Драма Мориарти: «Воля кукловода...» (СИ)
— Вы же можете…
Эти слова, полные мольбы, выбили из второго лонка остатки самообладания. Любимый брат лежал перед ним хладным трупом. Израненный, изможденный.
По его лицу потекли ручьями слезы.
Он приник к запачканному лицу. Глотая слезы, принялся целовать, успокаивать брата, в надежде, что он обязательно очнется и ответит ему, также успокоив.
— Старший… Зевран, молю… вернись ко мне… НЕ УМИРАЙ, СЛЫШИШЬ!? Кха-кха! — у него перехватило дух. Отвернувшись, он закашлял кровью! Чуть утерев губы, он бессильно упал брату на плечо. Прохрипел: — Тебе еще рано в чертоги Королевы. Она… будет недовольна…
— Бай… — выдавил из себя Олэон, положив тому руку на голову. — Он мертв.
— НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ!!!!! — это была последняя капля. У Мориарти сдали нервы. Он забился в истерике, обнимая две родные души, одна из которых больше ему никогда не ответит. — ОН НЕ УМЕР! ОН НЕ МОЖЕТ! ОН ЖЕ ОБЕЩАЛ МНЕ НОВУЮ ЭРУ!!!!
— Владыка, прошу, не убивайтесь! Вы причиняете себе больно! — попытался успокоить юношу божественный дух, приникнув к спине Аллароса. Его хвост обвился вокруг тонкого стана.
— ОТВАЛИ! — яро огрызнулись на него. Но не оттолкнули.
Человек, дрожа, зарылся в растрепанные серебристые волосы наставника, на груди которого тихо постанывал Бай-Чон-Е:
— Он не мог умереть… Не мог… Он просил, чтобы я не оставлял его одного…
— Брат… — тихо позвал Олэон, гладя затылок старшего. Ему не ответили, все продолжали шептать о своем. Тогда он позвал настойчивее: — Бай-Чон-Е!
Второй лонк поднял на третьего красные от слез глаза. Поддержав его за подбородок, советник требовательно заявил: — Тебе срочно нужно в лазарет, если не хочешь, чтобы авангард хоронил двух братьев.
Бай, лихорадочно покачал головой: — Я… его не брошу. НЕ БРОШУ!
— Мы его не оставим. — заверил брата маг. — Я отведу тебя подлечиться, а после заберу Зеврана домой. Все будет хорошо. Вставай.
С этими словами он поднялся и потянул за собой второго лонка, который словно корнями прирос к старшему и Мориарти. Последний же поднял на них зареванные глаза и горестно прошептал: — Иди, милый Бай, я присмотрю за ним. Никуда не отпущу. Он обязательно очнется…
— Молодой господин, первый лонк… умер…
— Чушь, Цинсо! Он просто в коме!
— Если ты что-то сделаешь с sat’rian, пока нас не будет, я тебя из-под земли достану. — токсично выплюнул красноглазый Аллу, поддерживая полуживого брата. Тот судорожно кивнул и всхлипнул. Крепче обхватил холодное тело.
Самоцвет портальной арки упал на мраморный пол, звонко шаркнув по камню. Загорелся оранжевым и испустил белые дуги телепорта. Как только они разгорелись до предела, двое эльфов вступили в его мерцание. На доли секар Бай замер перед аркой. Оглянулся. Его взгляд поймали болотневые глаза, из которых исчезли искры задора, вместе со смертью брата. Это последнее, что запомнил Бай-Чон-Е в образе Мориарти. Переодетая под мальчика девушка, в объятьях которой лежит любимый старший брат. Мертвый…
«Какой печальный конец.» — подумал он тоскливо, уже исчезая в портале…
Стоило арке захлопнуться, как Алларос рухнул на грудь мертвому Зеврану и, уже не сдерживаясь, зарыдал так, как не плакал никогда в жизни! — Ты не… мо-ожешь уме-ере-еть, Зе-евра-ан! ТЫ… НЕ МОЖЕШЬ!!! ЗЕВ, ЗЕВРА-АН!
И словно сами небеса горевали вместе с девушкой!
Гром расколол их. Через разбитый купол с набежавших черных туч посыпались капли дождя. Их влага холодно кусала кожу, но Мор словно этого не замечала. Рыдала, обливая слезами темные одежды наставника. Не верила правде. Не хотела верить!
*БА-БАХ!* Вместе с громом загремели машины. Центровое ядро уже не могло справиться с накопившемся давлением. Храм затрещал по швам. Трубы задребезжали. *Пф-ф-Пф!* Из них повалил пар неимоверным количеством! Шестеренки повылетали из устройств, что качали первородную энергию из колодца.
