Попаданка в царство фейри (СИ)

— Господин Фолкор! Как хорошо, что я вас нашла! Только вы можете мне помочь! — я присела на корточки и устремила на зелёного гоблина умоляющий взгляд, чем только вызвала на лице лепрекона сальную улыбку.
— А мне какое дело до фейри и их подстилок!
— Наверное, никакого, — поспешила заверить его я. — Но, возможно, вам будет приятно, если кто-то сможет им отомстить за ваши унижения. Даже если это подстилка, что с того? Главное — цель, а не средство, верно?
Бирюзовые глаза существа сверкнули, словно драгоценные камни:
— А что взамен? Или думаешь, я настолько туп, чтобы воображать, будто ты ради меня так расстаралась?! — хихикнул зелёный человечек и покашлял в кулак.
— У меня есть красивые ткани. Я могу подарить, и вы сошьёте себе красивую одежду, — выпалила я, оглядывая плохенький костюмчик лепрекона, местами в заплатках и потёртостях. Вероятно, Троули всерьёз экономила на прислуге. Но Фолкор обдал меня такой волной презрения, что я вспыхнула от злости:
— Думаешь, я нищий, потому что одежда плоха?! Мы идём в услужение к фейри не за деньгами, иномирная ты дурочка! — лепрекон сплюнул на пол мне под ноги и, махнув рукой, пошёл дальше, бормоча проклятия.
— У нас столько денег, что вам и не снилось! — бросил он, прежде чем юркнуть в проход, сделанный специально для лепреконов, в стене. — Но шиш вам всем, а не желания!
Я осталась с носом. И почти в полном одиночестве.
Делать было нечего, отчаиваться я не привыкла. Одна дверь закрылась — вломлюсь в другую!
Вернувшись к себе, я снова принялась записывать и зарисовывать. Так, лепрекон владеет деньгами, но очень скуп. И ещё может исполнить желание. Сам, гад, проболтался!
Интересно, а вернуть меня домой сможет?
Гусиное перо, записавшее последний вопрос, оставило на листке жирную кляксу, в которой потонули так старательно выведенные буквы. Эх, Даша, утро вечера мудренее, лучше спать лечь, чем сокрушаться о том, что пока недоступно.
Уже засыпая, я услышала, как тихонько скрипнула дверь.
— Асцелина, — позвала я дриаду, в чьих длинных волосах, когда она села на постель, разглядела соломенные веточки. — Кайден разрешил взять тебя с собой. Если, конечно, ты не против. Я сама завтра поговорю с матушкой Гайте.
— Я поеду с тобой в Тару? О, это было бы замечательно! — захохотала дриада, тряхнув золотыми браслетами.
— А что там хорошего? — спросила я, поймав девушку за руку и посмотрев в голубые, как ясное небо, глаза.
— Говорят, в дом арта часто заглядывают высокопоставленные гости из самого королевского двора. Может, и я кому из них приглянусь? Хотя бы в экономки возьмут, да постель греть иногда, — мечтательно проговорила дриада, будто стать содержанкой или прислугой-любовницей —мечта любой их них.
— Да не понять тебе, Дивона, — с горечью повторила Асцелина уже у двери. — Всё ,что может дриада — стать верной спутницей, но магией фейри мы не обладаем. Простые вещи сотворить — пожалуйста. Речку усмирить или сад вырастить. Да я и не стремлюсь. Зато холодное железо не может причинить мне вреда.
Девушка ойкнула, побледнела и поспешила откланяться. А я снова лишилась сна, обещая себе выведать у болтливой дриады ещё больше сведений о фейри. И главное, узнать, что это такое, холодное железо?
***
Утром, позавтракав и приведя себя в порядок, я приготовилась отправиться в путь. Асцелина настояла, чтобы я снова облачилась в синее платье с открытой спиной в знак того, что вчера свершился мой брак и чтобы никто не посмел выразить по этому поводу сомнения.
— Когда же мы отправляемся? — спросила я дриаду, но та лишь пожала плечами. Приедет муж и заберёт вас, а когда это случится, одним богам ведомо. Или друидам.
— А кто это? — спросила я, когда Асцелина сооружала на моей голове сложную причёску, напоминающую косу, уложенную бубликом.
Название знакомое, но вспомнить, в связи с чем я его слышала, не получалось.
— Это посредники между нами и духами. Те, кто может одновременно жить в обоих мирах и доносить волю богов, — с трепетом в голосе огласила Асцелина, словно отвечала давно зазубренный урок, боясь перепутать слова и получить нагоняй.
 
