Зажечь звезду
На фоне этого мелкие домашние неприятности и душевные терзания отошли на второй план. А потом я вернулась в Зелёный… и пошло-поехало.
После пяти месяцев, проведённых под крылышком Дэриэлла, в тиши и царственном спокойствии Кентал Савал, шумный человеческий город с его давкой и суетой ворвался в мою душу предчувствием карнавала. Первое время, каюсь, я шарахалась от автомобилей и навязчивых консультантов в торговых центрах, но потом заново пообтёрлась, привыкла и даже осознала, что всё это время скучала по людской толкотне на улицах. В немалой степени этому поспособствовали старания подруг, вытаскивавших меня «в общество» при первой же возможности. Честно говоря, до моего отъезда в Академию и Кентал Савал мы редко собирались всей компанией, разве что на пикники да по большим праздникам. А в последнее время, даже направляясь в магазин за новыми джинсами, вызванивали друг друга и сбивались в стайку. То ли «связь звезды» действовала, то ли долгая разлука – не знаю… Но меньше, чем втроём, мы уже не ходили.
Вот и сейчас компанию Джайян, озаботившейся наконец выбором университета, составили мы с Айне. Четвёртым прибился пофигистичного вида маг аллийских кровей, приходящийся нашей мастерице ветров то ли парнем, то ли близким другом – так с ходу и не разберёшь. Знакомы с ним мы были давно, пожалуй, уже года четыре. Представляясь впервые, маг невнятно пробурчал длинное имя, что-то вроде «Пассер Ди Иллигерус», и тут же предложил не морочиться и звать его просто Птицей – с детства, мол, прозвище, уже привык. Обаятельно улыбнулся – так, что нельзя не улыбнуться в ответ, сунул большие пальцы в карманы джинсов и пристроился справа от Джайян незаметной тенью, нисколько не напрягая нашу девчачью компанию своим присутствием.
Выбор университета – дело утомительное, особенно в таком месте, как Ежегодная ярмарка образования в Золотой столице. Под проведение этого масштабного мероприятия отвели выставочный центр в западном округе. На четырёх этажах разместились представители институтов и университетов из обеих столиц и всех мало-мальски значимых городов, учебных центров, курсов всего-о-чем-только-можно-мечтать, колледжей и академий. Акулы и акулята от образовательной индустрии суетились, зазывали на тесты, раздавали листовки и солидно гнусавили у стендов о благах, ожидающих абитуриента, если он прибьётся именно под их кров. Потом Джайян, с азартным видом метавшаяся по залам, надолго застряла у стола Медицинского университета, почтительно внимая немолодому мужчине в белом халате. Мы с Айне понимающе переглянулись и отправились прогуляться, оставив её на попечение Птицы.
Через полчаса мы обошли весь первый этаж и поднялись на второй. Я шутки ради набрала целую кипу листовок и теперь с интересом их рассматривала, пытаясь выстроить на руинах радостных обещаний картину реального процесса обучения. Получалось плохо. Айне, перехватившая у меня половину стопки, занималась тем же самым, судя по выражению лица – гораздо более успешно. Конечно, она же происходила из человеческой семьи, наверняка ей родители рассказывали о бурной юности, проведённой за партой. Вот пророчица мельком проглядела яркую рекламку экономического отделения, взялась за следующую… и замерла.
Сила внутри меня шевельнулась горячим комком, реагируя на вспышку одного из лучей. Ощущение мгновенной мобилизации – вот что это было. Словно мышцы разом напряглись и тут же расслабились.
Я нехотя подняла голову. Пророчица смотрела сквозь меня фирменным тяжёлым взглядом. Мне это не сулило ничего хорошего.
– Нет, Айне. Что бы ты ни видела, я не буду в это ввязываться. И не надейся, – как можно твёрже сказала я. Приключений мне за последний год с лихвой хватило.
Не говоря ни слова, пророчица слезла со стула, где она до этого с комфортом сидела, поджав одну ногу, и поволокла меня через толчею вниз, на первый этаж.
– Айне, ты с ума сошла?!
Ноль внимания. На ладони, в которую вцепилась пророчица, наверняка останется отпечаток ногтей – так сильно впиваются пальцы. Да что же она увидела такого, что заставляет её так нервничать? И, что самое непонятное, – действовать?
