Драма Мориарти: «Воля кукловода...» (СИ)
— Тише, Цинсо. — отдернул его Мор, положив руку тому на колено. Рыжий недовольно засопел. Молодой господин начал размышлять вслух: — Рэмэ подозревает в нас самозванцев. По его мнению, служители Великой Инквизиции не могут так легко заболеть смертной болезнью. Мол у нас для защиты должны быть соответствующие амулеты. Догадки подтверждают и наше поведение в деревне и бывшие беседы. Вряд ли солдаты света будут вести дружеские беседы с простыми авантюристами…
— А если мы только в нее вступили?
— Не клеится, рыжий. — фыркнул Мориарти. Дернул от озноба плечом. — Тогда мы должны усердно трудиться в форте и доказывать свою полезность, а не шататься по равнине.
Пока они вели тихий разговор, тройка наемников уже все порешала. Берсерк под натиском Мираэллы все же отошел в сторону, бросив напоследок пару ласковых. А лазаретник только было хотел направиться к Цинсо и молодому господину, как неожиданно был остановлен за локоть богатыршей. Подойдя к нему вплотную из-за спины, она что-то ему шепнула на ухо, а далее кивнула в сторону героев и отошла к повозкам, проверять целостность товаров. Это поведение не осталось незамеченным. Алларос нахмурил брови. За это время после разговора в пути девушка ни разу не обмолвилась с ним и словом. Может, боялась заразиться? Хотя нет. У нее целитель всегда под рукой! “Интересно, и чем же я ее разгневал или напугал? Ведь раньше она трещала со мной возле костра без умолку…”
Видя, как к ним идет лазаретник, Мориарти сухо спросил у лисьего духа:
— Цинсо, ты же немного разбираешься в устройстве магических потоков, хоть сам и не используешь манну? — он утвердительно кивнул и тут же насторожился. Следом пошел приказ: — Тогда следи за чародеем. Из-за кулона, он не сможет мне сильно навредить. Но я должен точно знать, что лекарь будет делать и как осматривать, понял?
— Ясно, господин. — понял его дух. Алларос знал, что божественный лис помимо сопротивления к магии и неумения колдовать, мог читать и понимать все рунные знаки, что представали перед ним. Это сейчас могло многое рассказать юноше. Мираэлла вела себя странно. Выходит что-то заметила в них, для себя неправильное. Он вспомнил, как отзывался о паладинах Зевран. Столько презрения и в то же время высокомерный дроу старался обходить этих фанатиков стороной. Ну не нравились они ему и все! А вот Бай-Чон-Е, в отличии от старшего брата, на вопрос “почему с ними не стоит иметь никаких дел?” отвечал наиболее кратко: “Это бездумный меч Святого пантеона.”
“Странное дело. Вот есть Инквизиция, что стоит чуть выше всех стран материков и поддерживает порядок в мире, искореняя неугодных злодеев и отступников. А вот религия — Святой и Темный пантеон. К обеим сторонам относятся десятки божеств и духов, которым поклоняются существа разных стран и рас. Каждый пытается надрать хвост противоположной баррикаде. Вследствие чего появились такие организации как Святая Гильдия паладинов и Союз Личей. Некие гуманоиды борются друг с другом, думая, что их дело правое. А самим богам до этого и дела нет. У них свои терки на небе и под землей. Святая гильдия… Святая гиль…”
— Позволь тебя осмотреть, брат Мориарти. — прервал раздумья подошедший лазаретник. Мор почувствовал, как замер рядом Цинсо. Но все же кивнул. Врач сразу же снял с замерзшего юноши меховой плащ, оставив только обычную одежду, чтобы было делать легче осмотр. Дальше присел на корточки перед ним, глубоко вздохнул и поднял вверх указательный палец…
*Треск горящего дерева в костре. Вой ветра… Веселые выкрики союзников.* — маг стал выводить сложные закорючки в пространстве с едва заметным свечением. Но как только первая руна была закончена, она полыхнула изумрудным цветом, готовая по воле хозяина впечататься в нужный объект и всем естеством оказать содействие. Следя за лазаретником с нескрываемым любопытством, Мориарти опущенной рукой пытался незаметно повторить эти движения. Но его собственные карикатуры совсем не горели, как бы правильно он их не выводил. Бросив это дело, Мор перевел взгляд на напряженного духа. Тот сидел, будто кочергу проглотил, не моргая и не шевелясь. Только зрачки его едва дергались, смотря через другой уровень пространства…
Вслед за изумрудным знаком пошли малиновый и серебристый, которые один жестче другого вписывались в грудь Мориарти, с силой откидывая его назад.