*Звон падающих на пол болтов. Громыхание камня.*
— Г-господин, нам нужно выбираться… — крутя головой по сторонам, пискнул истошно дух. Как бы ему не было печально, но своя шкура дороже и присоединиться к первому лонку он не спешил. Дернул за плечи Алла дабы оторвать от тела. Но тот яростно отмахнулся: — НЕТ! Я ЕГО НЕ БРОШУ! ОН ЖИВ! СЛЫШИШЬ? ОН ЖИВ!
— Одумайся, идиот! Лонк не дышит! Пусти его!
*Пф-ф. Пф! БА-БАХ! Пф-ф… Звук прогибающегося металла.*
Тщетно. Мор присосался к Зеврану клещом и ни в силах был Цинсо его от него отцепить.
— Тут сейчас все на воздух взлетит! Источник в хаосе, он может покалечить тебя! Идем, скорее!
— Уходи сам! Я его не оставлю… — разобрал он сквозь шум.
— Мориарти!!! — взмолился он перед ним, дернул еще раз!
— Прочь! Беги! — его руку сорвали жестким рывком. Поняв, что безнадежно его отговаривать, Цинсо в мгновение ока опустился на колени и обнял Аллароса! Бросив напоследок: «Спасибо тебе, владыка, за все!» Он кинулся прочь из зала, едва разбирая дорогу от набежавших слез, дабы уйти как можно дальше от эпицентра…
— Это не правда. Это сон. Вот я щас проснусь и получу подзатыльник от наставника за безделье в рабочее время. Это сон. Зевран жив. *Хнык. Хнык* — утешала себя Мориарти, лежа на заледеневшей груди темного эльфа.
Вокруг сотрясался мир. Источник вышел из-под контроля из-за так и не завершенного ритуала. Теперь его радиация пульсировала во все стороны, облучая их тела, перенасыщая…
А она все повторяла родное сердцу имя:
— Зевран…
— Зевран…
— Зевран… прошу, вернись ко мне…
Даже когда ее внутренности накалились до предела и стало невозможно дышать, последнее слово, которое сорвалось с ее губ было:
— ЗЕВРА-А-А-АН!!!!
Мгновение! И девушка засветившись звездой изнутри, вспыхнула! И за секары осыпалась радужным пеплом, что прикрыл собой хладное тело родного эльфа…
— Зевран… прости…
Мир в глазах погас.
Занавес…
Эпилог
Светлые пальцы откинули с расслабленного лица темного эльфа грязные волосы. Неся по пустому коридору хладный труп, статный мужчина вошел в самое холодное помещение в храме. Оно было глубоким и походило чем-то на крио-лабораторию. Стеллажи со склянками и банками были покрыты коркой льда. С них свисали огромные ледники. Окон нет. Отдельная вентиляция, подсоединенная к другому ядру, что находилось в противоположной стороне от Первородного Источника и еще функционировало. Помещение было средним по площади: тройка стеллажей и высоченный шкаф с отсеками.
— Это м-морг? — пискнул за спиной мужчины детский голосок. Поежился.
— Близко, но нет. — хмыкнули в ответ. Затем, подойдя к шкафу, с трудом отворили одну из ячеек и выдвинули перед собой. Ее длины хватало, чтобы уместить существо в два метра высотой. И этим мужчина был очень доволен.
Проверив на сохранность конструкцию, он аккуратно уложил темное тело в отсек. Далее щелкнув пальцами, растопил воду в ближайшей чашке и приняв от ушастого пацаненка небольшую ткань, утер мертвецу лицо и тело. Переодел в чистый комплект одежды, что нашел в какой-то из оставленных сумок пришедших. Очистил и расчесал волосы. Сложил крестом руки на груди.
— Молодой лоран, вы уверены, что стоит оставить первого лонка здесь? Его третий брат будет в ярости, если не найдет тела. Боюсь представить, что…
— Тебе не о чем волноваться, дух! Он не доставит нам проблем. В конце концов, ему выгодно держать нас живыми. Я в этом уверен! — улыбнулся ему говоривший. Потрепал за ухо, успокаивая, а после загадкой произнес:
— Кому велят вернуться, вернется. Но только хватит ли у него на это сил?
— Вы имеете в виду…?
Мальчик запнулся, когда как мужчина задрал голову и устремил свой взор куда-то далеко за пределы этой комнатушки, словно смотрел на небеса. Еще лучезарнее улыбнулся и обратился к кому-то приятным, но без эмоциональным голосом:
— Пора бы тебе выбрать свою роль. Кто же ты: бабочка или Лука?
Ответ не заставит себя долго ждать…
***