Подарок Байкера (ЛП)

— Ты совершаешь ужасную ошибку.
Я слышала, как Грим разговаривал с Кислотой, а затем услышала драку, но я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме безумных глаз Боди. Только что он смотрел на Гектора со злобной ненавистью, от которой у меня скрутило живот, а в следующий момент он рванул вперед так быстро, что я моргнула и пропустила весь его подход. Я отползла от окна, когда Гектор отпустил меня, а Боди прижал Гектора к стене.
— Кто ты?
— Я Гектор.
Руки Боди сжались вокруг горла Гектора, когда я почувствовала, как чья-то рука сжала мою лодыжку. Закричав, я обернулась и обнаружила, что Зук тянет меня к себе с решительной усмешкой. Пиная его ногами, мне удалось освободиться, но я не смогла полностью отбиться от него. Он быстро оказался надо мной, его рука опустилась на мою щеку так сильно, что, когда она соприкоснулась, у меня зазвенело в ушах, кровь пульсировала в голове, заставляя мое тело ослабеть, а зрение затуманиться.
Сквозь мой дезориентированный взгляд я услышала крик Боди, а затем еще одну драку, прежде чем Гектор вскрикнул, и за окном послышался громкий стук, когда что-то тяжелое упало на землю. Драка вокруг меня становилась все более ожесточенной, и я услышала звуки, подтверждающие удары кулаков по телам и несколько выстрелов. Крики ужаса и ярости смешивались с воплями чистого ужаса. Одна закончилась забавным булькающим звуком за несколько секунд до того, как рядом со мной на землю упало тело. Безжизненные глаза Зука уставились в белый потрескавшийся потолок.
Оглядев внезапно притихшую комнату, я ахнула.
Ведущие "Королевские ублюдки" были единственными мужчинами, которые еще держались. Каждый из байкеров встал перед своим врагом, разжимая кулаки, когда в комнату ворвался вихревой ветер. Полная противоположность тому, что я ожидала, воздух был обжигающе горячим и наполненным затяжным пламенем, которое мерцало вверх и вниз по их рукам, совсем как поездка дьявола на мотоциклах в пустыне. Поднимаясь сквозь мертвые тела Кислоты, Зука, Чувака и нескольких других, появилась пленочная версия их духа или души.
Мой рот широко открылся, когда я наблюдала, как души этих скорпионов кричат от безмолвной боли. Их выражения агонии и пыток были почти невыносимы, для свидетелей. Моя голова пульсировала, когда я быстро моргала и смотрела с недоверием. Каждый из королевских ублюдков, казалось, держал косу или серп, которые мерцали на свету, не совсем реальные, но и не мираж. У меня было отчетливое ощущение, что при желании они могли бы уничтожить эти души, и души исчезли бы навсегда.
Это не то, что произошло.
Души были собраны в небольшую группу, когда Жнецы двинулись как один. Бросив свои косы на землю, каждый из них издал примитивный боевой клич и бросился вперед, разрывая паутинку духов со злобным и восхищенным рычанием. Души оказались сотнями кусочков, дрейфующих в воздухе, как будто кто-то разорвал пушистый ватный шарик и окунул его в светло-голубой блеск.
Земля под нашими ногами загрохотала, когда в центре комнаты открылась огромная трещина. Я прижалась спиной к стене, ища Триш, но она была без сознания, Грим стоял на страже перед ней, его глаза были сосредоточены на шипящих звуках и ревущем пламени, которые вырывались из-под земли. Я смутно осознала, что Боди двинулся в мою сторону, когда разорванные части душ Скорпионов были собраны порывом горячего воздуха и засосаны в трещину. Через несколько секунд ничего не осталось. Дыра начала медленно закрываться, когда я почувствовала, как Боди заключил мое слабое тело в свои объятия.
— Я держу тебя, Саша.
Теплые, мягкие губы прижались к моей поврежденной щеке, когда он прижал меня крепче.
— Я всегда буду защищать тебя.
Глаза дрожали от усталости и сочетания травм, я позволила им закрыться, когда темнота окутала меня нежными и успокаивающими объятиями.
— Не волнуйся, милая. Мы едем домой.