*Хлоп. Хлоп. Хлоп.*
— Так, так, так. Интересно… — шептал себе под нос чародей, видя в юноше скопления энергетических и духовных связей. Когда он закончил осмотр тела, то принялся за излечение недуга простуды. Это заняло не больше двух минут. Но по странной причине, лазаретник не отвел руки от молодого господина, а продолжил водить ею из стороны в сторону, выпуская из ладони едва уловимую голубую энергию. Мгновение и эти силы коснулись сознания Мориарти!
*Хлобысть!*
Вдруг лекарь отлетел от юноши на приличный аршин, больно упав на спину возле полыхающего костра! Алларос открыл глаза, кои сами по себе закрылись во время сеанса от присутствия чужой энергии. Узрел взволнованно встающего мага и взгляды десятка пар глаз. Недоуменно приподнял брови…
— Т-ты… — начал было гневно шипеть лазаретник, тыкая пальцем не в Аллароса, а в рядом уже стоящего Цинсо. Тот был взъерошен, как воробей, и стоял в боевой стойке, готовый в любой момент вонзить в неугодных эбонитовые клинки.
— Ты преступил порог дозволенного, брат Дэжеан. — сухо выдал дух, в миг потяжелевшим голосом, что был как-то не свойственен подростку. Оглядев присутствующих и дернув ушами, Цинсо глубоко вздохнул и неохотно поклонился чародею: — На этом твоя работа закончена, мы благодарим тебя за помощь.
Мориарти также поднялся, накинул на плечи свой плащ и тоже поклонился, не переставая буравить Дэжеана взглядом. Так он и думал. Мираэлла что-то хотела проверить, и не будь с ним умелого божественного духа, наверняка что-нибудь да нарыла. “Не хорошо…” — удрученно подумал Мор, почесав кончик носа, когда лазаретник, плюнув себе под ноги, ушел прочь от костра, а Цинсо объяснил владыке, что пошло не так: “Заклятье очищения и усмирения… Ну-ну. они думают, что я одержим? Дерьмо, хах. У меня слишком много связей с иными личностями… В голове творится бедлам… Нехватало нажить себе врагов в виде этих авантюристов. Что же. Единственное, что притупит их подозрение, это очередная помощь с нашей стороны…”
***— Хэй, ребята, как настроение!? — принеся к костру кипу хвороста, задорно спросил Мориарти у хмуро сидевших авантюристов, пара из которых — стрелок и стихийник пыталась не спалить для всего отряда свеже пойманной еды. На морозном воздухе силы естественного огня конечно же не хватало. Поэтому пришлось поднатужиться и магу, на висках коего от напряжения аж вздулись синие вены. Увы, за магию в этом мире нужно платить. И порой здоровьем или жизнью… На оклик обернулся охотник. Увидев брата Аллароса, добродушно ему улыбнулся, как другу, и колко ответил:
— Прекрасно, как видишь! Скоро вон, за место холэнок (грызун размером с нутрию.), Пирона будем есть. Смотри, как перекосило мужика. Того гляди, удар хватит, так и закопаем. Хотя… так съедим!
Чародей недовольно покосился на стрелка и не успел тот и рта еще раз открыть, как из дров на него выскочила пламенная саламандра, злющая как сотни мигер!
— Ёперный театр! — испуганно вскрикнув, Лаген вместе с Мориарти пулей взлетели с ногами на бревно, будто увидели тысячи усатых тараканов под собой! А рептилия ж за ними…
Матерясь на нерадивого мага отборным матом, охотник отпихивал башмаком горящую морду ящерицы, что настырно лезла к ним. В то же время ему помогал Алларос: закидывал существо комьями снега и не давал саламандре расплавить сапоги Лагена, которые держали оборону при осаде захватчиками. Такой поворот событий да и купания совсем не устроили ящерицу и тогда она начала…
*Клац!* — Уф… Твою ж чертовщину! *Р-р-р-р. Клац!* А-а! Пирон, сволочь ты ехидная, убери свое животное от меня! *Клац уже возле икры* Фу! Назад! — истошно заорал стрелок, едва поспевая убрать конечность из-под зубов саламандры.