Зажечь звезду

– Приятно познакомиться, о прекраснейшая, – шаркнул ногой Адриэл и с ослепительной улыбкой принял из моих рук флакончик. – Благодарю за подарок. А что это за штука-то такая? – добавил он уже нормальным голосом, с прищуром рассматривая зелье.
Я наклонилась к самому уху и нарочито громко прошептала:
– Приворотная настойка. Универсальная, средней степени воздействия. По аллийскому рецепту. По одной капле в бокал себе и предмету обожания.
  
Студенты переглянулись и дружно заржали.
– Круто! Обязательно на ком-нибудь испытаю, – хлопнул меня по плечу Адриэл так, что я аж присела. Это «на ком-нибудь» прозвучало очень пакостно, почему-то сразу представились не милые, недосягаемые девушки, а какие-нибудь злобные преподаватели или каверзные одногруппники. Ох, чувствую, скоро в Академии станет весело… Впрочем, пусть себе балуется, всё равно такие зелья быстро выветриваются.
А на равейн, к счастью, не действуют вообще. Как и прочая любовная магия.
Сама вечеринка, похоже, не отличалась от сотен других, знакомых по описаниям Феникс и Джайян, а также десяткам молодежных фильмов. Наспех порубленные салаты, сладкое, запретный, но такой притягательный для несовершеннолетних алкоголь, громкая музыка и постоянное перемешивание группок людей. Адриэл вывел меня на середину комнаты и проорал:
– Знакомьтесь, это Найта, она равейна! Типа всем любить, не обижать, грязные стаканы не подсовывать!
На мгновение я оказалась под прицелом трёх десятков пристальных взглядов, а потом гости Адриэла вернулись к прерванным делам – или сделали вид, что вернулись. Кое-кто из парней всерьёз мной заинтересовался, но подходить пока не решился ни один. И слава всем богам… Так что круг моего общения пока ограничивался белобрысым Валмиром, именинником-Адриэлом и его девушкой, Моникой. Я рассказывала им небылицы про равейн, уплетала салаты, уже давно плавающие в овощном соке, вежливо отказывалась от выпивки и слушала студенческие байки. Время от времени взгляд возвращался к большим часам над дверью: когда там появится Рэмерт?
– …Короче, это кошмар натуральный, он всё время на экзамене валит, – закончил жаловаться на преподавателя по алхимии Валь. Я поспешила воспользоваться случаем и перевести разговор на Мэйсона:
– Я смотрю, у вас преподы такие жуткие, что лучше мне сразу повеситься, чем на экзамены приходить… А этот, который меня сегодня провожал, он тоже валит?
– Мэйсон, что ли? А зачем это тебе? – весело поинтересовался Адриэл и заржал, как конь: – Наш декан если и валит девушек, то только на кровать!
Ох, чего мне только стоило не покраснеть!
– Чтобы меня зачислили окончательно, нужно проект подготовить. А куратор проекта как раз Мэйсон, – посетовала я, опуская глаза. – С ним вообще, по-моему, невозможно общаться. Не поймешь, где шутит, где издевается, а где серьёзно говорит.
– Да, Мэйсон, он такой, – манерно хихикнула Мон. Меня эта девица чем-то неуловимо раздражала – то ли молчаливой, но очевидной завистью, то ли доведённой до абсурда легкомысленностью. – Ты по-крупному попала.
– Да ну тебя, Мон, – отмахнулся Валь и продолжил уже серьёзно: – Не слушай, Найта. У Мон зуб на него, он её на первом курсе жёстко отшил, так она до сих пор забыть не может. Мэйсон – он, конечно, язва и бабник, но в принципе нормальный человек. Самый вменяемый из преподов. На наши тусовки регулярно ходит и ещё не разу не стучал насчёт выпивки. Валить специально не будет. А с проектом – наверняка поможет по-настоящему, не для галочки. Но поиздеваться он любит, это точно.
– Хорошо, если так. Главное, чтобы помог, а на словах пусть изгаляется, как может, – пожала я плечами. После третьей порции салата, когда голод слегка приглушился, настроение у меня стало философским.
Мэйсон и вправду появился на вечеринке ближе к часу. Зашёл без стука, кивнул в ответ на приветствия и принялся оглядывать толпу, выискивая кого-то. Когда его взгляд остановился на мне, то…
– Мать моя женщина, да чтоб я сдох!
– Добрый вечер, – кокетливо улыбнулась я в ответ. В отличие от подаренного Адриэлу приворота, мой был направленного действия, только для одного человека. Остальные его действие ощущали слабо.