– Ты мне объяснишь или нет?
– Поздно, – с выражением лица «ты вляпалась» вздохнула Айне, становясь прежней собой. – Пришли уже.
С этими словами моя так называемая подруга грубо толкнула меня в спину и захлопнула дверь.
Я оказалась в небольшой комнатке, уставленной столами. Все они, кроме одного, были заняты старательно строчащими что-то в анкетах юношами и девушками.
– Вот и последняя соискательница. Вовремя, – с сильным акцентом проговорила женщина в синем бархатном костюме. – Прошу вас, займите своё место.
Я послушно плюхнулась на место, недоумевая, зачем понадобилось Айне пристраивать меня за этот тест. Можно подумать, я пойду учиться в человеческий университет! Нет уж, мне Академия до сих пор по ночам в кошмарах снится… Так, посмотрим, что тут у нас… Кажется, иностранный язык. Островной. Хм, я его не знала, но вот Элен, кажется, прекрасно говорила на этом самом распространённом в современном мире наречии. Язык бизнеса и дипломатии, науки и культуры… Ха. Пользоваться шпаргалками, конечно, нельзя, но про память матерей никто ничего не говорил, верно?
Тест я прошла дольно быстро, небрежно заполнила анкету с личными данными, накатала стандартную отписку на вопрос «а почему именно вы должны получить главный приз?» (что за приз такой, кстати?), сдала документы иностранке в синем костюме и отправилась отлавливать пророчицу-интриганку.
К моему величайшему разочарованию, Айне успела удрать с ярмарки, предупредив Птицу о мифических срочных делах. На мои расспросы маг только виновато улыбнулся и, небрежно взъерошив коротко остриженные волосы, предложил поискать её дома. Я поблагодарила, попрощалась и последовала его совету.
Айне как сквозь землю провалилась.
Удивлённая и разозлённая, я почти решилась на магический поиск, когда через несколько дней на наш адрес пришло письмо из Центра изучения иностранных языков с уведомлением о том, что мне посчастливилось выиграть конкурс на поездку по обмену в заокеанскую школу. На конверте размашистой рукой Айне было начёркано:
«Удачи, Найта. Не подведи».
Я дважды перечитала надпись и поняла, что отвертеться не получится. Глубоко вдохнула, успокаиваясь, и отправилась объяснять маме, что в конце августа снова покидаю родной дом.
Надеюсь, рекомендация пророчицы окажется достаточно убедительной причиной…
Никогда не забуду этот перелёт над океаном. Почти четырнадцать часов провести в воздухе, в замкнутом пространстве авиалайнера, с невозможностью создать хоть какую-то иллюзию уединения… Честно говоря, я вздохнула с облегчением, когда самолёт приземлился и можно было наконец встать и размять ноги.
Конечно, воздушным транспортом дело не ограничилось. Пришлось садиться в машину, вновь поджимая затёкшие ноги, и терпеливо ждать, когда автомобиль прибудет к месту назначения. Городок, где располагалась новая школа, был более чем провинциальным. Лишь тридцать пятый по величине округ страны (до сих пор никак не могла отучиться называть её Заокеанией на равейновский манер), графство Короля-и-Королевы, городок Роща Белых Акаций – таков был теперь мой адрес. Пункт назначения – старшая школа имени Святого Джеймса, видимо, единственное учебное заведение, не сумевшее отвязаться от программы «студенты по обмену».
По дороге мой болтливый проводник, по иронии судьбы носивший имя Джейми Сайнта, успел поведать, что жить я буду в семье владельца пекарни и его супруги, попечительницы школьного совета, что фамилия их Грэймены, что в семье трое детей, но старшая дочь в прошлом году поступила в столичный колледж и навещает родителей только по большим праздникам… Во время подробного рассказа о младшей дочке, Элизбет, я ещё как-то проявляла вежливый интерес, но когда господин Сайнт, энергично жестикулируя свободной рукой, перешёл к описанию мерзопакостного характера единственного сына семейства Грэймен, Ричарда, я с откровенно скучающим вздохом уставилась в окно.