Следующая ступень (СИ)
— Не хочешь? — тихо, на контрасте с предыдущей своей вспышкой, переспросила она.
— Не хочу, — ответил он. — Я Обычный Японский Школьник! Я не хочу убивать. И не хочу умирать. Я хочу свою нормальную, счастливую школьную жизнь! — теперь уже не сдержал эмоций Тома, повысив голос и выдав это с ожесточением, с раздражением, что копилось всё это время. — А ещё, хочу понять, что с нами сделали, и зачем?
— В каком смысле «сделали»? — переспросила Кобаяси.
— А ты не заметила? Не обратила внимания, что «проснулась» в пустой квартире уже другой? — задал вопрос Тома.
— Конечно, другой! — ответила Кобаяси. — Как бы я осталась прежней после изнасилования и убийства?!
— То есть, это насильник научил тебя пользоваться боевым арбалетом и выпрыгивать из окон спиной вперёд используя верёвку для опоры, без страховки? Или это втыкание ножа в тело насильника позволило так быстро освоить «дополненную реальность», что ты ей пользуешься, не задумываясь, на рефлексе, без «зависаний» свойственных всем новичкам? И это только то, что я успел заметить, — Кобаяси замерла и задумалась. Потом уточнила.
— С нами? То есть, ты — тоже?.. — спросила она.
— Ко мне в квартиру, где мы сидели с Момотару-куном и игрались с «прикольной приложухой, найденной им в Даркнете», вломился Игрок-Убийца, бросивший Дзюбею вызов. Мы успели «срисовать» его по подъездной камере… Я бросил ему под ноги провода и облил водой… а потом со страху бил его бокеном, пока он не сломался…
— Убийца?
— Бокен.
— Оу…
— А потом появился Киотский Демон и вырубил меня каким-то транквилизатором. Четыре дня. Четыре дня своей жизни я не помню. Проснулся в пустой квартире. Такой, — закончил Тома. Девочка… Взгляд её изменился. Острым стал. Живым.
— Очччень интересно, — сделала ударение и слегка растянула первое слово она. — А ещё интереснее, что уже несколько минут мы разговариваем по-русски и не испытываем по этому поводу никакого дискомфорта. Ты знал русский, Нагору-кун?
— Знал. Но с пятого на десятое. Вместе с родителями из-за их работы пришлось прожить в Империи.
— А я вот нет, — скорее самой себе сказала Кобаяси. — Даже в школе учила в качестве иностранного — английский.
— Странностью больше, странностью меньше, — пожал плечами Тома. — Всё ещё хочешь, чтобы я выстрелил?
— Нет, — ответила она. — Не хочу. Да и раньше не очень-то хотела. Просто выхода другого не видела.
— «Даже, если вас проглотили, у вас, как минимум, два выхода», — ухмыльнулся Тома.
— Но ведь «дуэль» нельзя отменить. А завершается она лишь со смертью одного из Игроков? Как быть с этим?
— А что такого с этой «дуэлью»? По-моему, никаких «штрафов» она не накладывает. Просто мы раз в час видим местоположение друг друга. Для работы в команде вполне себе удобная фишка, — пожал плечами Тома.
— То есть, предлагаешь просто «забить»? — уточнила девочка, склонив голову к плечу.
— Почему бы и нет? Не напряжный же вариант. Не надо ничего выдумывать, не надо ни за кем бегать, не надо ни от кого прятаться. Просто, не делать ничего. По-моему, не плохо придумал, правда? — улыбнулся Тома.
— Что-о-о-о ж, — протянула девочка, подняв глаза к небу и коснувшись указательным пальцем нижней губы. — Мне такой вариант подходит. Проводишь меня? Или разойдёмся здесь, «как в море корабли»?
— Провожу, — поднял портфели Тома. — Ты где, кстати, живёшь?
— О! Раньше тебя почему-то этот вопрос не интересовал, — развеселилась девочка.
— Естественно, ведь мы оба шли не домой, — хмыкнул и пожал плечами Тома.
— Говори за себя, — подмигнула ему она.
— Хорошо, — не стал спорить он. — Вот только, Кобаяси-тян, мне всё ещё надо посетить своего друга в больнице. Меня не было четыре дня. Я думал, что он умер. И очень хочу убедиться лично в том, что на счёт этого ошибался.
