Зажечь звезду

– Вставай. Я тебе кое-что приготовила.
Этим кое-чем оказалась вязкая зеленоватая жидкость в баночке из-под мороженого. Жидкость пахла мятой и спиртом, что навевало воспоминания о первых опытах в лаборатории Дэриэлла, когда мне ещё не доверяли огонь, острые предметы и едкие реактивы.
– Что это? Надеюсь, пить не надо?
– Нет, – успокоила меня Этна. – Это мазь такая. От химических ожогов, ну, и от простых сойдет. Нет, если ты мне не доверяешь, можешь просто взять из аптечки какой-нибудь продукт человеческой фармацевтики…
  
– Давай лучше своё лекарство, – прокряхтела я, усаживаясь на кровати. – Знаю я человеческую химию…
Мазь оказалась однородной, без комков. Она приятно холодила кожу и быстро впитывалась, оставляя после себя только зеленоватый налёт. Воспаление спало почти сразу же, а самые крупные ожоги затянулись белыми рубцами. Ничего, через пару дней всё окончательно пройдёт, спасибо регенам Тантаэ, и следов не останется.
– Классная штука, – похвалила я Этну, про себя прикидывая состав и примерные побочные эффекты. Чесаться будет – это точно. – Из чего делала?
– Что было, из того и делала. Молоко из буфета, мята и кое-какие травки из твоих сборов, спирт и местная флора.
– Ага, и поколдовать.
– А куда ж без этого? – хитро развела руками она. Действительно, без магии этот убойный коктейль только усугубил бы ситуацию. Кстати, частая ошибка людей. Покупают всякие сборники с якобы древними рецептами, а там про обряды ни слова. А иногда для того, чтобы зелье сработало, надо всего лишь помешать его против часовой стрелки или поставить в лунную ночь на окно.
Через несколько минут, когда мазь впиталась окончательно, я исполнила свою заветную мечту и посетила душ. Ароматная пена смыла морскую соль, пот и остатки зелья. Надеть же пришлось свободные брюки из льна и рубашку с длинными рукавами, чтобы не смущать никого беловатыми следами ожогов на коже.
– Далеко собираешься? – спросила Этна, убирая следы алхимической практики. Связки трав отправились обратно в багаж, остатки продуктов – в раковину, а мазь Этна аккуратно прикрыла салфеткой и поставила на тумбочку рядом с кроватью. – Надеюсь, Блиц до неё не доберутся.
– Надейся, надейся… Я собираюсь пойти поесть. Ужин, ясное дело, я пропустила, но кафешки-то открыты. Кстати, а где Сианна?
– О, это отдельная история, – широко ухмыльнулась подруга – пожалуй, с какой-то нехарактерной для неё мечтательностью. – Баллов на десять, не меньше. Когда мы ушли с пляжа, к ней вроде подкатил симпатичный парень. Представляешь? Тот самый зануда из аэропорта, который про море рассказывал. Так вот, он на самом деле и есть её, этот, сослуживец. Из отдела информационной безопасности. Они часок поболтали… Теперь она с ним везде таскается, в номер приходила только переодеться, даже не спросила, почему мы так внезапно исчезли и чего это ты решила прикорнуть средь бела дня.
– Любовь – штука серьёзная, – уважительно хмыкнула я. – Хорошо бы и сестрички Блиц себе кого-нибудь нашли и гуляли, гуляли целыми днями. А они не возвращались, к слову?
– Не, – протянула она. – Этот Тай их здорово напугал. И вроде не сделал ничего такого.
Я с любопытством оглядела подругу. Не поняла или просто притворяется?
– Он-то как раз и сделал. Князь… То есть Тай почувствовал, что сейчас убьёт этих никчёмных людишек. Кроваво и жестоко, как раз в шакарском стиле. А потом дал ощутить тень своих эмоций сёстрам Блиц. И даже говорить ничего не пришлось, сами поняли.
– Мне бы так, – завистливо вздохнула Этна. – Подумал себе, повоображал – и враги в панике разбегаются. Да, шакаи-ар быть круто.
Я только хмыкнула. Этна порой выглядела так устрашающе, что никакая шакарская демонстрация эмоций ей не нужна была.
– Ага, попроси Тая, он тебе с радостью это дело обеспечит… Обращение и всё такое. Ты со мной идёшь?
– Куда я денусь? К тому же ужин я тоже пропустила.
