Проклятый. Том 2 (СИ)

— Ох, извините, не признал, зрение не то стало, — присмотревшись, наконец, заметил он мой перстень с изображением Жука. — Мухоловкин Иван Иванович, тоже граф.
— Рад знакомству, — протянул руку, которую старик тут же пожал, чем я сразу и воспользовался для более точного анализа его состояния. — Честно, не слышал раньше о вас, как, скорее всего, и вы обо мне. Но, думаю, у нас найдётся довольно много общего.
— Неужели? — скептически выгнул бровь Мухоловкин. — Очень интересно, в чём же?
— В проклятиях, Иван Иванович, в проклятиях, — ухмыльнулся я. — Я ведь вижу, что не только часы у вас необычные.
Мухоловкин тут же напрягся, сурово взглянув на меня и явно не зная, что делать. Вроде бы в этом мире проклятия как таковые не запрещены, даже на службе министерства обороны штатные имеются, что не особо секрет, но всё же наш профиль обычно далеко не в чести. Понимаю его опасения.
— Разрешаю себя проверить, — не отпуская руку своего коллеги, хмыкнул я. — Вижу, вашей квалификации для этого вполне хватает.
— Раз вы так настаиваете, — пробубнил старик, создавая подобие проклятой печати. Техника, конечно, хромает. На обе ноги. Но он хотя бы старается!
Прошло не меньше минуты, прежде чем Мухоловкин, наконец, смог что-то понять, в его глазах появилось узнавание и восхищение.
— Первый проклятый уровень! — ахнул старик. — В таком-то возрасте, удивительно!
— О, друг мой, это только начало, — хохотнул я. — А вот часы тебе рано дали, рано. Я бы подобные и на третьем уровне не стал надевать с такими-то побочками. От смерти они не спасут, только от не самых тяжёлых ранений, а вот лечение заблокируют.
— Да знаю я, — горестно отмахнулся Мухоловкин. — Сам виноват, по молодости надел и вот мучаюсь. Дед так до смерти своей и не простил. Он же мне их готовил как раз на четвёртый уровень, а я возьми да найди раньше времени… Вот так и застрял на втором, уже двадцать лет ни туда, ни сюда.
— А отец что? — заинтересовался я. — Не стал помогать сыну? Или дед запретил?
— Лекарь отец, восьмёрка, — вздохнул Мухоловкин. — Слишком силён, чтобы на проклятия размениваться. Я-то четвёркой был, и то батя долго с дедом спорил, стоит ли оно того…
— Однозначно стоит, — серьёзно сказал я. — Но, только если идти до конца.
— Вот и дед так же мне говорил, — ответил старик. — Я и решил, что до конца пойду, но в тридцать оплошал с этими часами. Так и всё, уже полвека живу, а всего-то двойка. При том, что макров съедаю немерено! Так всё в одно место уходит и там оседает с концами. Меня теперь точно в этих часах и похоронят.
— Сложная ситуация, — признал я. — И терять такой артефакт не с руки, и держать при себе чем дальше, тем сложнее. А в семье, кроме тебя, из проклятых магов никого не осталось, так понимаю?
— Именно так, — вздохнул Мухоловкин. — Как дед говорил, было его трое, проблем бы не возникло.
— Знаю-знаю, — кивнул я. — Правильно он говорил. Жаль, что не дожил.
— Ох, — посмотрев на злосчастные часы, вскрикнул Иван Иванович. — Мне же спешить надо срочно!
— Разрешите, я с вами пройдусь? — пристроившись рядом, спросил его. — Возможно, смогу чем-то помочь.
— Да чем… — всплеснул руками старик. — У нас лечебница тут, скажем так… Весьма специфическая!
— Проклятиями балуетесь? — хохотнул я.
— Да, — серьёзно кивнул Мухоловкин. — В некоторых случаях это единственный метод. С отцом на пару работаем, дополняем друг друга.
— Достойное дело, — отметил я. — Особенно для графа, сами понимаете.
— Ещё как понимаю, — хмыкнул Иван Иванович. — В газеты посмотришь, так всё одни герои да спасатели миров и принцесс, а про честных лекарей, которые просто делают свою работу, обычно ни строчки!
— Так народу же нужно, что называется, хлеба и зрелищ, — пожал я плечами. — А наше с вами дело к этому, будем честны, не слишком располагает. Особенно в мирном ключе.
