Попаданка в царство фейри (СИ)

И всё же галантности мужа надолго не хватило. Вскоре он сжал меня в объятиях и начал действовать на грани грубости, но и это было приятно. Я чувствовала себя не женой, находящейся на равных с мужем, а ценной пленницей, которой пользуются по праву сильного, но не забывают, что за неё обещан выкуп.
И всё же близость приносила успокоение, давала понять, что пусть не любима, но я желанна. Это льстило и вызывало ответный пожар. Думать о том, что, возможно, фейри просто играет со мной, не хотелось. Ни сейчас, ни потом.
— Тебе больно? — спросил муж, заметив, что я дрожу. Покачав головой, нежно поцеловала его и улыбнулась, посмотрев вверх. Казалось, раскидистые ветви дуба укрывают нас от всего мира и любопытных глаз ночи. И даже всемогущие духи не станут мешать уединившимся для начала жатвы, потому что в такую ночь это самое почётное дело.
***
— Когда мы одни, можешь не надевать её, — смущённо произнесла я спустя некоторое время, когда мы лежали рядом и молчали. Маска будто отдаляла нас. — Я уже видела шрамы, они не пугают меня.
— Спасибо за разрешение, — насмешливо ответил Кайден и, перевернувшись на бок, опёршись о локоть, снова заглянул мне в глаза. — Человеческая жалость — это не то, что мне от тебя нужно.
— Я не из жалости, — возразила я, почувствовав укол в сердце. Нравится носить — на здоровье!
— Не обижайся, это так. Я чувствую оттенки человеческих эмоций, — муж присел и, застегнув рубашку, накинул куртку, передвинувшись ближе к огню, сделал вид, что ворошит угли. — Вид увечий причиняет боль фейри и сидам, а дриад распугнёт не хуже банши. Скоро они начнут затягиваться, и тогда…посмотрим.
Каким бы уверенным, нарочито-безразличным тоном ни были сказаны слова, я видела, как напряглась спина Кайдена и уловила сомнение. Он не был уверен на сто процентов. Вероятно, эти шрамы слишком давние, чтобы всё было так просто. Или есть ещё какие-то причины. Фейвильд нашпигован тайнами не хуже домашнего фаршированного перца.
— Кто такие банши? — спросила я, чтобы перевести тему.
Как-то совсем она не романтичная, а мне так хотелось после ночи любви веселиться, танцевать и слушать комплименты от того, кто только недавно владел мной. Эх, Даша! А ведь ещё недавно я считала себя в меру циничной и совсем не впечатлительной натурой.
— Неупокоенные души. Людей, фейри. Тех, кого не приняли сиды. Они появляются ночью у рек и озёр, чтобы постирать саван будущему мертвецу и спеть по нему погребальную, — Кайден сидел у костра вполоборота и рассказывал это обыденным тоном, будто орнитолог-любитель делился с другом описанием редкой птицы. Да, вид ужасен, но любопытная особь.
— Не бойся, Дивона, — муж обернулся и протянул руку, приглашая сесть ближе. Я так и поступила, с опаской вглядываясь в непроглядную ночь и еле различимый туман, стелющийся по земле там, где кончались границы ветвей дуба.
Кайден обнял меня одной рукой и прижал к себе, погладив по волосам.
— Они появятся только на Самайн. Выйдут из холмов, но нас не тронут. Обещаю.
Поцелуй в лоб был почти отеческим, будто глава семейства, рассказывающий на ночь страшные истории, вдруг понял, что переборщил и поспешил утешить впечатлительную дочь.
Смотря в костёр, я задумалась о том, что будет дальше. Самайн — вроде бы в ноябре, если брать в расчёт земные месяцы. Значит, Кайден рассчитывает, что я проживу до ноября. А к его прошлым жёнам ходили банши, приносили саван и оплакивали ещё живых? Представляю, ужас несчастных женщин! Тут только со страху помрёшь!
— Я хотела спросить. Не знаю, может, нельзя об этом говорить… — начала я, всё ещё греясь в объятиях мужа. Кайден молчал, и я приняла этот знак за разрешение. — Когда мужчина и женщина бывают вместе у них рождаются дети.
Ну почему я краснею, как институтка из школы благородных девиц?! Раньше подобное обсуждение не вызывало во мне никаких эмоций. Физиология, и только!
— Полукровки редки, — вздохнул Кайден и, мягко отстранив меня, поднялся на ноги, не забыв предложить руку помощи. — Наши расы несовместимы. Для зарождения новой жизни нужна магия, а люди давно утратили способность слышать себя.
 
