Зажечь звезду

Нас это более чем устраивало.
– Надеюсь, наши дамы ничего сегодня не учудят, – пробормотала Этна, отстраненно разглядывая содержимое белой чашки с логотипом отеля. Я даже не выдержала и тоже заглянула, но лишь плечами пожала – кофе как кофе, обычный эспрессо. Даже не погадаешь – гущи нет. – Спать охота… И никаких прогулок с утра. Без меня, по-любому.
– Рассвет встречать на пляж и я больше не пойду. Отправимся в девять часов, как все нормальные люди, – поддакнула я, массируя виски. Усталость давила – почти как нечто материальное, вроде тугой повязки на голове. В ушах звучали гитарные аккорды, смешавшиеся с плеском волн.
  
«Найта… Не слушай её».
«…Такая красивая музыка, Ксиль. Такое чувство, что она уже играет внутри меня».
«Забудь о ней».
«Такая музыка…»
Он улыбается и склоняется близко-близко к моему уху:
«Если хочешь музыки – слушай мою».
Утро прошло как в тумане. Я постоянно ощущала тревогу, но не могла определить её причину, и от этого чувствовала себя ужасно уязвимой. Хотелось действий. Всё равно каких – лишь бы не сидеть сложа руки.
В то же время, несмотря на разгорающееся нетерпение, заниматься реальной работой я не могла. Учебники валились из рук, вместо конспектов выходили какие-то дурацкие шифровки с рисунками. Часто я ловила себя на том, что не слушаю болтовню Этны и Сианны, рассказывающей о своем парне, или пропускаю мимо ушей нотации сестер Блиц.
– Эй, Найта, ты вообще с нами? – беззлобно толкнула меня Этна, когда я в очередной раз выпала из разговора.
– А что?
Я с опаской покосилась на подругу, с энтузиазмом уплетающую завтрак, словно это и не она утром целый час распространялась на тему диет и правильного питания.
– Ничего, – широко ухмыльнулась она. – Так, спросить кое о чём хотела… Ты сегодня так улыбалась во сне, что тебя будить было жалко. Что-то хорошее снилось?
Я задумалась:
– Наверно. Я не помню. Кажется, песня…
Этна беззаботно рассмеялась, а вот Сианна выглядела обеспокоенной. У неё даже глаза потемнели:
– Тебя так впечатлила та певица?
– Нет, – покачала я головой. – Это была не она. Вроде бы голос снился мужской…
– Ага. Сирен, значит, – опять хихикнула Этна легкомысленно.
Я не ответила. Меня преследовало странное чувство – будто нужно вспомнить нечто важное, а вот что… И на море всё время тянуло, как магнитом.
Сны по-прежнему не задерживались в памяти. Оставалось только смутное ощущение – как с песней сегодня. Говорят, психологи в таких случаях рекомендуют заводить отдельные тетради и скрупулезно записывать в них сновидения. Попробовать, что ли?
И ещё одно происшествие в копилку тревожных странностей… Вчера, когда мы возвращались с пляжа, в какую-то секунду я очень четко ощутила присутствие постороннего. Шакаи-ар. Аура его была смазанной и обезличенной, как при неумелой или небрежной маскировке, но определенно шакарской. Интересно, что делает шакаи-ар на человеческом курорте? Вряд ли загар обновляет…
– Эй, о чем опять задумалась? О парнях, надеюсь? – многозначительно протянула Этна.
Быстро же она пришла в себя. Словно и не было никакого загадочного трупа. Мне бы такие стальные нервы!
– Кто о чём, а лысый о расчёске, – вяло огрызнулась я и искоса взглянула на Сианну. Та увлеклась десертом и, казалось, не обращала внимания на наш с Этной разговор. И я решилась. Как можно более непринужденным тоном начала: – Слушай, Этна, а вчера вечером у аллеи ты не видела никого посто…
Монотонный гул голосов в обеденном зале вспорол дикий, вибрирующий вопль, донесшийся откуда-то снаружи. Я вскочила на ноги, опрокидывая кресло; стол качнулся, бутылка с кетчупом опрокинулась, и на скатерти расцвели алые пятна. Этна почти зеркально повторила моё движение – разве что не уронила ничего. В рыжих волосах вспыхнули багровые колдовские искры.
– Парк, – одними губами обозначила слово она.