— Ничего не имею против, — пожала плечами девочка. — Так как с жизнью я сегодня уже успела попрощаться, то всё равно не имею никаких планов на ближайшее время. А с тобой, по крайней мере… безопаснее, чем в одиночку. Крутой напарник в Турнире на выживание — очень полезный чит.
— Сложно с этим не согласиться, — ухмыльнулся Тома.
* * *В больнице, в палату к Момотару Дзюбею их не пустили, так как близкими родственниками пациенту они не являлись, а сам он всё ещё находится без сознания. Да ещё и Полиция приставила к нему, как к важному свидетелю, охрану.
Нельзя сказать, что Тома расстроился. В главном ведь он убедился: Момотару действительно жив. Но напрягся. Нагору неприятно царапнуло слово «свидетель», напомнив о том, что на самом деле произошло в его… бывшей его квартире… и о чём может Дзюбей поведать Полиции, когда придёт в себя.
Да и вообще, самому Момотару ведь тоже ни в коем случае нельзя попадать в полицейский участок с его коммуникатором. И это всё грозит проблемами в самом недалёком будущем.
Поэтому Тома сделал пару отметок в Приложении… с недавнего времени, сам для себя, он стал называть его именно так: Приложение. С заглавной буквы. Всё же оно того, по его мнению, достойно.
Сделал пару пометок и поставил несколько оповещений, которые должны сработать и сообщить Томе о моменте, когда Момотару придёт в сознании. Сообщить, и тут же вывести трансляцию с камеры видеонаблюдения, установленной в его палате.
— Что ж, — сложила руки в нижний замочек за спиной девочка и весело прокрутилась на месте, заставив свою школьную юбку приподняться «колоколом», а затем чуть хлестнуть её по бедру после остановки движения. — Твоего друга мы навестили. Теперь куда?
— Провожу тебя до дома, как и обещал, — ответил Тома, который не нашёл причин отказать себе в удовольствии полюбоваться стройными ножками Кобаяси.
— Хороший план, — согласилась девочка. — Так и сделаем. Вот только…
— Что?
— Ты кушать не хочешь? Может, зайдём по пути в кафе? Перекусим? — с весёлой озорной улыбкой спросила она. Вообще, с момента окончания их «серьёзного разговора» на берегу канала, Кобаяси была беззаботно-оживлённой, часто улыбалась, иногда начинала подпрыгивать при ходьбе, проворачивалась на месте, размахивала руками… была в этом искренность, но вместе с тем, чувствовалась и некая лихорадочность что ли?
— Это ещё один пункт из списка «пока я ещё жива»? — хмыкнул Тома.
— Ну, — снова приложила палец к нижней губе она. — Можно и так сказать. Но вообще-то, и правда кушать хочется, — пожала плечами она и весело улыбнулась.
— Не очень люблю пищу из кафе, — поморщился Тома.
— Да? — удивилась и заинтересовалась девочка. — А что же ты ешь? Я вот, живу одна. И довольно часто пользуюсь доставкой из разных кафе, пиццерий, иногда даже балую себя ресторанными блюдами — моя семья богата.
— Я тоже живу один. Но готовлю себе сам. Сам хожу в магазин, сам выбираю продукты, сам из них готовлю. Сам ем. Иногда, угощаю Момотару-куна, когда он забегает ко мне порубиться в какую-нибудь новую, «крутую игруху, зацени, братан!», — улыбнулся Тома, вспомнив своего друга. А затем, опять погрустнел.
— А ты приготовишь мне ужин? — загорелась новой идеей и опять крутанулась на месте Кобаяси.
— Ужин? — удивился Тома.
— Ну, можешь ещё и завтрак, — легко пожала плечами она. — Ты живёшь один, я живу одна. Не вижу проблемы, чтобы тебе заглянуть ко мне в гости. Или пригласить к себе.
— Но…
— Мою репутацию это уже никак не испортит, — снова улыбнулась девочка. Правда, в этот раз несколько слишком весело. По этой улыбке становилось понятно, что тема причиняет ей боль, но при этом, с неким мазахистическим упрямством и бравадой перед самой собой она продолжает раз за разом её касаться. — Поздно портить. Ну так что? Приготовишь?
— В магазин надо зайти, — подумав, решил Тома.
— По пути есть круглосуточный, — снова прокрутилась на одной ножке Кобаяси. Тома пожал плечами.
— Веди.
* * *Глава 36
* * *