Попаданка в царство фейри (СИ)
— На помощь! — пискнула я, понимая, что никто меня больше никогда не найдёт. Даже беленьких косточек, что останутся лежать где-нибудь под кустиком. Тому, что белорубашечники не закапывают тела жертв, я бы не удивилась. Маньяки, они такие маньяки!
Кричать расхотелось, мной овладела какая-то апатия, захотелось вытянуться в траве и уснуть. Как в той сказке: «что воля, что неволя — всё равно». Последнее, о чём я подумала: «Эх, и спор напоследок проиграла! Ну, бывай, Дарья Алексеевна! Повезёт в следующей жизни».
Глава 2
Я очнулась, когда мир вокруг начало трясти и земля полетела вверх тормашками. Всё оказалось проще: меня перекинули через круп белой лошади и теперь везли, очевидно, куда-то далеко. Сразу представилось, что я героиня сериала, которую продадут на невольничий рынок для ублажения знатного господина. И у него обязательно будут кубики на животе.
Мысленно нарисовался мачо, похожий на Брэд Пита во всей красе. Он украдёт мою невинность, а потом женится и положит мир к моим ногам.
Эх, жизнь моя, жестянка! Лучше б я раньше кому-то отдалась. Не было бы так обидно.
Память услужливо подкинула картинку: вот я дома одна, а отчим, пользуясь отсутствием матери, подходит сзади и начинает лапать мою грудь, задрав тонкую рубашку. Я верещу, хватаю со стола нож и грожу воткнуть его между рёбер насильника. Получив подзатыльник и свободу, всё ещё дрожа, я бегом скрываюсь в своей комнате и закрываюсь на ключ. Так и повелось: парень начинал проявлять интерес, намекал на близость, и я вспоминала пахнущие кислой капустой руки отчима. Этого было достаточно, чтобы в желудке появилось противное чувство тошноты.
А теперь съедят меня, невинную, эти гладковыбритые людоеды и не подавятся! Ах, они что-то там говорили о работе, для которой меня своровали. И Кайдене, что на меня и не взглянет. Ему же лучше, если так!
Значит, сначала планируют использовать, а потом съесть. Перспектива была столь невероятной, что я улыбнулась. Поднять себе настроение, быть может, в последний раз — такого шанса я упустить не могла! Стонать и плакать все равно не поможет. Надо бы договориться, зубы заговорить, а там и шанс на побег представится.
— Эй, у меня голова кружится! — громко заверещала я, чтобы привлечь внимание похитителей и за разговором попытаться осмотреться. А может, и выяснить, кто они такие на самом деле и для чего им нужна я. Чем больше информации выужу, тем больше шансов остаться живой.
Крепкие руки второго похитителя стащили меня на землю. Голова и вправду кружилась, я чувствовала, что меня сейчас вырвет, и отползла к ближайшим кустам. Похитители не мешали, видимо, поняли, чем это им грозит.
—Эй, полегче! Это всё-таки мой дом! — раздался в голове тонкий противный голос. Я огляделась, но кроме двух мужчин и трёх статных лошадей никого не увидела. — Куда смотришь? Ты слишком большая, чтобы меня разглядеть. И неповоротливая.
— А кто вы? — спросила я, уверенная, что всё ещё нахожусь под действием наркотика. И разговариваю с самой собой.
— Буду я ещё отчитываться! Ты свои помои вылила рядом, мне теперь переезжать! И всю семью перевозить!
— Простите, пожалуйста! — пролепетала я и, встав с колен, попятилась назад, чем очень рассмешила парней в белых рубашках.
— Смотри, Арлен! Она на пикси напоролась! — сказал первый с иронией.
— Кто это? — Мне как раз было невесело, но я хотела убедиться, что не спятила.
— Вредные сущности, они настолько малы, что никто не знает точно, как они выглядят, — подмигнул мне первый.
— И есть ли вообще, — абсолютно серьёзно сказал второй. Тот, кого звали Арленом. — Поехали, осталось полдороги. Раз уж очнулась и даже успела наследить, садись-ка, гранд-дама, верхом. Умеешь?
Я покосилась на белого жеребца, на спине которого и проделала весь путь, пока была без сознания. Выглядел он смирным и был невероятно красив, горделив, даже на мой дилетантский взгляд. Лошадями я ещё со времён посещения в детстве цирка восхищалась, поэтому решила, что ничего трудного в верховой езде шагом нет.