— Наше с вами? — выгнул бровь Мухоловкин. — Так вы тоже предпочитаете оказывать помощь, а не причинять?
— Предпочитаю действовать по ситуации, — честно признался я. — Но против подобного использования проклятий совершенно ничего не имею и хотел бы вложиться в это дело. Не материально, так физически, как деловой партнёр и действующий специалист.
 
— Да я, в целом-то, не то чтобы против, — задумчиво протянул старик. — Но сразу ничего сказать не могу, уж извините. Я даже банально ещё не видел вас в деле.
— Понимаю и не тороплю, — согласился я. — Разумеется, проклятый уровень, опыт и эффективность мага — это совершенно разные и далеко не всегда взаимно равные вещи. Впрочем, работает в обе стороны.
— В таком случае буду рад, если составите мне компанию, — кивнул Мухоловкин. — Работы у нас… много. Разной и не всегда приятной.
— Таким меня не испугать, — усмехнулся я. — Всё опыт. Лишним не будет!
Так, за разговорами, мы добрались до высокого, в пять этажей, здания лечебницы. Сложно было поверить, что из действующих специалистов здесь работали только два Ивана. На первом этаже располагалась приёмная с несколькими кабинетами и помещениями для персонала. Всё же медсёстры и несколько лекарей уровнем попроще здесь тоже имелись.
Второй этаж был по большей части предназначен для людей с обычными, но крайне тяжёлыми и/или неприятными травмами. Преимущественно там работал старший Иван, при необходимости обращаясь к младшему.
Следующие два этажа полностью заняты палатами для людей с «проклятыми осложнениями». Там уже работал в основном мой новый знакомый при поддержке штатных лекарей не самого высокого уровня.
Последний же этаж был для самых тяжёлых случаев. Именно туда мы сейчас и направлялись, пока младший Мухоловкин рассказывал мне всё это. И, должен признать, внутри лечебница действительно производила впечатление солидного заведения. Сразу видно, частная клиника для людей с достатком.
Поднявшись на пятый этаж, мы услышали пронзительный женский плач, переходящий в настоящую истерику. Ощутив эту сирену, мой новый знакомый тихо выругался и поспешил в открытую палату, где уже находился его отец, пытающийся успокоить пациентку.
Два Ивана, стоит отметить, оказались настолько похожими друг на друга, что отличить их можно было разве что по часам. Буквально. У старшего — серебряные, у младшего — те самые золотые. Не знаю, специально ли отец так подколол сына, но смотрелось это действительно иронично.
В палате же происходило нечто странное даже для меня. Женщина, явно аристократка, зрелая и весьма привлекательная на вид… боялась. Ругалась, кусалась, била своими маленькими, но острыми кулачками старшего Мухоловкина и плакала. А уж когда нас в палате оказалось трое, она и вовсе едва не потеряла сознание от ужаса.
— Ну-ну, тихо, Жанна. Всё хорошо, — ласково обратился к девушке младший Иван. Взяв за руку, он явно пытался сбить её панику, но получалось откровенно плохо. — Я рядом, это я, всё хорошо…
Пока на меня не обращали внимания, я наложил на несчастную свою проклятую метку, анализируя её состояние. Как и думал, «постоянный» тип, паническая атака при виде мужчин. Кому же эта девушка, интересно, так насолила? Впрочем, это не столь важно. Для демонстрации своего опыта как раз подойдёт, а то что-то младший Иван уже несколько минут пыхтит без особого результата.
— Коллега, позвольте мне? — подойдя к несчастной, не дожидаясь разрешения Иванов, взял я её за руку. — Сейчас всё закончится.
Конечно, снять нечто подобное даже у меня не получится одним лишь касанием, но вот временно приглушить эффект — вполне. Ещё не являясь как таковым проклятым магом, я вполне успешно снимал проклятия ненамного слабее, а сейчас подобный уровень для меня уже не был такой уж серьёзной проблемой.
Мухоловкины даже не успели высказать мне претензии, как всё было готово. Пациентка успокоилась и пыталась понять, что происходит, растерянно осматривая нас.
— Это вы сейчас сделали? — на удивление точно определив, кто поспособствовал улучшению её состояния, строго уточнила девушка. — Назовите себя.