Попаданка в царство фейри (СИ)

— Я не намерен навещать тебя слишком часто, — произнёс, не оборачиваясь, Кайден. — Ты успеешь восстановиться. К вечеру будь готова.
Не успев спросить, к чему именно, я распрямилась, но муж уже вышел. А мне захотелось плакать, свернувшись калачиком под одеялом.
К счастью, тут же вернулась Асцеллина, предложив сделать ванну.
— Опять в тазике купаться? — скривилась я, вспоминая дом Троули.
— Нет, что вы, арта! — возразила дриада с восхищением во взгляде. — У арта Кайдена есть целая купальня. Только прикажите, и я вмиг наполню её тёплой водой из источника неподалёку.
Я махнула рукой, и дриада удалилась, чтобы через полчаса вернуться обратно.
— Здесь так чудесно! — щебетала она, расписывая прелести Тары. — И сад гораздо больше, чем у матушки Гайте.
Я уже знала, что каждая дриада привязана к деревьям и чувствует себя в рощах, словно рыба в воде. Вне сада какое-то время она может находиться без ущерба для здоровья, но не дольше недели.
Купальня в Таре и вправду внушала восхищение. Мраморная комната ржаво-белого цвета, посредине которой находился круглый бассейн, напоминающий джакузи, неподалёку столик из белого мрамора, всегда тёплый, будто нагретый солнцем. Чем-то всё это напоминало баню, только без парилки.
Раздев меня, Асцеллина подала руку, чтобы помочь по ступенькам сойти в купальню. Вода оказалась тёплой, но не обжигающей. Аккуратно раздвинув лепестки цветов, плавающих на поверхности, я окунулась по шею и даже доплыла до края, коснувшись стенки рукой. Вода в самом глубоком месте доходила мне до плеч.
— Присаживайтесь, арта, вот сюда, — указала мне на скамейку в купальне Асцеллина, переодевшись в короткую тунику, доходящую ей до средины бедра. — Я вымою вам голову.
Это я сделала с удовольствием. То ли вода здесь была особой, то ли фейри использовали магические отвары для ополаскивания волос, только последние почти не пачкались, даже учитывая их длину, голову приходилось мыть не чаще раза в неделю.
Пока дриада массировала намыленные волосы, я решила спросить её. В конце концов, больше не у кого, а Асцеллину я знала ещё по школе матушке Гайте. Да и девушка явно была мне благодарна и хотела угодить, так что предоставим ей такую возможность.
— Скажи, а правда, что друиды могут путешествовать за Черту? — аккуратно спросила я и наткнулась на молчание.
Запрокинув голову, я заметила, что Асцеллина нервничает.
— Что такое?
— Не стоит вам, арта, говорить о них. И водиться с ними не стоит, — вздохнула дриада, и между бровей залегла вертикальная складка. — То есть, конечно, общения не избежать. Только будьте осторожны. Они всесильны, почти как духи. И угодить им сложно. Да, говорят, что они могут неоднократно переходить Черту и…
Тут дриада вздохнула и, приблизив ко мне лицо, прошептала:
— …и даже жить среди людей, прикидываясь одними из вас.
***
После купания я чувствовала себя так, как, должно быть, ощущают мир речные нимфы, духи окрестных озёр. Легко, свободно, так, будто в любой момент  могла превратиться в воду и избавиться от любых ограничений.
Успев даже перекусить и вздремнуть, я с затаённым страхом ждала вечера, когда явится Кайден и что-то потребует. Как я уже поняла, это будет совсем не романтичным, ведь муж явно дал понять, что намерен спать со мной из-за исцеления, а не по симпатии. Впрочем, грубиян он ещё тот, что от такого ожидать?! Наверное, человеческих женщин за полноправных он не считает. Как же, магии нет, только и годятся, что исцелять, раздвигая ноги!
Но бунтовать в открытую явно не выход. Чего я добьюсь? Что он исполнит свою угрозу и просто лишит меня сил, энергии, как они объясняли, живого начала, а значит, и жизни. И даже не вспомнит. Нет! Я выживу и вернусь домой, а потом... напишу книгу или напьюсь антидепрессантов и постараюсь всё забыть. Со временем поверю, что всё случившееся здесь — просто игра воспалённого мозга.
Вечер я встретила в саду. Сидеть в своей комнате было невмоготу, поэтому я подошла к экономке, чтобы спросить, могу ли быть чем-то полезна. Я нашла девушку в столовой, где она давала указания горничным, что и как надо чистить.
 