После мучительного, бредового сна в жарком номере вечерняя прохлада показалась мне блаженством. Влажный ветер доносил запахи моря и дерева, из уютных кофеен веяло ароматом сладкой выпечки и горьковатого зеленого чая. Окружающую нас тьму рассеивали тусклые оранжевые фонари. Я смутно слышала… нет, не слышала, скорее, чуяла сердцем, как тёплые волны бьются о причал. Глухой рокот – эхо дневного шторма.
– Как тебе это местечко? – Этна указала пальцем на несколько столиков под куцыми пальмами. Днём здесь было бы жарковато, но сейчас сидеть под открытым небом было гораздо приятнее, чем париться в четырёх стенах.
– Пойдёт.
От других подобных заведений это кафе отличалось ещё и тем, что здесь подавали не только сладкое и крекеры, но ещё и сандвичи. Конечно, нездоровая еда… Но ужасно вкусная!
Сначала мы с Этной просто сидели, потягивая кофе. Разговор ни о чём постепенно скатывался к обсуждению дневного происшествия. Моя подруга ни за что не хотела верить в простое совпадение. Помнится, и князь что-то говорил о том, что на меня ведётся охота. Но почему тогда именно я?
– А ты подумай получше. – Этна старалась не встречаться со мной взглядом, притворяясь, что полностью поглощена печеньем. – Кого мы подозреваем в нападениях?
– Ну… Молодого шакаи-ар, группу фанатиков, духов моря, таинственную сирену… – перечислила я, загибая пальцы. – Вроде всё.
– С учётом последних убийств, которые произошли достаточно далеко от пляжа, морских духов можно отбросить, – покачала головой Этна. – Кто у нас остаётся? Шакаи-ар, сектанты, сирена. Скажи-ка мне, что объединяет их всех?
Я недовольно поморщилась:
– Не понимаю, куда ты клонишь.
– Раз не хочешь поработать головой, слушай. Шакаи-ар – потомки Древних. Ну, Древние, ты же понимаешь? Древние, демоны, тёмные силы… Существа бестелесные, выходцы с тонкого плана… Да ещё и предположительно предки шакаи-ар. Сектанты поклоняются демонам или падшим богам, что де-факто одно и то же. И кем же могут быть мифические чудовища, не известные науке, если не выходцами с других планов?
– Значит, демоны, – подытожила я. То, на что намекала Этна, мне очень не нравилось. – И при чём здесь я?
– При них, – мрачно пошутила подруга. – Очнись, Найта! Ты какой силой владеешь? Сфера тьмы и света. А Древние?
– То есть ты думаешь… – Я страшно не хотела озвучивать смутные предположения, готовые сорваться с языка.
– Возможно, кто-то из Древних поселился в море, здесь, поблизости. И вот приходишь ты, сияя своей силой, как маяк в ночи, прости за каламбур. Если оно убивает ради пищи, то вряд ли ему будет достаточно людей…
– И я – лакомый кусочек. Точнее, тьма во мне, – хмуро закончила я. – Да, Дэй-а-Натье часто приносили в жертву Древним, есть такой неприятный обычай. Но как-то слишком гладко у тебя получается. А что, если ты ошибаешься?
Этна мрачно повертела вилку и согнула её. Металл легко поддался, словно восковая полоска.
– Хотелось бы верить. Но представь на секунду, что я права? Что нам тогда делать?
Я вздрогнула, вспоминая легенды. Ох, люди, как же вы иногда бываете правы…
– Бежать, прятаться… и молиться, конечно.
В глубине пляжа в небо ударил столб света. Я сначала нервно дёрнулась, но потом поняла, что это всего лишь началась дискотека и включились лазеры. Вскоре воздух всколыхнули танцевальные аккорды. Этна недовольно поморщилась и сцапала уже четвёртое печенье. Похоже, даже её утомили музыкальные пристрастия местных диджеев. Голос в мегафоне на трёх языках последовательно объявил, что на пляже начинается «Праздник мороженого», на который приглашаются все. Этна заметно оживилась:
  
– Слушай, а может, сходим? Стоит потерпеть шум ради мороженого!
Я уже готова была согласиться, когда моё внимание привлекла колоритная парочка, усевшаяся за дальний столик. Невысокая блондинка и подозрительно знакомый тип с тёмно-вишнёвыми глазами.
– Ты иди, если хочешь. Правда, иди. Я всё равно хотела потом зайти к Танта… Таю.
Вот бездна, мечтала же когда-то называть его «Тай», как Максимилиан, а теперь вынуждена обращаться к нему именно так и постоянно путаюсь!