Паутина страха (СИ)
Джуба лёг спать и долго ещё в темноте перед ним мелькали картины детства. Напрасно он отгонял их. Он даже встал и налил себе жидкости, перегнанной из крепчайшего настоя. В голове зашумело и спустя некоторое время чернокнижник уснул.
А в это время высокая служанка при свете луны перебирала одежду. Она откладывала то, что можно взять с собой. Вдруг она остановилась и тихонько заплакала, чтобы не разбудить детей. Куда она сбежит? Где ей рады? Да и как она с маленькими детьми будет жить?
Джуба сидел, развалившись на стуле, а высокая служанка стояла перед ним.
— Вот, что я тебе скажу. Ты молодец, никому не рассказала. Вот хочу, чтобы ты выполнила моё поручение. Выполнишь его, и я отстану от тебя. Больше того, отошлю тебя в дальнюю деревню. Найду тебе там работу чистую. И на дом даже денег дам, — Джуба говорил неторопливо и размеренно.
Высокая служанка подняла глаза от пола и смотрела жалостливо на Джубу.
— Ты знаешь, что наш хозяин сильно болеет. Болезнь у него тяжёлая неизлечимая. И ты должна ему помочь. — Джуба внимательно посмотрел на высокую служанку.
— А чем, чем я могу ему помочь. Я ведь не лекарь, — служанка стояла, сложив руки на груди.
— Есть у меня лекарство. Из-за моря привезённое. Вот только оно и поможет. Однако я не могу его дать. Придётся тебе помочь, — Джуба качнул головой в сторону служанки.
Высокая служанка сделала удивлённые глаза.
— Тебе надо вот это лекарство подлить ему в еду. И он начнет выздоравливать. Поняла? — Джуба сказал это с нажимом.
До высокой служанки начало доходить, что ей предлагает Джуба. Она стала смотреть по сторонам. Потом начала плакать.
— Но… Господин… Это же какой грех… Нет… Я не могу… Не могу… — высокая служанка залилась слезами.
Джуба поднялся с лавки, — ну тогда… Завтра Ворон узнает, кто украл вино из погреба, кто воровал на кухне. Что он с тобой сделает? Он милосердный господин. Он пороть тебя не будет. Зачем ему тебя позорить. Он тебя просто повесит. И детей продаст в город.
Высокая служанка упала на колени. Она начала захлёбываться в рыданиях.
— А если выполнишь моё распоряжение, — продолжал Джуба, — то получишь дом в дальней деревне и хорошую чистую работу там. И с детьми уедешь туда. Ну!
Высокая служанка ничего не могла сказать. Она рыдала. Джуба поднял её, посадил на стул, дал чашку с настоем. Она начала пить воду и слышно было, как ее зубы стучали о край кружки.
— Да успокойся, ты. Никто ничего не узнает. Сделаешь дело и всё, уедешь отсюда. Подумай о своих детях. У тебя девочки, мальчики?
Высокая служанка кивнула, — две девочки и один мальчик…
— Ну вот. Все будет хорошо. — Джуба улыбнулся, — Я тебе обещаю. Я даже тебе сейчас материи дам на одежду ребятам.
Джуба подошёл к сундуку, открыл его. Он стал перебирать ткань. Наконец нашёл неяркий ситец. Он вынул его из сундука и положил на колени высокой служанке, — рубашку мальчишке пошьёшь. Дочкам платьица. Ну? Соглашайся…
Высокая служанка перебирала ткань. Потом все-таки отодвинула её в сторону, — нет. Господин, не могу.
— Ну что. Ты сама выбрала. Хорошо. Готовься. Уходи! — голос Джубы стал грозным и грубым.
Высокая служанки побрела к дверям. У двери она вдруг упала на колени, — согласна я, господин, согласна. Скажи, что надо делать?
Джуба оживился. Он протёр ладонью лицо. Подошёл к высокой служанке и подвёл её к стулу. Посадил на него, и дал ей настой из трав.
Глава 15
В подземелье всегда темно. Свет еле проникал в маленькое окошко. На полу у стены лежала ведьма Айка. Загремели железные засовы, дверь открылась, и вошёл Дарий с едой и питьём. Айка пошевелилась и измученными глазами посмотрела на Дария.
— Как ты? — Дарий поставил корзинку и рядом кувшин с водой. После города он чувствовал себя очень сильным, в нем появился стержень. Внутри появилась опора. Он больше не ощущал себя униженным и оскорбленным.
