Драма Мориарти: «Воля кукловода...» (СИ)

— Ну надо же… а вам удобно? — наклонилась поближе к руке. Она, имея всего четыре пальца на ладони (средний и безымянный оказались срощенными), дрогнула в тот момент, когда мое дыхание обожгло темную кожу. Настолько близко я подобралась. Эльфу это не понравилось. Поэтому он поспешно опустил ее, всем видом показывая, что на этом осмотр закончен. — Простите…
Дроу не ответил. Вытянув ноги, вновь поднял голову и уставился на небо.
— А вы давно знакомы с Зевраном? — поинтересовалась я, не зная, как к нему подобраться. В отличии от наставника, этот видно не любил много разговаривать. Заметила, как он раздраженно передернул плечами. “Я что, уже успела снова ошибку допустить?” Услышала его тихое рычание:
— Люди, вы такие невоспитанные… Соплячка, как ты смеешь называть его по имени в присутствии других…? Умереть захотелось? — голос моментально сменил нотки с мягких на более жесткие, сопровождаемые шипением. Слишком резко. Мне показалось, будто это говорил уже кто-то другой, отчего я опасливо взглянула через плечо. Но никого там не оказалось. Вернув внимание снова на эльфа, я попала в цепкий захват черного зрачка. Эти глаза совсем не завораживали. Они наоборот остужали, как первый мороз. Голос шипел со змеиным свистом: — Уже то, что он с тобой нянчится, как с нерадивым детём, опускает его авторитет ниже Бездны…
Осознав свою ошибку и то, что опять нахожусь в шатком положении, но без поддержки наставника, я поспешно встала перед ним и согнулась в поклоне, выдавливая из себя слова извинения: — Молю лонка Де Ирриду простить меня, я не со зла, не хотела кому-то доставить неприятности! Просто… у нас с ним договор…
— Договор? С тобой? — иронично переспросил он, обратно согнув ноги и сев поудобней. Где-то вдалеке закричали ночные птицы. Поднялся небольшой ветерок, принесший хмурые облака и раскачавший близстоящие деревья. Лихорадочно закивала.
— У нас все в пределах сделки! Честно! Он помогает мне добраться до столицы, а я ему… — тут я запнулась, не зная как продолжить. Бай-Чон-Е, подперев рукой голову, с готовностью ожидал конца моей реплики, больше не смотря на звезды, которые скрыли приплывшие темные облака. Не зная, как правильно и рационально закончить, я кратко выдала: — … порчу нервы.
Пребывавшие до этого во льдах глаза лонка удивленно расширились. Уж что-что, а такого конца он явно не ждал. Поэтому непонимающе переспросил: — Портишь нервы? Я правильно перевел или что-то не понял?
Сложив руки за спиной и опустив взгляд к земле, я смущенно стала покачиваться с носка на пятку, видом говоря, что он все правильно понял.
— Он лично дал свое согласие… сказав, что ему скучно.
Под светом трех Лун полянка начала переливаться и мерцать, этому способствовали в большей мере взлетевшие в воздух небольшие светлячки: розовые и голубые. Летали они на уровне колен и выше не поднимались, однако, когда я на них засмотрелась, боясь повернуться в сторону дроу, неожиданно поднялся усиленный ветер. Мощные порывы теплого воздуха взметнули маленькие светящиеся тельца насекомых и мои кудри вверх! Это было восхитительное зрелище, если б не одно “но”. Когда я приоткрыла от увиденного рот, ветер с силой хлестнул по моему лицу распущенными волосами. Некоторые локоны попали в рот, а вместе с ними так некстати залетело еще и несколько светлячков, создав жуткие ощущения на языке… Я панически принялась кашлять, пытаясь отплеваться. Но они своими острыми лапками ухватились за язык и не в какую не хотели вылезать. Почувствовав, что стало тяжелее дышать, залезла рукой в рот, другой же схватилась за горло и упала со страху на колени. Некоторые жуки, спеша выжить, полезли по разным направлениям, некоторые выбрали неправильный путь и двинулись в направлении глотки. В панике давясь и ловя этих тварей за крылья, не давая им себя задушить, я вызвала еще один приступ кашля. Он был настолько мощным, что разом выплюнул даже самых дальних насекомых, шустро забежавших за небный язычок. *Кха-кха…!* — для надежности приступ повторился. Мокрые жуки пулей полетели наземь, скрывшись в высокой траве. Облегченно вздохнув и вытерев на губах выступившую слюну, я медленно подняла голову, просто не веря, что этот кошмар закончился…
 
— Везет же… — тихо произнесла я, поглядев на темного эльфа. Его просто перекосило от увиденного. — Какие мы брезгливые… даже помощь не предложил… — выдала я мысли в слух, забывшись от усталости. Словила высокомерно-испепеляющий взгляд на себе. Он лишь ядовито бросил:
— Мерзость.