Я не хотела мешать и встала у входа, прижавшись щекой к дверному косяку. Находясь в тени, я могла наблюдать за происходящим. Прислугу составляли в основном молодые и не очень девушки моего вида, то есть люди или дриады, не имеющие влиятельных родственников, чтобы помочь им встать на ноги и пройти лучшее обучение, гарантирующее удачное замужество или высокую должность.
Экономка, заметив меня, отпустила девушек, с любопытством поглядывающих в мою сторону, и подошла ближе, кивнув в знак приветствия.
— Я хотела бы уточнить, в чём мои обязанности как жены хозяина дома, — начала я, скрестив руки на груди.
— Хорошо, что вы спросили, — окинула меня Нарина таким взглядом, словно это она была хозяйкой, а я бедной родственницей, получившей кров и стол из жалости. — Хозяйка не должна сидеть без дела.
— И чем же вы посоветуете заняться? — спросила я елейным голосом. Так и хотелось нагрубить, указав, где её место, но с другой стороны, я и сама не знала, где моё. А наживать врагов совсем ни к чему.
— Я не могу вам указывать, — произнесла Нарина с интонацией, которая так и говорила: но буду это делать. — Для начала можно обойти сад и рощу, чтобы ближе познакомиться с поместьем. Слышала, что вашего лепрекона определили к остальным. Работа в саду очень важна для нас, потому что только от его состояния зависит и поместье, и те, кто в нём проживает. Жаль, что не все это понимают.
Это означало только одно: Фолкор, прибывший из дома Троули, где он всегда выполнял работу внутри поместья, отказался копаться в земле. Я улыбнулась, представив физиономию лепрекона, когда Нарина и прочие пытались его заставить.
— Расскажите о себе, Нарина, — попросила я экономку, когда та вызвалась меня проводить, чтобы быстрее найти Гилмора, отвечающего за всё, что происходит вне дома. — Я слышала вчера за столом, что по праву происхождения вы давно могли бы  найти себе хорошую партию.
— Это так, — снисходительно ответил девушка, и в её светлых глазах промелькнула гордость, а на лице отразилось удовольствие от того, что даже пришлая девушка без роду без племени отметила это. — Мои родители убеждали так и поступить. Но мне не интересно быть при муже. Не хочу. Я и сюда сбежала, потому что нужно время подумать и определиться, куда податься.
Девушка нахмурилась и достала из кармана платок, чтобы промокнуть влажный лоб:
— Кайден Талахарский знает родителей, и когда я наотрез отказалась от четвёртого претендента на мою руку, предложил пока пожить здесь и управляться с хозяйством. К тому же я ненавижу жару, а в доме всегда прохладно.
Девушка вздохнула и с искренней улыбкой посмотрела на меня, показавшись такой молодой и растерянной, что захотелось её обнять. Нарина тряхнула каштановыми кудрями, собранными в сложную причёску наверх, чтобы они оставляли оголённой шею.
— Я хочу к сидам уйти. Они примут, я знаю, — понизив голос, произнесла она.
— Под землю? Навсегда?
Меня бросило в пот от одной мысли, что можно вот так, добровольно, лишить себя Солнца и свежего ветра.
— Да, — тонкие брови красавицы взметнулись вверх. — Они выходят на поверхность в особые дни. Например, в такие, в Лугнасад, когда начинается жатва. По особым тропам они могут путешествовать между мирами, а подземные озёра рождают драгоценности, равным которых не видели наши светила.
Она говорила это с воодушевлением, как люди говорят о городах-легендах или обетованном крае, где всё хорошо, но даже по своему малому опыту я понимала: это иллюзия. Реальность всегда жёстче, чем сказка. Даже если ты пропала в другой мир!
 
— Может, там и не так хорошо, — фыркнула экономка, когда мы вышли из парадных дверей и принялись спускались по белокипенным ступенькам.
Нарина снова надела маску высокомерия. «Что ты, человек, можешь об этом знать?»
— Но не попаду — не узнаю. К тому же моё происхождение позволяет занять самое высокое положение в подземных чертогах!