– А… – Рэмерт всё никак не мог отдышаться. На смуглой коже проступил румянец – пожалуй, скорее болезненный, нежели милый. Мне даже стало немного стыдно за свои действия. – А это точно ты?
– Разумеется, Рэм.
Да уж, вряд ли можно было узнать во мне то мрачное, пугливое существо в джинсах. Коротенькая юбочка от Феникс, водолазка из мягкой шерсти, распущенные волосы до пояса – длину я уже давно вернула, спасибо Элен – и, как завершение, адресный приворот.
Как говорится, бойтесь – мечты сбываются. Хотел увидеть ножки? Пусть смотрит. Принудительно.
– Видите ли, Рэмерт… я передумала одалживать вам юбку, – нарочито сладким голосом протянула я. Голову кружило чувство вседозволенности – опасный побочный эффект магического очарования. Некромант отвел глаза и отчего-то сдвинул колени, хотя до этого сидел весьма развязно. Ничего, несмотря на сногсшибательный эффект, приворотное заклинание выветривалось довольно быстро. Ещё минут пять, и он уже соображать начнет.
Мэйсон пришел в себя даже быстрее.
– Беру свои советы обратно. – Некромант забросил ногу на ногу и расслабленно откинулся на спинку дивана. Ухмылка его вышла довольно жалкой, но вполне ехидной. – Комиссия была бы этого недостойна.
– Квиты? – улыбнулась я и потянула за ниточку заклинания, распуская его окончательно. И так шутка затянулась.
– Пожалуй.
Рэмерт хмыкнул и закурил сигарету. Я села рядом, сложив ручки на коленях с видом заправской отличницы.
– Как вечеринка? – небрежно, с потаённой гордостью спросил некромант, словно пресловутая вечеринка была исключительно его заслугой.
– Нормально. Но откровенно говоря, только ради вас я сюда и пришла… Надо же начать обсуждать проект? – ответила я уже нормальным тоном.
– Да чего там обсуждать… – Рэмерт глубоко затянулся и выдохнул облако дыма, быстро растворившегося в прокуренной атмосфере комнаты. – Вот тебе мое честное профессорское мнение: ничего не выйдет. Забудь.
Я вздрогнула:
– Почему?
– Потому что, – отрезал он. – Как ты думаешь, сколько человек уже ломали голову над этим вопросом? И никто ещё и близко не подошел к разгадке состава солнечного яда. Ты в курсе, что он действует только на шакаи-ар? Все остальные расы, даже весьма чувствительные к ядам люди, с лёгкостью примут стакан солнечного яда за порцию подсоленного сока. И без малейших последствий для здоровья! Для аллийцев то, что мы называем «солнечным ядом», вообще редкий эликсир с тонизирующим эффектом…
– Рэмерт, я знаю это. – Я проникновенно заглянула ему в глаза. – Не такая уж я «неучёная равейна». Все сведения о «светлой крови», которые можно найти в открытом доступе, я уже изучила.
– Я понимаю, что у тебя серьёзный подход, но это вряд ли…
– Кроме того, у меня есть ниточка. Ритуал «тьма избавления». Тот шакаи-ар, который хотел принести меня в жертву, был уверен, что он сработает. Если Кси… он не ошибался, то придётся только привязать характеристики ритуала к зелью, подобрать аналогичные по воздействию энергии и компоненты. Тёмная кровь у нас уже есть, – и я выразительно повертела перед носом некроманта собственным запястьем.
– А если твои выводы неверны, то что тогда? Ты об этом подумала? Есть другие версии? – без излишнего нажима, но настойчиво поинтересовался некромант.
Я глубоко вдохнула, заставляя себя успокоиться. Тише, тише, Нэй. Маме это было доказать гораздо сложнее, но ты же справилась, да?
  
– У меня есть ещё пара запасных вариантов, – наконец выдала я уклончивое и не удержалась от вопроса: – Но если вы не доверяете мне, зачем взялись руководить заведомо провальным проектом?
– Да потому что пожалел тебя, дурочку такую! – Рэмерт доверительно положил мне руку на плечо, и я шарахнулась:
– Не надо. На нас уже странно смотрят.
Действительно, часть студентов не на шутку заинтересовалась разговором между хорошенькой равейной и вечно мрачным преподавателем. А Валмир так вообще поглядывал ужасно неодобрительно. Интересно, кому адресовалось его порицание, мне или Рэмерту? Я нервно поправила волосы, мимоходом выудив из них какую-то белёсую нитку. Что за глупость, я же час их укладывала, заплетала – никакого мусора и быть не может… Сверху, что ли, насыпалось? Я аккуратно спалила нитку прямо в кулаке.