Ведьма Айка склонила голову и тихо сказала, — знаешь, не хотела тебе говорить… Ведь сюда каждый день приходит Ворон. Он все требует от меня, чтобы я расшифровала какую-то книгу. И про сына своего пропавшего, спрашивает. А что я ему скажу? Я ведь не ведунья. Я по травам.
Дарий стал успокаивать Айку, — ну пусть себе ходит, что тебе. Все равно скоро тебя здесь не будет.
— Ты понимаешь, Дарий, но ведь и Джуба, этот злодей тоже приходил. Он всё смотрит, не стала ли я послушной. Время-то идёт. Ты вот не торопишься. А вдруг Ворон разозлится и на костёр меня? — ведьма Айка смотрела заплаканными глазами на Дария.
Дарий взял её руки в свои и начал говорить, — потерпи ещё немного. Не так всё просто. Время ещё не пришло. Скоро, очень скоро.
Ведьма Айка всхлипнула. Дарий обнял её, и стал поглаживать по спине. Девушка сильнее расплакалась. Стало жалко ее. И словно в ответ стали напрягаться мышцы, будто Дарий уже готовился к бою.
В это время у двери в подземелье стояла Потреба и все слушала. Она вошла, и Дарий отстранился от Айки. Потреба увидела испуганное лицо Айка, и злое уверенное, Дария.
Потреба стала успокаивать, — не бойтесь. Я не выдам вас.
Дарий хотел уйти, но Потреба остановила его, — постой, постой, Дарий. Я вот что хочу сказать. Это и тебе надо знать, чтобы ты не боялся меня.
Дарий и ведьма Айка внимательно смотрели на Потребу. Потреба выдохнула, перекрестилась и сказала, — Айка, ты моя внучка!
Ведьма Айка начала плакать. Дарий смотрел то на Айку, то на Потребу.
— Как это? — проговорил Дарий.
— Долго рассказывать, как-нибудь потом. А сейчас, я поняла, ты хочешь спасти Айку?
Дарий кивнул головой. Потреба посмотрела по сторонам и сказала, — хорошо. Потом всё расскажешь. Я тебе помогу. А сейчас надо уходить. Скоро придёт Ворон.
Дарий посмотрел на опешившую Айку, погладил её по голове. Потом развернулся и пошёл из подземелья. Вслед за ним удалилась и Потреба.
Айка смотрела вслед, она забыла о неудобствах, она вспоминала жизнь в деревне. Так вот кто посылал продукты бабушке, у которой жила Айка.
Так неожиданно появилась родная бабушка. И что сейчас делать? А что она может? Только ждать, пока Дарий спасет её.
Там в деревне всё было проще и легче. Айка жила и радовалась жизни.
Бабушка, у которой она тогда жила, умела лечить животных. Она всегда интересно говорила о животных. К примеру, овечка глупая, глупая, а вот чужого ягнёнка к себе не подпустит. Чует она своего.
Она заставляла Айку растирать травы, варить настои и даже через некоторое время стала брать её с собой на лечение.
С ребятами Айка почти не общалась. Не интересны они ей были. Их разговоры были об урожаях, о том, кто сильнее, о гулянках. Да и с девками она не нашла общего языка. Те болтали о ребятах, о будущем замужестве, о том, кто богаче, кто беднее.
Айке было проще с животными. С ними она разговаривала, делилась своими бедами, обидами. Иногда даже хвалила их. Со всеми она общалась, как с малыми детьми.
Однажды, когда ей было лет двенадцать, она разговаривала с вороном. Тот сидел на ветке старой, старой берёзы и слушал Айку. Казалось всё хорошо, но в конце разговора, когда она учила ворона тому что нехорошо подбирать объедки еды на задних дворах, ворон вдруг каркнул, и каркнул так, что Айка замолчала. Ворон смотрел на неё склонив голову, и ей показалось что он улыбается. Но когда ворон стал издавать звуки похожие на смех, она даже присела от неожиданности.
Тут она поняла, что ворон откровенно смеялся над ней. И когда бабушка сказала, что вороны живут по триста лет, и что они очень умные, Айке стало стыдно за себя. Ну как она может чему-нибудь научить существо возрастом в триста лет.
Айка потихоньку всё познавала. Много времени проводила в лесу. И знала все тропинки. Однажды бабушка взяла Айку на лечение коровы. Бабушка по дороге объяснила Айке, что они идут снимать порчу. Они пришли во двор к хозяину заболевшей коровы, и бабушка принялась гладить крову и проговаривать. Айка ничего не поняла в её шептании, но ей показалось что у бабушки что-то не получается, потому что она стала нервничать.