Кайден, не отпуская моей руки, бросил в костёр пару камней, найденных тут же, прошептал несколько слов, и огонь начал гаснуть. Уменьшился, будто залитый водой, с характерным шипением, а потом и вовсе исчез, оставив после себя кострище. Наверное, когда мы отойдём на пару шагов, здесь снова порастёт трава, скрыв наши следы в ожидании новых путников, решивших погреться у костра.
— Именно так, — подтвердил фейри. — Удивительно, как ты чувствуешь подобные вещи, хоть и человек. Впрочем, миротворицами вы тоже бываете редко.
— Да что это значит? Что за Умение? — прибавила я шагу, чтобы заглянуть мужу в глаза и получить ответ. — Все говорят, что это важно, но никто не объясняет.
— Знание стоит дорого, разве Орхан ещё не просветил тебя? — на лице Кайдена заиграла кривая ухмылка, как каждый раз, когда речь заходила о друиде. — Это значит, что ты можешь дать мудрый совет тем, кто в ссоре, и… принести покой в душу того, кто давно его лишён.
— А разве у фейри есть душа? — выпалила я и тут же пожалела. Ох, Дашка, язык — враг твой! — В смысле вы ведь не умираете, как мы?
«Хотя ссылка под землю ничем не лучше. Никто не возвращался оттуда, чтобы сказать, каково там. Может, это такая же смерть, как и наша. Гроб под землю, тьма без солнечного света и надежды.
— У всего есть душа, и неважно, как её назвать, — отрезал Кайден, но руки моей не бросил, за что я была ему очень благодарна. Идти, пусть и рядом с фейри, через густой туман до самых ворот Тары… Я не считала себя трусихой, но ведь и это не просто страх перед тьмой, Фейвильд настолько наполнен магическими созданиями, что, никогда не знаешь, кто или что живёт в тумане!
И снова мне надо было извиниться, но я устала и заупрямилась, решив, что Кайден мог бы сделать скидку на моё незнание и иной менталитет. Всё-таки не первый раз видел человека и даже успел переспать с четырьмя девственницами! Мог бы и начать разбираться в человеческой психологии.
Впрочем, если он знал, что каждая из девушек здесь ненадолго, то, вполне вероятно, решил не утруждать себя! Словом, сомнения в виновности мужа оставались. И то, что мне нравилось его внимание, только больше ужасало. Хорошо хоть не влюбилась в серийного маньяка!
Пока я шла, блуждая в версиях гибели девушек, как в тумане Фейвильда, дорога незаметно кончилась. Мы оказались у ворот. Гилмор распахнул их и, поклонившись, пропустил внутрь. Дриад выглядел как истинный джентльмен и, даже наверняка понимая, чем мы занимались, ничем не показал этого.
— Я провожу тебя, — бросил Кайден, не оборачиваясь, и выпустил мою руку, но замедлил шаг. Воздух в Таре был чистым, после тумана дышалось свободно. Я даже возомнила себя благородной леди Юга США, вернувшейся после прогулки с мужем по окрестностям и понимающей, что впереди её ждёт только безоблачная жизнь и полный любви и уважения дом с детьми.
Эх, конечно, в реальности могло быть иначе. И наш с Кайденом брак ничем не хуже тех, что заключали родители жениха и невесты в прошлых веках. Правда, обойдёмся без детей, да и брак скоро закончится, я получу свободу. А пока, надо помочь тому, с кем свела меня судьба.
В холле было тихо. Горничные бесшумными тенями скользили по дому, и лишь из крыла, отведенного для прислуги, доносился смех и весёлая музыка.
Хорошо, что хоть Леприка не вышла навстречу!
Поднявшись на второй этаж, всё так же в молчании, мы дошли до моей комнаты.
— Не хочешь остаться на ночь? — выдохнула я, смотря вниз и комкая в руках платок. Неужели, всё-таки сказала это? Впрочем, как говорила бабушка, «в грехе надо быть стойким до конца».
 
Повисла пауза, и я уже начала ненавидеть себя за глупую фразу, но Кайден осторожно, двумя пальцами, поднял мой подбородок и заставил посмотреть в глаза. Я так и сделала, постаравшись вложить во взгляд как можно больше дерзости.