Боди
Саша почти ничего не говорила с тех пор, как мы вернулись в Перекресток. Прошло два дня, и за это время мы почти не разговаривали. Я уступил свою комнату ей и Триш в качестве предложения мира, а также для того, чтобы Грим не терял самообладания. Триш тоже с ним не разговаривала. Тишина убивала нас обоих.
 
Почти половина скорпионов была уничтожена во время нашей атаки, но значительная часть скрывалась в их клубном доме, а другие запускали производство на своих других складах. Я не был настолько глуп, чтобы думать, что мы нанесли большой ущерб, поскольку у Скорпионов были отделения по всей стране, как и у нас. Их было нелегко победить.
Но это была проблема для другого дня.
Только когда Саша и Триш вышли из комнаты позже, с багажом, я начал понимать, что происходит. Грим стоял рядом со мной, такой злой, что не произнес ни слова, когда такси остановилось перед Перекрестком.
Триш наконец подошла к Гриму со слезами на глазах, которые она изо всех сил старалась не пролить.
— Я должна идти, Грим.
Он кивнул, сжав кулаки по бокам.
— Я не могу остаться. Я не… — она запнулась, положив руку ему на плечо. — Эта жизнь не для меня.
Ему удалось прочистить горло достаточно, чтобы заговорить.
— Я понимаю, Триш. Я желаю тебе всего наилучшего.
— И я тебе.
Он не спросил, куда она собирается, и она не сказала, когда наклонилась и обняла его за талию, прежде чем взять свой чемодан и пойти к двери. Саша колебалась, когда наши глаза встретились.
Пожалуйста, не оставляй меня, подумал я.
Отчаянные, невысказанные слова болезненно застряли у меня в горле. Я без сомнения знал, что влюбился в сексуальную, самоуверенную брюнетку, смотрящую на меня с неуверенностью в ее глубоких зеленых глазах. Саша была единственной женщиной в этом мире, за которую стоило бороться. Она была личностью. Моей единственной. Другая половина моего целого. Весь мой мир перевернулся с того момента, как мы встретились. Я бы сделал все, чтобы удержать ее в своей жизни. Все, что угодно, лишь бы доказать, что она была моей.
Саша была моим светом во тьме.
Моим искушением.
Глухим ударом моего холодного, мертвого черного сердца.
Подарком, о котором я и не мечтал.
Причиной, по которой такой сварливый, испорченный байкер, как я, заслужил второй шанс на любовь.
Не в силах говорить, я поднял руку в ее направлении, и она не моргнула, не колебалась, не остановилась ни на секунду, когда вложила свою ладонь в мою. Мы стояли там, два человека, отчаявшихся и жаждущих связи, когда я притянул ее ближе, пока она не оказалась в моих объятиях.
Тихий вздох сорвался с ее губ, когда я обнял ее крепче.
— Не уходи, — наконец прошептал я, приподнимая ее подбородок. — Останься. Будь моим рождественским желанием.
Это было чертовски глупо, но я мог еще сказать.
— Твоим желанием? — Спросила она, ее пухлые губы изогнулись в сексуальной усмешке.
— Ну или праздничным подарком, — подразнил я. — Чтобы я мог медленно развернуть тебя и насладиться каждым дюймом твоей кожи, прежде чем показать тебе, как сильно ты мне нужна.
— Позволь мне сначала попрощаться с Триш.
Я неохотно отпустил ее, наблюдая, как она проходит через двери Перекрестка, и мое сердце чуть не пропустило удар.
— Я рад за тебя. — Грим хлопнул меня по спине, и я понял, что забыл о его присутствии. — Не принимай ни единого момента как должное, брат. Такая женщина редкая находка.
— Я знаю, — признал я. — Я не буду.
Моему президенту было больно. У меня не было слов, чтобы облегчить его боль.
— Прости, Грим.
— Не стоит, — ответил он с натянутой улыбкой. — Может быть, когда-нибудь я найду то, что у тебя есть, и тогда все это будет стоить того.
Он ушел, прежде чем я смог ответить.
— Я надеюсь на это, — прошептал я, наблюдая, как президент "Королевских ублюдков" с каждым днем взваливает на себя все большее бремя, и это начинает сказываться. — Я действительно надеюсь.
Глава 16 — Боди
Моя кожа вспотела под этим дурацким костюмом, когда я отодвинул ткань от груди и нахмурился.