья. Это смотрелось жутко. Не будь у Томы активен «робот», то у него уже волосы на затылке повставали бы дыбом от наблюдения за подобным фокусом.
В одежде Демона появлялись новые и новые прорехи, но сам он оставался невредимым и спокойным.
Расстояние продолжало сокращаться. Уклонение должно было становиться всё сложнее, но Демон, словно и правда не человек, а Демон, продолжал успевать.
«Робот»… «робот» точен, «робот» эффективен, «робот» логичен… «робот» предсказуем. Демон читает его, как открытую книжку с детскими стишками и картинками. Он постоянно на шаг впереди. А это проигрыш. А проигрыш это смерть.
Значит, «робота»… надо отключить. Это самоубийство, равносильное бросанию винтовки и выбеганию из окопа в рукопашную атаку, но… Остаться с этой «винтовкой» в руках — это всё равно самоубийство.
Тома, почти добежав до условного круга в котором Демон сможет мгновенно атаковать, до его области поражения, на миг замешкался, всё же сумев «выключить» в своей голове «робота». Вытолкнуть его, всего на несколько секунд. В эти секунды весь ужас ситуации, весь адреналин, весь страх за свою жизнь, весь азарт, вся ярость, вся злость на Демона, на Приложение, на Момотару, на этот несправедливый Мир — всё навалилось на мальчика разом. Навалилось и вырвалось в бешеном крике, который Тома испустил, продолжая бежать.
Этот крик стал неожиданным для Демона. Сбил его концентрацию меньше, чем на секунду, но этого хватило, чтобы один из выстрелов попал в цель. Попал в корпус Демона.
Вот только, никакого заметного эффекта это не дало: оказалось, что Демон, как и положено Демону, играет не честно. Под косоде, которое вроде бы открывает в глубоком разрезе на груди вид на голую кожу незащищённого тела, оказался лёгкий ферритовый активированный броник. Прозрачный, как и положено ферриту.
Лёгкий-то он лёгкий, но выстрел из такой несерьёзной игрушки, как ЛПС, легко держит. Плохо!
Очень плохо!
«Робот», подстёгнутый новой вспышкой страха Томы, вернулся. И уже он, «робот» просчитал, что нельзя останавливаться. Нельзя гасить набранную скорость и пытаться разрывать расстояние. Во-первых, Демон достанет, замешкавшегося бегуна в момент гашения скорости и борьбы с инерцией своим мечом, просто сместившись вперёд и сдвинув таким образом область поражения. Во-вторых, кто сказал, что у Демона нет пистолета?
И ведь он у него есть! Не может не быть, насколько Тома успел прочувствовать и понять этого человека, что использует маску Демона. У этого человека пистолет есть. И он не постесняется пустить его в ход, как только посчитает это эффективным. А у Томы брони нет. Значит, вроде бы очевидное решение о разрыве дистанции — смертельная ошибка.
И Тома не остановился. Бесполезный теперь ЛПС полетел в Демона — мало ли, всё же есть шанс, что это его отвлечёт, хоть на мгновение. Дальше Тома дёрнулся в бок и запрыгнул ногами на стенку шахты вентиляции, оттолкнулся от неё и прыгнул, перехватывая меч прямым хватом над головой двумя руками.
«Робот» = смерть. Тома не забыл этого. Титанических усилий стоило ему изгнать это состояние, находясь уже в полёте.
Новый дикий, отчаянный полубезумный крик сорвался с его губ. Правда, трюк не прошёл второй раз — Демон не дрогнул и не замешкался. Он начал движение Баттодзюцу. Всё же горизонтальный удар, понял Тома, по началу движения противника. Горизонтальный и очень, очень быстрый, на какой способен не всякий Мастер.
А вот Демон, оказывается, способен. Вот только и Демона можно удивить, что показал первый крик. Особенно, когда логичный и эффективный «робот» отключается в разгар боя.
Вместо нормального и логичного удара мечом сверху в приземлении, когда к весу меча прибавляются ещё масса тела и набранная инерция, вместо удара, Тома, не дожидаясь окончания прыжка, резко опустил руки, бросая меч вниз против всяких канонов. И именно «бросая», то есть выпуская его из рук.
Демону пришлось комкать свою выверенную атаку и ускорять движение своего меча, чтобы успеть отбить им меч Томы, который мог, при неудачном (или удачном, смотря с какой стороны будет взгляд) попадании, нанести довольно неприятные ранения.
Меч Демона успел отбить брошенный меч Томы, но зарубить самого Тому уже не успевал. И Тома врезался в Демона ногами и руками, словно упавшая со шкафа кошка, в район грудной клетки, нанося удар. Затем, следуя инерции, оттолкнулся от тела Демона, и полетел дальше, за его спину.
Вот только дальше Демона ничего не было, только край крыши и десять этажей вниз… Демон ведь, как в самом начале стоял у этого края, так там и оставался всё время, почти не смещаясь при выстрелах Томы.
Уже перелетев край, Тома успел рубануть извлечённым в полете из ножен на предплечье ножом по идущему рядом какому-то кабелю, отрезая его ферритовой кромкой лезвия. А рука уже схватилась за обрывок этого кабеля, натягивая его. Дальше, в дело включились гравитация, центробежная сила и центростремительное ускорение, направленное вдоль кабеля к месту его перехлёста через бортик крыши. Всё вместе это дало изменение траектории полёта тела Томы с нисходящей параболы на полуокружность. То есть, вместо того, чтобы улететь дальше и вниз на асфальт с крыши, кабель натянулся и впечатал Тому в стену ниже края крыши на длину отреза этого кабеля.
Демон кинулся перерубить кабель, но не успел, так как именно в этот момент за отворотом его косоде жахнула миниатюрная свето-шумовая граната, которую успел там оставить Тома, пока отталкивался.
Демон потерял бесценные мгновения, пока держащегося за кабель Тому, этим кабелем закидывало в стену ниже кромки крыши. Точнее, не в стену, а в окно ногами вперёд. Окно не выдержало. И проломилось — в таких домах стояли самые дешёвые стеклопакеты без дополнительного плёночного «бронирования». И Тома об этом знал, так как уже не первый год жил в одном из таких.
В дожде осколков он влетел в чью-то квартиру, по случаю, оказавшуюся пустой. Тома этого не планировал. Ему было бы совершенно всё равно, даже окажись она полна людей. Просто трупов стало бы больше.
Тома изогнулся змеёй, отпружинил пружиной, подпрыгнул и прокатился мячиком, гася набранную инерцию. Только после этого сумел подняться и потрясти головой, вытряхивая из волос мелкие осколки.
«Ты не победишь его! Беги! Спасайся!!» — вот что орал мальчику Страх в тот момент, когда «робот» отключился. И Тома послушался Страха. Не «робота» же слушаться? «Робот» ничего не говорит, «робот» действует.
Вообще, удивительно, насколько быстро могут работать мозги, когда их подстёгивает страх, а сзади тянет жареным от собственного подгорающего хвоста.
Встав на ноги и вытряхнув осколки из волос, Тома поправил очки на переносице — модель, разработанная для фритрейсеров и паркурщиков с честью выдержала прошедшее испытание, не слетев, не разбившись и не потерявшись. Даже коннект с остальными устройствами ни разу за бой не потеялся.