Драма Мориарти: «Воля кукловода...» (СИ)

— Чей-то!? — надменно бросила девочка и топнула ножкой: — Ты мне еще два желания должен!
Парень удрученно закатил глаза. Так хотелось ее усыпить… А впрочем, почему бы нет? “Это же гостевые? А чуть впереди комната отдыха. Неплохо…” — хитро прищурился он, мягко ступая по мраморному полу.
— Что ты хочешь еще…, моя прелесть? — слова сами слетели с его губ и прозвучали довольно зловеще. Однако это обращение пропустили мимо ушей. Минув стоящих на посту стражников, принцесса сказала:
— Здесь тихо. Можешь снять все эти тряпки! Я хочу увидеть твое лицо.
— Это желание?
— Да.
На пол упал шарф и маска, на спину капюшон. Глаза девочки расширились от удивления. — Не думала, что во дворце есть такие красивые слуги…
Алларос ухмыльнулся. — Последнее желание. Только укажи мне на словах путь до библиотеки.
— С чего бы мне рассказывать? — сложив руки на груди, выдала горделиво она. — Кинешь меня и убежишь, красавчик.
— Отвечу тоже самое, чтобы ты не кинула меня! Ну же, говори!
— Какой нетерпеливый… — прошептала она недовольно, но все же соблаговолила на пальцах показать направление. На ту пору, они уже сидели в комнате отдыха.
— Понял. — сухо выдал Мор, вставая с софы. Он уже был готов идти, как внезапно маленькая ручка схватила его запястье:
— А ну стой! Еще желание! — глубоко вздохнув, Мориарти обернулся и требовательно воззрился на девочку. Она под этим взглядом слегка заколебалась. Пальчики нервно потеребили узелки бантов на подоле платья. Однако, погодя минуту, она все же озвучила последнюю свою хотелку:
— Поцелуй меня…
Глаза юноши удивленно расширились. Та заалела и чуть отвернулась. Отойдя от озвученного желания, Мориарти весело хмыкнул, а после мягко поинтересовался: — И каким видом поцелуя?
Девочка, а если точно говорить тринадцатилетний подросток, покраснела еще сильнее и неуверенно вопросила: — А что, их может быть несколько?
— Разумеется! От легкого до глубокого. Итак, какой?
— Конечно глубоким! Иначе не засчитаю. — воскликнула она, подпрыгнув.
Кивнув, Мор медленно, мягко приблизился к ней. Встал на колени. Его лицо оказалось напротив нагнувшейся к нему девочки. Последняя стеснительно отводила взгляд, но когда холодные руки юноши ласково пробежались от плеча, по хрупкой шеи и зарылись в ее сложной прическе, она уже не могла отвернуться. Не давали. Неожиданно, глаза Аллароса оказались меньше чем в пяти сантиметрах от ее… А губы… Парень эротично, наблюдая за поведением девочки, облизал их, вызвав тем самым у пылкого детского тельца гамму эмоций! Она сдавленно выдохнула и обожгла ему щеку воздухом. И только она вновь вдохнула, как ладонь, что была в волосах, стремительно потянула девичью голову к мужской фигуре! Раз. И уста Мор впились в не широко раскрытый ротик! Маленькое тело испуганно дернулось. Она никак не ожидала, что под глубоким поцелуем понимается ласкание языков. Чужой, влажный он словно собственник бродил внутри ее рта, и вызывал несказанное удивление! Ласкал ее язык, пока губы мирно посасывали розовые девичьи уста снаружи… Вторая мужская рука приникла к ее животу, начала пожамкивать, как подушечку. Девочка приоткрыла один глаз и заметила, что юноша уже всем телом нависает над ней, того гляди, ляжет! Настолько он был поглощен исполнением желания… Из его рта иногда слышались слабые стоны наслаждения… Принцесса расслабилась.
Однако, долго это не продлилось. *Хлоп!*
— Тихо… тихо… вот так. — убрав руку от шеи девочки, Алларос осторожно уложил обмякшее тело на софу. Закинул ее ноги и подложил подушку под голову. — “Спокойной ночи малыши” уже давно прокрутили свои мультики. Так что пора и тебе на боковую, цветочек.
Утерев потекшую с уголка рта слюну и немного скривившись, все-таки девочка была неумехой, Мор развернулся на пятках и вышел вон из тихой комнаты, думая про себя, что за этот день устроил в пять раз больше представлений, чем ему удавалось за неделю. Все же… это до безумия забавно!
***
Бай-Чон-Е Де Иррида.
“Скучно. Ненавижу тягомотину…” — я показательно зевнул, слушая доклад советника Императора. Внезапно, меня пихнули в бок. Стремительно перевел взгляд на раздражитель и узрел недовольное лицо старшего брата. Устало вздохнув, вновь сделал заинтересованное выражение лица и стал дальше впитывать в себя этот балласт. Почему нельзя просто сказать, мол знаем то и это, а о большем не ведаем? Для чего им нужно растягивать доклад всяким дерьмом, чтобы скрыть за догадками свою неосведомленность? Не хотят ударить в грязь лицом перед высшей расой? Возможно, однако, они уже по уши в земле. Как можно было потерять добрый десяток первоклассных воинов в патруле и не предотвратить заранее грозную силу противника? Вот она, людская черта — авось пронесет, да мимо пройдет! Дождались. Страна перед зимой вдруг узнает, что многие амбары с зерном сгорели, а города переполнены беженцами…
 
