Драма Мориарти: «Воля кукловода...» (СИ)
*Херак! Дзынь.* Внезапно перед лицом Бай-Чон-Е, едва не задев, пролетел небольшой графин и с дребезгом разбился об стену, образовав водяную кляксу. Вовремя уклонившись эльф, лишь хмыкнул и снова расправил веер.
— Добро пожаловать в наш детский сад, мелкая! — хохотнул Зевран, потягиваясь.
В ответ на его слова, из боковой комнаты послышались громкие окрики и нецензурщина:
— Лондон, тцука ты амебная, сколько раз просил не экспериментировать с моим арбалетом!? Он из-за тебя начинает барахлить! Ka, ni delp to shi!
— Гордон, не злись. Я почти додумал на него зачарование, просто руна одна слетела…
*Хлобысть!* — еще что-то нерадиво закончило свою жизнь вот так горько, как этот графин. Я очумело уставилась на ухмыляющегося наставника, что поглядывал на эту перепалку, облокотившись на стенку, недалече от пятна. Чон-Е с бесстрастным лицом отряхивал после пути свой серый жакет, но иногда я замечала на его устах слабую улыбку…
— Слетела!? — яростно прошипели из комнаты звонким голосом. — Ты его на куски чуть не разнес!
— Так это все из-за тебя! Нечего было выхватывать арбалет из моих рук. И вообще, я не закончил, дай дорисую…
— Не смей, черт проклятый! — панически крикнули. Послышался топот множества ног, будто бегать начали.
— Да остановись же! Мне закончить нужно!
— Иди к рихалкам!
Вдруг из-за угла, чуть ли не снеся все косяки, вылетела темная фигура эльфа с небольшим арбалетом в руках! Не совладав с резким поворотом, нерадиво стукнулась об стену, сдавленно охнула, потирая отбитый бок, и подняла голову, заметив нас в дверях.
— Кто…? — эльфа резко прервал с размаху налетевший на него еще один дроу:
– *Хлобысть* Попался, гаденыш! — выкрикнул последний, цепко схватив запястье собрата. Но не увидев должной реакции и проследив его за взглядом, второй эльфеныш ойкнул при виде ухмыляющегося Зеврана, стоящего в метре от них, и прижал стыдливо уши. Они моментально отстранились друг от друга и, подождав когда Бай-Чон-Е встанет вровень с командиром, одновременно преклонили колени, руки прижав в знак приветствия к груди:
— Bal’a dash, sat’rian e co sit’roal! — воскликнули дроу немного взволнованно. — Вы наконец-то вернулись! — наставник в ответ тихо рассмеялся. Пройдя между ними, похлопал руками по их макушкам и отправился в боковую комнату. А Бай-Чон-Е, сложив крестом руки на груди, требовательно вопросил:
— Снова дисциплину нарушаете? — от его тона те еще сильнее склонили головы, как нашкодившие котята. Видимо, второй брат отвечал за слаженность и воспитание всего авангарда, короче, злая нянька.
— Нет, старший брат. — вместе ответили они. Но как только взглянули друг другу в красные глаза, как наперебой начали галдеть, кто ж из них виноват!
— Молчать! — резко бросил Чон-Е, обрывая ябедничанье. — Отмывать стенку и убирать бардак будете вместе…!
Пока второй дроу отчитывал младших братьев, я смогла осторожно из-за его спины рассмотреть этих озорников, которые на вид были гораздо младше и дружелюбней, чем их старшие. У того, что с арбалетом, серебряные волосы уложены в конский хвост, глаза сверкают красным, и имеется одна серьга в левом ухе. Черты лица мягкие, широкий подбородок, не высокие скулы, приятные губы и раскосые глаза. Это был, видимо, Гордон — четвертый брат. Рядом с ним выслушивал поучительные реплики похожий на него, как две капли воды, Лондон. Только с распущенными волосами до лопаток и вообще без серег. Одеты они были в легкие рубашки белого и синего цвета и в свободные черные штаны, без обуви.
— Запомнили? А теперь живо занялись делами, бездельники! — закончил второй брат. А после, повернувшись ко мне, махнул рукой, приглашая, и прошел вперед.
