Выбор (СИ)

— Я не смогу бывать здесь постоянно, должность требует много времени проводить в замке, но мне бы хотелось иметь такое место, где мы могли бы побыть только вдвоём. Ты готова разделить его со мной? Сделать нашим местом уединения, как раньше. Нашим домом.
Я кивнула, притягивая его ближе к себе. Губы слились в поцелуе, нежном и трепетном. Вот только долго таковым он оставаться не мог, языки сплелись в танце страсти, тела прижались друг к другу максимально близко. Я чувствовала под пальцами как перекатываются мышцы, обтянутые тканью рубашки, и едва сдерживалась, чтобы не сорвать ее с желанного тела.
  
Он сам отодвинул меня от себя, успокаивая дыхание. Взял за руку и повёл вглубь дома, показывая его содержимое. Спальня в чердачном помещении, под крышей. Небольшая, но очень уютная. Вообще, все в доме было таким, что сюда хотелось вернуться. Хотелось здесь находиться. И этому в равной степени было заслугой оформление и компания, в которой я находилась.
Мы провели в этом доме вот уже три дня. Мои вещи, как перенесённые от Дино, так и новые, ждали своего часа. Даже в ванной комнате было все необходимое, и при этом с любимыми ароматами. Он продумал все. На кухне присутствовал запас продуктов, чтобы мы не оставались голодными. Готовила я, но Люцифер неизменно был поблизости и всегда предлагал свою помощь. На близости не настаивал. Более того, сам же пресекал мои несдержанные порывы, понимая, что я не готова. Мы слишком долго были в разлуке, чтобы бросаться в омут с головой.
— Не подумай, что я тебя прогоняю, но разве в Аду все не развалится без правителя?
Доставая из вафельницы очередной румяный квадратик, я выложила его на тарелку и машинально облизнула пальцы.
— У меня отпуск.
Забирая у меня тарелку, Люцифер поставил ее на стол, щедро поливая завтрак сладким сиропом. Отодвинул стул, приглашая меня сесть, а сам пошёл наливать свежесваренный кофе в чашки.
— Ты же только вступил в должность. Разве тебе положен отпуск?
— Скажем так, это не совсем отпуск. Я решаю важные политические вопросы.
Он опустился за стол, расположившись напротив меня. Наколотая на вилку вафля, капая сиропом на тарелку, поднялась в воздух, и он с аппетитом укусил тёплый уголок.
— Какие политические вопросы?
Я отпила кофе, внимательно глядя на демона. Он беззаботно жевал, и, казалось, совсем не переживал за то, что происходит сейчас в Аду.
— Помнишь, я говорил о заявлении отца? О том, что я должен буду представить Аду его королеву. Вот сейчас я как раз решаю этот важный вопрос.
Он улыбнулся, довольный своим заявлением, и продолжил есть, словно ничего стоящего мы не обсуждали. Я же от этих слов подавилась и закашлялась. Мелькнула мысль, что умереть сейчас от застрявшей в горле крошки будет весьма символично. Но бессмертные от такого не умирают.
— Люцифер…
Откашлявшись, я укоризненно посмотрела на него, а он лишь лукаво мне подмигнул. Вот же дьяволенок. Выдержав паузу, он все же продолжил серьёзнее.
— Вики, я ни к чему тебя не принуждаю. В любом случае, не важно, что ты решишь. Ещё пару дней я смогу быть здесь с тобой. Но потом, как ни печально, мне снова необходимо будет показаться в Аду. Но к тебе я буду возвращаться всегда, если ты позволишь.
Я задумалась над его словами. Хотел ли он, чтобы я была с ним и там тоже? Естественно. Хотел ли заявить о нашей связи всему Аду? Черт возьми, да. Он хотел этого ещё тогда, когда я была непризнанной. Готов ли он отказаться от собственных желаний в угоду моей прихоти? Всегда. И раньше, и сейчас. Может пора и мне сделать шаг навстречу?
Я встала из-за стола, подходя к нему со спины, укладывая ладони на широкие плечи, и несильно сжимая. Он откинул голову, затылком облокачиваясь на мою грудь, и прикрыл глаза, наслаждаясь лаской. Мы постоянно касались друг друга эти дни. Часами проводили в объятиях, целовались и ластились. Словно влюблённые подростки. Собственно, так я себя и ощущала. Влюблённой девчонкой, нашедшей свою судьбу.
Обойдя, я устроилась на его коленях, нежно поглаживая скулы кончиками пальцев, очерчивая контур пухлых манящих губ. Кадык дернулся, когда он сглотнул скопившуюся слюну. Глаза приоткрылись, помутнённый взгляд прошёлся по моему лицу, задерживаясь на губах, которые я неосознанно облизнула.