— Хватит. — монотонную речь аналитика прервал голос Зеврана. Тот моментально умолк, боясь нас разозлить. Скучающий также Император ожидающе взглянул на сидящего брата. Он не заставил долго ждать: — Из вашей воды мы услышали только, как у вас все катится в бездну! Вы хотите, чтобы мой отряд разведал север, выведал место дислокации и силы врага. Но при этом вы не предоставили нам ничего взамен! Север страны огромен, поиски могут затянуться на годы! А у вас нет времени. Стеклянные чучела то и дело пару раз в неделю сжигают деревни, скоро приступят к малым городам. Вы хоть понимаете, в какой вы жопе!?
Его голос становился все высокомерней и холодней от каждого следующего слова. Хмуро опустив голову, Император нервно сплел пальцы и тихо сообщил: — Мы давно забеспокоились на счет этого. Но набеги были столь малочисленны и разносторонни, что просто невозможно было отследить их движение. Тут некстати пропали и Носферату…
“Носферату… это же те стеклянные воины, что встретили нас на пути в Затуру и чуть не превратили в фарш? Разумеется, если б мы выступили всем авангардом в бой, то победа была бы за нами… Но сейчас, в разведку нужно идти вдвоем, троем. Кто знает, сколько за холодными ледниками прячется таких же элитных отрядов? А эти олухи посылают нас будто слепых щенят неизвестно куда!” — мелькнуло в мыслях безрадостно. Человеческий владыка еще что-то там бурчал охая и ахая о своем, однако мы его уже с командиром слабо слушали. Подойдя к карте страны, я принялся водить пальцем по сгоревшим поселениям. Уловив здесь слабую нить, попросил кусок угля и расчертил движение стеклянных отрядов. Появилась запутанная бессмысленная картинка.
— Что думаешь, брат? — из-за спины вопросил Зевран, пристально глядя на карту. Недоуменно пожал плечами. Аналитик не солгал, пути и вправду хаотичны. Все побоища двигались с севера на юго-запад, но не с начала Марея, а где-то с района Суховетрия. Что еще больше смущало… это цели самих стеклянных Носферату. Они двигались в направлении Сквернолесья. Но что же так сильно привлекло их внимание там, что они отказались нас преследовать?
— Так много вопросов… Но так мало ответов… — холодно произнес я, не глядя на него.
— Понимаю, — вклинился в наш неспешный диалог Император. Встал и также подошел к широкому столу. — сведений мало.
— Их вообще нет.
— Да, но поэтому мы и обратились в гильдию Рейнджеров. Ваша слава в подполье ходит по всем материкам. Думаю и эта задача вам будет по плечу!
– *Хлобысть!* Вы хоть понимаете, что можете послать умелых мастеров на смерть от ваших данных!? Как вы возместите этот убыток организации!? — внезапно вспылил я, грозно хлопнув кулаком по карте. На лице заходили желваки. Сердце бешено забилось. “Как же я ненавижу этих гадких людишек! Бестолковые отбросы все до одного!” В кабинете разом потемнело, воздух стал плотнее. Кто-то из присутствующих нервно потер виски и покачал головой. Мои глаза яростно впились в лицо Императора, заставляя его отшатнуться назад от ментального давления! *Хлоп!*
 
— Прекрати живо! — рыкнул на меня старший, приставив к горлу кинжал. Замер. Окружающие также затаили дыхание, от удивления их глаза расширились, а стража вынула в боевой готовности мечи. Я недоуменно покосился на него. Темное лицо брата было беспристрастным, а хватка уверенной. Губы его дрогнули, перейдя на наш язык, он хмуро вымолвил: — Ты сегодня сам не свой. Немедленно успокойся и не ломай комедию, младший! Этот контракт дорого стоит. А мы не знаем поражений, или неужели ты боишься какой-то очередной вылазки?