— Да, старший. — одновременно отчеканили они и поднялись. Но лишь их взоры узрели за спиной Бай-Чон-Е меня, как установившуюся пару секунд назад дисциплину, как ветром сдуло:
— Ты погляди-ка. Кто это к нам пожаловал? — начал было Лондон иронично, ему в такт отозвался Гордон:
— Уж точно не красавица, закатай губу. Или тебе человечки, похожие на мальчиков, от своих ядовитых паров начали нравиться!? — их тон стал высокомернее, пропала вся прежняя дружелюбность. Перестав улыбаться, я приветственно склонившись, назвала себя:
— Вечер добрый, уважаемые лонки. Я — Мориарти…
— Нам не интересно, как тебя кличут, shallen. — грубо меня прервав, надменно бросил Лондон, обходя по дуге и рассматривая мой внешний вид.
— Ждешь, когда мы тебе представимся? — спросил холодно Гордон, заметя мое ожидание и делая тоже самое, что и брат. Я знала, что старшие дроу, несмотря на показную занятость, следят за нами, поэтому прогибаться перед этими эльфенышами не собиралась:
— Отнюдь, жду, когда у вас глаза вылезут из орбит. Так пристально рассматриваете… Смотрите, не потеряйте! А имена вы уже и так между криками мне сообщили.
— А ты дерзкая, человечка! Новая раба наших старших братьев? Эт хорошо. За такие слова я лично тебе язык отрежу! — рыкнул недовольно Гордон, перестав вокруг меня крутиться.
Из комнаты послышался сдавленный хохот и тихое:
— Я буду очень признателен за это. — не дав молодым дроу понять смысл сказанных Зевраном слов, я мигом сделала выпад:
— Ой, по что ж вам время свое на меня тратить? У меня язык длинный, еще устанете отрезать! — не касаясь руками фигур эльфов, осторожно их обогнула и отошла к наблюдающему за нами Бай-Чон-Е, закончивая знакомство: — Чтобы я стала для кого-то рабой, для начала сломайте меня. А сейчас перед вами стоит гостья. Так что будьте помилее, уважаемые лонки.
Второй брат, удовлетворенный представлением, похлопал веером по носу, а затем повел меня вверх по лестнице. За спиной же услышала топот пары ног и громкое возмущение уже в боковой комнате: — Sat-rian, что за мерзкую девчонку вы привели!? Как она смеет вякать что-то рядом с нами?
Зевран лишь легко рассмеялся в ответ и саркастично бросил: — А вы попробуйте ее, лишенную инстинкта самосохранения, заставить молчать. Что-то не у меня не у второго брата это не вышло. Кстати, вот вам и развлечение — утихомирьте ее, не применяя силы!
Эльфята лишь непонимающе переглянулись меж собой, удивленные отношением старших к странной человечишке. Что же это в лесу такого сдохло, что они смогли сдержаться и не убить эту тлю, лишь завидев, да и еще привести ее в штат гильдии? Утихомирить, не применяя силы? Оба дроу разом поняли скрытый смысл слов командира — “не убивать”. Чем же она так их заинтересовала? Вроде не голубых кровей. Может с каким-то редким даром, который старший хочет использовать в своих целях?
Ответить им на многочисленные вопросы никто так и не удосужился…
***Благополучно разместившись в одной из спальных комнат на третьем этаже и приведя себя в порядок, Мориарти спустилась в общую гостиную. То и дело она прижималась к стенам во время спуска с лестницы, чтобы не столкнуться с не совсем дружелюбными жильцами дома — профессиональными охотниками на человеческие жизни. Последние, узрев новое лицо в штате, совсем не скрывали своего презрения к зеленому выродку со смазливым лицом, отчего иногда грубо толкали или поносили матом, пока их дороги не расходились. Минув лестничный пролет и выйдя в просторный зал, перед глазами девушки показались отдыхающие темные эльфы. Их было трое и еще один человек, что сидел поодаль в кресле у камина. Гостиная была довольно просторной и вмещала в себя два длинных дивана, что стояли лицом друг другу, между ними журнальный столик, на который Зевран вальяжно закинул обе ноги. Он читал какую-то книгу. Позади него как раз были расставлены книжные стеллажи и сервант с посудой. Камин чуть в стороне, в дальнем правом углу. Вокруг него пара кресел. У самой дальней стены расположился Бай-Чон-Е, сидел на широком подоконнике и разглядывал ночное небо. Света в комнате было очень мало. Слишком темно, мерцал лишь живой огонь и магический светлячок возле Зеврана. От диванов и до окна было еще приличное расстояние, возможно для еще одних кресел, если устраивалось коллективное общение. Слева шел проход в столовую, если раздающиеся оттуда запахи не обманывают обоняние, и двери в кабинет…