— Вики… — он снова прикрыл глаза, делая глубокий вдох и опуская ладони на мою талию. Я знала, что он чувствует, потому что чувствовала то же самое. Мы желали друг друга и бороться с этим желанием было почти невозможно. Почти. С момента встречи на Земле у нас получалось. С трудом, но получалось. И сейчас он боялся сорваться.
Я настойчивее сжала руками его лицо, разворачиваясь к нему полностью. Мои колени были по обе стороны от его ног. Грудью прижалась к его груди и вложила в поцелуй всю свою любовь и желание. Он вцепился пальцами в мои бока, не позволяя придвинуться ближе, удерживая на расстоянии, боясь перейти невидимую границу.
— Вики, — дыхание шумное, хриплое, поверхностное, — хватит, иначе я не смогу остановиться.
Я коснулась языком его губ, проникая глубже, дернула бёдрами навстречу ему, не позволяя больше держать дистанцию. Пальцами зарылась в смоляные волосы. Так идеально, так правильно, как надо.
— Я хочу тебя.
Прошептала в самые губы, на секунду от них оторвавшись. Он снова посмотрел на меня, выискивая хоть каплю сомнения, чтобы остановиться сейчас, если это необходимо. Но сомнений больше не было. Я хотела его до дрожи в коленях, до спазмов внизу живота и вставших дыбом волосков на руках. Он нужен мне. И я хочу отдать ему своё тело, сердце и душу. Навсегда.
Он сдавленно прорычал, прижимая меня ближе к себе, давая прочувствовать всю степень собственного желания, и накинулся с новой силой, поцелуями осыпая не только губы, но и лицо, шею. Все, до чего мог дотянуться. Руки сжимали талию, бока, оглаживали спину, задевая пальцами основание крыльев, от чего по телу словно пробегали искры. Воздух вокруг нас накалился мгновенно.
Сны, что я видела множество раз, и рядом не стояли с реальными ощущениями. Голова кружилась от осознания, что все это наяву. Что вот он, здесь, мой. Только мой. Готовый на все, ради моего счастья. Вот только должны ли мы чем-то жертвовать? Самое время найти компромисс и жить долго и счастливо вместе.
Одна его рука опустилась на ягодицу, сжимая через ткань платья, вторая — запуталась в волосах, оттягивая, требуя открыть новое пространство для его горячих губ. Чувства затмили все. Я не понимала, что происходит, не видела ничего вокруг. Только ощущала жар его тела, его страсть, его огонь. Мы сгорали оба.
Звук расстегивающейся молнии на спине, бретели скользнули по плечам, и горячее дыхание коснулось обнаженной груди и напряженных сосков. Влажный и юркий язык очертил ареолу, вызывая несдержанный стон. Я пыталась прижать его ближе, хотя ближе было некуда, он и без этого ласкал, покусывал, терзал чувствительную вершину, заставляя подрагивать и сжиматься от похоти.
Подхватив под ягодицы, он поднялся, удерживая меня на весу. Я обвила его торс ногами, чтобы ему было легче, но сейчас казалось, что я не вешу для него ровным счетом ничего, будто я воздушнее пёрышка. Он слепо двигался из кухни в гостиную, в сторону большого и уютного дивана, по пути врезаясь босой ногой в попавшийся на пути предмет мебели. Зашипев от боли, он забыл о ней в то же мгновение, когда я оцарапала кожу на лопатке, забравшись рукой под воротник рубашки. Второй рукой пыталась расстегнуть ненавистные пуговички, но дрожащие пальцы не хотели слушаться.
Когда он сел на мягкую обивку дивана, я дёрнула края рубашки в стороны, с корнем вырывая пуговицы и наслаждаясь звуком их падения. Так прекрасно. Кожа к коже. Я прижалась обнаженной грудью, что так требовала ласки, к его покрытой татуировками груди. Губы снова слились в поцелуе, неуправляемом и сводящем с ума.
  
Черт, как же это правильно, быть в его руках. Принадлежать ему. И знать, что он принадлежит мне. Мы зависимы друг от друга, но в нашем случае это не болезнь. Это наша сила. Вместе мы сильнее и способны на все. Я лихорадочно расстёгивала ремень, в то время как его руки стремились избавить меня от платья. Стать ещё ближе. Мне пришлось слезть, чтобы стянуть брюки вместе с бельём, и я не могла оторвать взгляд от изнывающего подрагивающего от бешеной пульсации крови члена. Он манил меня. Я хотела его. Облизнула пересохшие от быстрого дыхания губы и уже потянулась к желанному лакомству, когда он перехватил меня за подбородок, не позволяя коснуться. От того, сколько любви, восхищения и желания было в его глазах, я лишь сильнее сжала бедра, пытаясь побороть и взять под контроль собственную похоть. Не получилось.