— От этого никто не застрахован. Даже ты. — аккуратно подошла к нему, намереваясь сесть. Однако его нога мне этого не позволила! Вальяжно расположилась на остальной части бревна, заняв место. Удивленно задрала в немом вопросе бровь, мол что это за представление? Он молчал, всем видом показывая, что я для него лишь пустое место. К первой ноге присоединилась вторая, и вот темный на коряге уже полу лежит, упершись локтями. Лиловые глаза надменно покосились на меня.
— Прочь, ничтожество. Ты мне порядком наскучила, испортив настроение своей блевотиной. Повторять не стану.
Проговорил он настолько токсичным тоном, что у меня неохотно засосало под лопатками, а плечи лихорадочно дернулись. Это обращение… Оно было в разы хуже, чем у Зеврана. Такое презрение… Помялась на месте нерешительно. Ноги будто корнями оплело.
— Ты оглохла!? — рыкнул дроу, на глазах теряя терпение и с каждой секарой зверея. — Я тебе не первый брат! За неподчинение — убиваю!
Все также пребывая в некотором шоке от такого к себе обращения, я продолжила стоять. Мне жутко не хотелось портить с этим эльфом отношения. Однако ситуация выходила из-под контроля. С каждой секундой, мои шансы разрешить все миром улетучивались на глазах. Он, не увидев с моей стороны реакции на свои слова, нервно передернул ушами, а затем, по поляне пролетел настолько властный и убийственно-прессующий рык, что в округе моментально поднялись в воздух все перепуганные птицы, крича разными звуками. А я побледнела, застыв статуей:
— На колени, дрянь! Моли о прощении, пока не грохнул!
Бай-Чон-Е в момент сменил положение с горизонтального на вертикальное и теперь требовательно ожидал, пожирая меня глазами. Неожиданно ноги дрогнули под его прессом и я, как подкошенная, рухнула на колени, но не склонила спины, лишь опустила голову. “Боже… Только не бей… Страшно…! “ — билось лихорадочно в голове. Все тело сковал животный страх! Такое давление… оно не было еще ни у кого, даже монстры, встреченные мной, всего лишь сошки перед этим взглядом! Голос эльфа постоянно менялся, сейчас он был похож на Зеврана, но я видела, что кроме нас двоих на поляне больше никого не было. Это ужасало еще сильней. Где наставник, когда его адепта с землей ровняют!?
— Люди… вы всего лишь бестолковые и грязные рабы, годящиеся для изнурительной работы и беспрекословного подчинения высшей расе мира и нашей Паучьей Королеве! Ничтожества… — услышала над собой яростное заявление лонка и склонила неосознанно спину. “Мне плохо, перестань…!” — ментальное давление было бешеным. Хотелось раствориться! Перед глазами пронеслись события той страшной ночи, когда мне пересчитывали ребра и ломали хребет! Однако, если Зевран убивал меня физически, то этот просто сворачивал мое естество изнутри, разрушая волю своим мастерским красноречием. Ему даже не нужно было много говорить. За него все делали некая ораторская сила и психологические навыки, прокачанные до упора. Меня просто, как букашку, раздавливали в кляксу, превращая в овощ.
— Ваши бестолковые трепыхания и попытки доказать себе, что вы герои и властители земель, лишь жалкое посмешище перед нашими взорами! Вы своим существованием мараете лик природы! Сначала уничтожаете неугодные расы во славу своего мерзкого “Божка”, расширяетесь, как опухшая язва. А после трахаетесь, стремительно плодитесь, взращивая равных себе отбросов, которые вместо того чтобы взяться за ум, обжираются до разрывов живота и вновь трахаются, посылая на очередную войну пресмыкающихся слуг! Вы гниль, которую следует уничтожить…