— Справлюсь, — ответила я, гордо посмотрев на обоих. Пусть подавятся, маньяки! Не на ту напали, сейчас увидят: я не робкого десятка! И так просто со мной не совладать.
— Возьми яблоко, — проговорил первый и сочувственно улыбнулся. Зубы у него были на тысячу долларов, если брать в расценках нашего провинциального города на Волге: белые, ровные. Загляденье! Как у кинозвезды. Оба парня выглядели заблудившимися в лесу моделями с разворота журнала для женщин среднего возраста.
— Спасибо, — ответила я и взяла предложенный фрукт. Второй парень снова усмехнулся. Видимо, ждал, что оплошаю или струшу.
Подавив секундный страх, я подошла к морде лошади и сунула ему яблоко с приторно-ласковым обращением:
— На, коняшка! Кушай!
Животное подняло вытянутую голову и как зыркнуло на меня красным глазом! А потом разинуло пасть с острыми зубами и выхватило яблоко, чудом не откусив руку по локоть. И то, только потому, что я вовремя отпрыгнула!
А конь спокойно пожевал яблоко и громко заржал.
— Это он над тобой смеётся, — сказал Арлен и, не спрашивая моего разрешения, помог сесть верхом. Пахло от него, как и от первого, цветами с тонкой отдушкой мха.
— Что это за лошади у вас такие? Скажите хоть, куда вы меня везёте? — спросила я охранника, заглянув в его зелёные, как луговая трава под ярким солнцем, глаза. Такие бы очи девчонке: отбоя от кавалеров не было бы!
— Кяарды это, — тонкие губы Арлена расплылись в усмешке превосходства. — Верные стражи. Да ты вряд ли о них знаешь. Нам придётся скакать по воде, а потом по воздуху, через Дикие Пустоши, пока до царства доберёмся.
— Тридевятого? — спросила я, подняв бровь. И так и не поняла, издеваются надо мной или говорят правду. Вариант, что я одурманена наркотиком, и всё это мне привиделось, тоже не стоило сбрасывать со счетов.
— Нашего. Фейвильд. Запомни это название, дева, — Арлен вмиг посерьёзнел и, сверкнув глазами, грубым и сильным движением прикрепил ремешок, обёрнутый вокруг моей талии, к седлу. — Народа фейри. Будешь острить или попытаешься сбежать, велю кяарду приструнить. Ты ведь видела его зубы? Понимаешь, что он не только яблоками питается?
***
Я словно приросла к седлу, уповая только на силу рук, вцепившихся в шикарную белоснежную гриву острозубого коня.
Чем дальше мы ехали, тем больше я убеждалась, что сплю или всё-таки нахожусь в наркотическом бреду. Поэтому воспринимала всё происходящее с изрядной долей интереса. Ведь если всё понарошку, почему бы и не поиграть в сказку? Главное, не увлечься до смерти! Ох, скорее бы уж действие неведомого наркотика меня отпустило, и привычная реальность распахнула свои неласковые объятия.
«А если я умерла, и спутники везут мою душу в загробный мир?» — подумалось с ужасом. Тогда возникал резонный вопрос: что же меня убило? Аллергия на малину? Нет, не было такого. Переохлаждение в лесу? Как-то не верилось, всё-таки лето. Может, конечно, эти двое меня и прикончили, когда пытались скрутить. Или я заснула, а меня сожрал амурский тигр. Нежненько так, чтобы небольно. Ам — и нет меня!
И всё-таки мысль о смерти была отметена. Вот же я, из плоти и крови, сижу ни жива, ни мертва на самом красивом коне, которого только видела за свою недолгую жизнь. А раз жива, то самое разумное — заткнуться, смотреть вокруг и слушать. Жизнь сама подскажет, за что зацепиться, чтобы удержаться в седле!
Лес внезапно закончился, будто отступил в страхе перед красноглазыми конями и их прекрасными спутниками. Мы помчались через степь. Я, стиснув зубы и сжав круп лошади бёдрами, молилась, чтобы не упасть. Религиозной до этого момента я не была, но здесь или так или «пропадай, моя буйная голова»!
Однако дальше стало только хуже. Кони разогнались сильнее и, оторвав копыта от земли, помчались по небу, словно по невидимым дорогам. Мамочки, дорогие! Я и в самолёте-то летать боюсь!