Я кивнула. Парк, который располагался прямо за пляжем… Похоже на правду. Не сговариваясь, мы с Этной выскочили из столовой и, срезая углы, понеслись к источнику звука. Я только и успела ляпнуть оправдание для Сианны: «Подожди здесь, мы в туалет, скоро вернёмся», и услышать в ответ удивленное: «Обе одновременно?!»
Впрочем, не стоило так торопиться. Нужное место можно было определить за километр. На неприметном пятачке возле можжевеловой оградки собралась целая толпа. Мы с Этной притормозили, перешли на спокойный, размеренный шаг и незаметно влились в ряды любопытствующих.
«А место и впрямь милое, уютное такое… – подумалось мне. – Живая изгородь, фонтан, девушка наклонилась попить. Ещё упадёт, ишь, как перегнулась. И чего ради поднимали крик?»
Последние слова я произнесла и вслух.
– Смотри левее, – побелевшая Этна дернула меня за рукав. Я послушно последовала её совету… и резко зажмурилась.
Труп. Исполосованный едва ли не в лапшу. И у самого фонтана, на траве…
– П-пошли отсюда, – заикаясь, пробормотала я и попятилась. Привычная мантра, что ученице целителя нельзя терять сознание при виде трупов, отчего-то не помогала. Словно на самом деле я видела не обычные трупы, а что-то более отвратительное, полностью выпадающее из реальности.
Колдовские нити вибрировали с низким, опасным звуком.
– Куда идём?
– В номер. Мне прилечь надо…
К счастью, сестры Блиц отправились прогревать косточки на пляж, и никто не мог помешать Этне использовать магию для того, чтобы быстро прибраться в номере и остудить воздух. А в холодильнике обнаружился томатный сок… Спасибо запасливой Сианне. Когда желудок к горлу подкатывает – самое то. И без всякого колдовства.
– Ты это видела? – вяло спросила меня Этна с соседней кровати. Похоже, худо было не только мне, но подруга до последнего момента скрывала своё состояние.
Ну да, конечно. Ей должно ещё тяжелее быть, она-то на вскрытиях никогда не присутствовала… Бездна, да отчего же мне так плохо? Когда мы с Ксилем столкнулись с отрядом инквизиции, я не валилась с ног от ужаса пополам с отвращением. Хотя трупов тогда было достаточно. Более чем.
– Ещё бы. И вряд ли теперь забуду.
– И что думаешь?
– Думаю, что у нас большие проблемы. Как и у всех постояльцев отеля. Один случай – ничего, но два… Уже закономерность.
– Это не мог быть человек, – прошептала я, ловя ртом прохладный воздух. С заклинанием Этна перестаралась, сейчас в комнате было около десяти градусов тепла, но ошибка пришлась кстати. Ужас постепенно выветривался. – Разве что он вдохновился примером незабвенного обгорелого маньяка из заокеанского ужастика и примотал к пальцам лезвия. И всё равно, так искромсать тело… Но меня больше беспокоит другое. Вернее, другая.
Этна перекатилась по кровати и уставилась на меня мутными глазищами. Кажется, она потихоньку начала приходить в себя – если не физически, то хотя бы умственно.
– Что ты имеешь в виду?
Я прикрыла глаза, стараясь получше припомнить злополучную картинку, фрагменты которой и так стояли у меня перед глазами. Газон, фонтан, сумочка… Газон, фонтан, сумочка… и…
– Та девушка. Она тоже была мертва… И, заметь, парень исполосован в ошмётки, а на ней ни царапины. Похоже, девушку просто утопили в фонтане. Может, она свидетель? Даже не знаю…
Этна надолго замолчала, обдумывая сведения, вспоминая и анализируя. Я почти видела, как в голове у неё всё раскладывается по полочкам. У меня-то с логическим анализом всегда было не очень, а вот Этна часто выдавала очень разумные и взвешенные решения, даже когда данных не хватало.
  
А значит, я могла сейчас просто расслабиться и подождать.
– Итак, что мы имеем на данный момент? – задумчиво проговорила она спустя несколько минут. – Три трупа. Всех прикончили по-разному, но недалеко от моря.
– Тут везде море недалеко.
– Допустим. Ладно, недалеко от воды. Из того, что объединяет… У того первого толстяка и мужчины из парка – предположительно раны от когтей. Кроме того, девушка утонула в фонтане, причем в воде была только голова, как и у толстяка. Все были убиты ночью.