Значит, священник или жрец. Скорее всего и то, и другое. Ханжа, прикрывающий собственные желания волей небес. Надеюсь, мне не придётся общаться с ними слишком часто.
— Вы уже говорили с матушкой Гайте о моём отъезде? — вкрадчивым голосом напомнила о себе дриада, и я ощутила укол совести. Конечно, глупо надеяться, что это сделает Кайден. Вдруг он вообще передумает или решит, что и так забот хватает, ни к чему лезть к кому-то с глупыми просьбами.
— Сейчас и собиралась это сделать, — ответила я спокойно, стараясь сохранить хорошую мину при плохой игре.
Асцелина бросила в зеркало, перед которым я сидела, взгляд, полный тревоги, но смолчала и продолжила мастерить причёску, пару раз уколов шпильками.
— Простите, арта, — ойкнула девушка и видно было, насколько она волнуется.
Как всё-таки замужество меняет отношение к тебе! Вчера я была обычной человеческой девственницей, переправленной за Черту для продажи заказчику. Рабыней, по сути. А сегодня дриада стала относиться ко мне с уважением и почтением, не свойственными ей раньше. Никакого покровительственного тона надзирательницы!
Что ж, так-то лучше!
Своё слово я сдержала и сразу, как только была готова, отправилась к настоятельнице. Троули находилась в саду и следила, чтобы лепреконы тщательнее возделывали почву под засев семян. Она была одета в праздничный наряд и стояла на краю протоптанной дорожки, давая указания зелёным существам и одновременно досадуя, что нельзя подойти ближе, не запачкав туфли.
— Мне надо с вами поговорить, матушка Гайте! — сказала я, поздоровавшись.
— Рада снова видеть тебя, Дивона, — ответила она, обернувшись и окинув меня одобрительным взглядом. — Что, твой муж уже приехал? Впрочем, нет, я бы знала. Так о чём ты собралась беседовать?
Улыбка женщины стала шире и лицемернее. Видимо, она решила, что всё, что могла, она для меня сделала и не стоит больше тратить драгоценное время на ту, с кем может никогда и не увидеться.
— Я хочу забрать с собой Асцелину, — перешла я сразу к делу, заранее приготовившись к охам, вздохам и долгим разглагольствованиям о том, насколько она важна для Троули. Конечно, неискренне, просто набивая себе цену.
Настоятельница удивлённо подняла брови и приложила платок к глазам:
— Забирай! — коротко ответила Троули, и я от удивления чуть не открыла рот.
— Можно? Навсегда?
— Разумеется, навсегда, — прервала меня матушка Гайте, нахмурившись от моей непонятливости. — Что я в такой прекрасный сад дриаду себе не найду?! И у меня не приют для возвращенцев!
Я уже собиралась было попрощаться, поблагодарив за всё, как фейри обернулась со слащавой улыбкой. Изумрудные глаза смотрели проникновенно, снизу вверх, не хватало только сложенных на груди рук, чтобы довершить картину «просящая настоятельница».
— Только вот что. Возьми в придачу и леприкона. Фолкора, например. Не навсегда, нет, — замахала руками Троули, переигрывая, как провинциальная актриса. — На год. Не спеши удивляться и не думай, что здесь какой-то подвох.
Именно это я и подумала.
— Видишь ли, Дивона, — Троули схватила меня под руку и увлекла в сторону, поручив дриаде занять её место. — Лепреконы служат у нас несколько лет. Мы даём им кров, деньги, обучаем заклинаниям. В основном, чтобы разбивать сады, учим бытовой магии, облегчающей жизнь. Ну и, конечно, наделяем способностью исполнить три желания человека.
Тут матушка Гайте выразительно посмотрела на меня. Мол, сама посуди, какое выгодное приобретение.
 
— И что он у меня будет делать? — спросила я, прикидывая, как бы отказаться от такого счастья. Лепреконы могут исполнять желания, как я слышала от девушек из класса, но, во-первых, по окончании службы, а во-вторых, вернуть кого-то за Черту им не под силу.
— Как что? Ты не знаешь, что они обувных дел мастера? То, что сошьют лепреконы, сделает тебя быстрой, лёгкой, не знающей усталости. Только время от времени позволяй ему пакостить, — тут матушка Гайте остановилась у резной скамейки в глубине парка и усадила меня на неё, устроившись рядом, словно подружка, делящаяся самым сокровенным. Или фея-крёстная.